– Так точно, сэр. Сто четыре корабля, двадцать две и восемьдесят девять сотых секунды - если точно, сэр.
– Хорошо. Итак, мы все трупы. Абсолютное уничтожение. Против такого штурма защиты не существует. Даже аварийный запуск, при соотношении атака-защита пять к одному, является совершенно безнадежным занятием. И после того как они сжуют и выплюнут наш флот, их объединенная огневая мощь преспокойно спалит все наши системы отражающего поля. После этого база испарится. Все мертвы… Итак, капитан первого ранга, почему мы не мертвы?
– Они не атакуют?
– Конечно, они атакуют. Устроили хорошую баню нашим эсминцам и крейсерам. Но не чересчур жаркую. Пока вы сюда добирались, мы уже спалили довольно много нападавших. Не должны были, но тем не менее спалили.
– Наши потери, сэр?
– «Фортинбрас» полуослеп, да и старина «Донлайт» получил пробоину. Все остальные на ходу и дерутся.
Самуэльс наклонился, чтобы получше рассмотреть картинку на дисплее тактического компьютера. Он щелкнул переключателем. На экране появились цифры. Анализ показывал: судя по кодам, атакующие суда - большие бронированные корабли. Эсминцы, крейсеры и даже три противопланетных бомбардировщика. Адмирал прав. Джемини уже не должна существовать.
– Возможно, в их планы не входит тотальное уничтожение. Может, они пытаются нас запугать.
– Гм-м, - произнес адмирал. - Космический флот труса не празднует.
– Так точно, сэр. Но знают ли об этом они?
– Следовало бы. Если только это не бандиты из-за границы Пакта.
– Как они себя назвали?
– Они не сделали формального вызова.
– И идентификация отсутствует. Кого мы подозреваем? Что говорит разведка?
– Она читает мои мысли. Говорит, мы атакованы вооруженными силами Скопления Арахна. Девяносто процентов вероятности, если учесть их былые намерения. Но…
– Но у Спайла никогда не было сотни тяжелых боевых кораблей, даже если бы ему удалось заручиться поддержкой базы Скорпио.
– Никогда. Адмирал Престон так же лоялен, как и я.
– Разумеется, сэр. Я только хочу исключить все самые невероятные предположения.
– Смотри! - Костюшко ткнул пальцем в голографическое изображение. - Двойной взрыв. Еще два гробанулись… Третий!
– Кажется, они сражаются не слишком хорошо, - заметил Самуэльс. - Они плохо маневрируют. Неповоротливые…
– Попадание в «Глориуса», сэр, - доложил оператор. - Правый борт. Второе попадание! Орудия повреждены. Мостик поврежден. Двигатели повреждены. Давление падает… Сэр, «Глориус» прекратил передачи.
Словно в ответ на это на голограмме появилась маленькая, быстро гаснущая звездочка. Война отняла первого из детей Джемини.
– Проклятье! - вырвалось у адмирала.
Словно приободрившись после первой победы, атакующие перегруппировались. В первый раз с начала битвы на каждый корабль защитников базы набросились по четыре-пять кораблей противника одновременно. Арахниды - если только это были они, - казалось, учились скоординированной тактике в процессе боя. Поток сообщений от операторов, сидящих за пультами позади адмирала и Самуэльса, внезапно удвоился и утроился. В течение пяти минут Джемини потеряла еще три корабля.
– Сэр! - проявил инициативу Самуэльс. - Может быть, нам следует подытожить сложившуюся на данный момент ситуацию и послать гиперволновой сигнал в штаб сектора?
– Не верите в собственные силы, капитан первого ранга?
– Никак нет, сэр, верю. Мы, однако, должны принять во внимание всякие случайности. Даже возможность деморализации команд.
Лицо адмирала окаменело.
– Посылайте сигнал.
Самуэльс позвал одного из операторов и продиктовал ему сообщение. Офицер кивнул и вышел из рубки, направляясь в центр связи.
Когда Самуэльс вновь повернулся к экрану компьютера, тот замерцал и погас.
– Черт!
– Межчастотный резонанс, сэр! - крикнул один из техников. - Они нас глушат!
Это означало, что боевые компьютеры базы ослепли. Командиры дерущихся кораблей теперь не получат общей картины боя. Или еще хуже - получат неполную картину.
