В 1944 году самолеты арктической авиации снова посетили районы к северу от Новосибирского архипелага. Эта воздушная разведка была предпринята по просьбе академика В. А. Обручева, который до последнего времени не хотел примириться с мыслью, что Земли Санникова не существует.
И опять летчики принесли неутешительную весть: разведка не обнаружила ничего такого, что говорило бы о наличии какой-либо земли в обширном исследованном районе.
Земли Санникова не существует — к такому выводу пришли все, кто в той или иной степени занимался этой проблемой. Используя современную технику, советские люди с достаточной достоверностью разрешили запутанный вопрос.
Но как же объяснить утверждения Санникова, Толля и Джергели, что они явственно видели очертания земли? Как объяснить явления, наблюдавшиеся экспедициями «Фрама» и «Зари»? Что это было — ошибка, случайность, заблуждение?
Как и проблема Земли Андреева, вопрос о Земле Санникова был затронут на Втором Всесоюзном Географическом съезде [20].
Многочисленные исследования, производившиеся на протяжении более ста лет, показали, что и Новосибирские, и Ляховские острова, а также часть побережья материка, лежащая против этого архипелага, в значительной степени состоят из ископаемого льда, который подвергается довольно быстрому разрушению. Систематические наблюдения многочисленных полярных станций говорят, что процесс размывания ископаемого льда проходит чрезвычайно интенсивно. В результате такого разрушения происходит обильное отложение песчанистого материала, который подвергается в морских водах «сортировке» и оседает неподалеку на дне океана.
Такому разрушению подверглись, например, остров Васильевский, лежавший к западу от острова Котельного, и остров Семеновский. Известно, что от острова Васильевского к 1936 году осталась лишь небольшая банка; сам остров, состоявший из ископаемого льда, был полностью размыт и исчез в океане. Острову Семеновскому уготована такая же участь: через несколько лет там, где разбивали походные палатки пытливые арктические исследователи, смогут пройти морские корабли; этот остров вслед за Васильевским скроется в пучине Северного Ледовитого океана. Площадь обреченного участка суши уменьшается, можно сказать, на глазах: ежегодно океан отнимает у острова Семеновского 1 кв. км территории.
Естественно, возникает мысль: не была ли поглощена океанскими водами и Земля Санникова?
Исследователи выяснили, что песчанистые отложения простираются на сто с лишним километров к северу и северо-востоку от острова Котельного. Могли ли они быть занесены сюда с Новосибирского архипелага? Нет, для этого расстояние слишком велико. Значит, эти отложения могли появиться лишь в результате происходившего здесь разрушения какой-то суши, состоявшей, как и Новосибирские острова, из ископаемого льда. Окончательное разрушение этой суши произошло сравнительно недавно, так как заиления не было обнаружено. По всей вероятности, разрушительный процесс проходил здесь еще более интенсивно, нежели южнее, в Новосибирском архипелаге; этому способствовало проникающее из моря Лаптевых теплое течение.
С такими основными аргументами советский ученый В. Н. Степанов выступил в защиту факта былого существования Земли Санникова.
И Санников, и Толль, и Джергели не заблуждались; видимо, во времена их путешествий какие-то участки суши еще поднимались над уровнем океана и их посещали животные и птицы. А десять-двенадцать лет назад, когда здесь начались воздушные разведки, процесс разрушения был уже окончательно завершен, и Земля Санникова скрылась навеки в океане подобно тому, как исчез на нашей памяти остров Васильевский.
Две земли
![Загадочные земли i_011.png](https://litlife.club/books/160743/read/images/i_011.png)
Множество отдельных островов, крупных и малых архипелагов разбросано на просторах Северного Ледовитого океана. Иные из них давно уже были известны человеку; многие открыты и исследованы сравнительно недавно. Арктика до советской эпохи оставалась наименее изученной областью земного шара. Часть этих островов расположена вблизи материка, а некоторые удалены от него на значительное расстояние и окружены мощными ледяными полями, крайне затрудняющими доступ к ним.
Сколько сил нужно было положить, чтобы добраться до этих далеких и суровых полярных земель, с какими опасностями и лишениями были сопряжены плавания в водах Северного Ледовитого океана и пешие походы по льдам, постоянно находящимся в движении!
Помимо открытия новых земель, путешествия в Арктике расширяли научные представления о природе этой трудно доступной и мало известной области.
Многие открытия и исследования были совершены экспедициями, снаряженными с целью достижения Северного полюса. Хотя им и не удалось решить эту трудную задачу, но каждая экспедиция вносила какой-то вклад в изучение Арктики.
Важность исследования полярных морей, омывающих на огромном протяжении северное побережье нашей родины, подчеркивали все передовые русские ученые и общественные деятели. К этому призывал великий М. В. Ломоносов. Обширные исследования велись русскими путешественниками на побережье и островах Северного Ледовитого океана еще в XVII, а особенно в XVIII и XIX веках.
Необходимость снарядить хорошо оснащенную экспедицию в Северный Ледовитый океан для комплексных исследований доказывал в конце шестидесятых годов прошлого столетия замечательный русский климатолог А. И. Воейков.
Выдающийся ученый понимал, что для создания стройного, законченного учения о климатах необходимо ознакомиться с закономерностями образования и распространения воздушных масс: зарождаясь в центре Арктики, они, несомненно, оказывают огромное влияние на климат европейского и азиатского материков. Воейков видел, какую пользу России могут принести природные богатства Арктики и как велико ее значение для безопасности государства.
Мысль А. И. Воейкова нашла горячий отклик у крупного русского географа П. А. Кропоткина. Целиком одобряя мнение Воейкова о задачах экспедиции, П. А. Кропоткин кроме того был заинтересован и в том, чтобы она проверила правильность его предположения о наличии большой земли между Шпицбергеном и Новоземельскими островами.
«Эта экспедиция могла бы, — писал П. А. Кропоткин, — сделать также попытку добраться до большой неизвестной земли, которая должна находиться не в далеком расстоянии от Новой Земли. Возможное существование такого архипелага указал в своем превосходном, но мало известном докладе о течениях в Ледовитом океане русский флотский офицер Шиллинг. Когда я прочитал этот доклад, а также путешествие Литке на Новую Землю и познакомился с общими условиями этой части Ледовитого океана, то мне стало ясно, что к северу от Новой Земли действительно должна существовать земля, лежащая под более высокой широтой, чем Шпицберген. На это указывали неподвижное состояние льда на северо-запад от Новой Земли, камни и грязь, находимые на плавающих здесь ледяных полях, и некоторые другие мелкие признаки. Кроме того, если бы такая земля не существовала, то холодное течение, несущееся на запад от меридиана Берингова пролива к Гренландии (то самое, в котором дрейфовал „Фрам“ — на него указывал уже Ломоносов), непременно достигло бы Нордкапа и покрывало бы берега Лапландии льдом точно так, как это мы видим на крайнем севере Гренландии. Теплое течение, являющееся слабым продолжением Гольфстрема, не могло бы помешать нагромождению льдов у северных берегов Европы, если бы такой земли не существовало…» [21].
Такое смелое и оригинальное предположение, подкрепленное глубоким изучением всех имевшихся в то время данных о режиме льдов и течений в Северном Ледовитом океане, требовало скорейшей проверки.
Кропоткин с энтузиазмом принялся за составление проекта и в 1870 году направил Географическому обществу подробный план исследования северных морей.