– Устранить! - рявкнул адмирал.
– Не могу, сэр.
– Используйте фильтры.
– Неэффективны.
– Переведите управление на «Розлайт», - приказал адмирал. - Мы будем получать информацию с него. По крайней мере, хоть что-то будем видеть.
– А если крейсер будет уничтожен, сэр? - спросил Самуэльс.
– Тогда мы переведем управление на следующего по старшинству командира крейсера, затем на эсминцы - если их электроника выдержит нагрузку. Но тогда, наверное, сражение почти закончится, и следить будет особо не за кем.
Это была первая пораженческая мысль, высказанная Костюшко.
Еще семь кораблей выбыли из боя, пройдя через все стадии повреждений: ослабление защитных полей, раскоординирование огня батарей, падение маневренности, падение давления воздуха и наконец гибель.
Наблюдая за ними, Самуэльс начал различать определенный почерк атаки.
– Смотрите, сэр! Один из атакующих кораблей постоянно держится позади. Тем не менее он наносит по нашим кораблям наибольшее количество попаданий. Остальные корабли являются просто шестерками, дымовой завесой - в сущности, любителями. Но в каждой группе нападающих этот корабль держит дистанцию - это профессионал.
– Передайте это на «Розлайт».
– Слушаюсь, сэр.
– И посмотрите, могут ли батареи базы получить наводку с искаженной перспективой картинки.
– Я скажу лейтенанту Карно, что такого раньше никто не делал. Тогда он превзойдет сам себя и справится. Он любит неразрешимые задачи.
Адмирал широко улыбнулся.
В течение десяти минут, под контролем с «Розлайта»и при помощи вычислений Самуэльса, защитники базы взыскали тяжелую дань с «профессионалов». Фактически они уничтожили почти половину сил нападавших. Кораблям противника из «любителей» все еще удавалось нанести удар по тому или другому эсминцу, но больше благодаря везению, а не тактическому мастерству. Командиры кораблей Джемини начали уставать, боевые компьютеры крейсеров готовы были сгореть от перегрузки.
Через двадцать минут первые патрульные корабли, включая крейсер «Аврора», выскочили из гиперпространства, получив сигнал тревоги, и склонили чашу весов в пользу защитников базы.
– Наши силы сейчас сократились до трех крейсеров и пяти эсминцев, адмирал, - доложил один из операторов. - Прикажете…
– Да-да. Передайте приказ о поэтапном отходе к внутреннему кольцу обороны базы. Надо увлечь врага за собой, к северному и южному полюсам базы, в пределы радиуса действия полярных батарей. Дайте Карно приготовиться к автоматической стрельбе через…
– Сорок секунд, сэр? - подсказал Самуэльс.
– Пусть будет сорок секунд.
– Приказ понят, сэр.
Начался обманный маневр, который выглядел так, как будто подбитые корабли доблестно отступали. Через тридцать секунд маневрирования три эсминца вышли из гиперпространства, в тылу у врага, и образовали вместе с «Авророй»и ее эскадроном классические «клещи».
– Пошел! - просипел Костюшко. В горле у него пересохло.
И внутреннее кольцо обороняющихся, и внешнее - при поддержке собственных орудий базы - все они переключились на координированный автоматический, с кибернетической наводкой, огонь. Голографический экран засверкал ослепительно белым пламенем. Самуэльсу и адмиралу пришлось прикрыть глаза руками. Операторы на другой стороне рубки отвернулись.
Когда свечение погасло, голографический экран был чист. По обе стороны мертвой зоны высвечивались только корабли Джемини. Сама зона была пуста.
Это изображение, разумеется, являлось компьютерной ложью. Перед мысленным взором Самуэльса встали кубические километры космоса, заполненные крутящимися рваными обломками. Керамика, пластик, металл, тела убитых парили в невесомости, обугленные и растерзанные, среди рассеивающихся клубов остывающей плазмы.
– Прикажите «Авроре» приступить к спасательным операциям, - скомандовал адмирал. - Передайте капитану первого ранга Уорли вести их в течение двух часов. Если он за это время не найдет тех, кто выжил, значит, искать больше некого. Остальным кораблям и экипажу базы - готовность номер два… И передайте ребятам - они хорошо поработали.