В постели он вытянулся рядом и, зарывшись пальцами в ее волосы, раскинул их по подушке.
— Пока все хорошо?
Лара молча кивнула: она боялась, что ее подведет голос. Даже дышать ей было трудно! Она поднесла руку к его груди, и завитки темных волос обвились вокруг ее пальцев. Проведя ногтями по плоским мужским соскам, она с торжеством заметила, как он содрогнулся.
Когда Тайлер протянул руку к ней, Лара решила, что он сейчас повторит ее дразнящее прикосновение, но он нежно обхватил пальцами весь холм ее груди и подался вперед, припав губами к набухшему бутону, ждущему его ласки.
Лара ахнула.
— Спокойнее, дорогая.
— Тебе легко говорить!
Он рассмеялся.
— Ты так думаешь? — Склонившись к ней, он просунул колено между ее ногами. Она остро ощутила жар прижавшегося к ней свидетельства его страсти. — Ну так не думай.
Томительная пульсация внизу ее живота стала еще настойчивее.
— Тайлер? — Как же ему сказать? Как ни нелепо, этот вопрос смущает ее гораздо сильнее, чем то, что она лежит рядом с ним совершенно нагая. — В ванной… на полочке…
Она почувствовала, что краска заливает ее лицо и шею.
Уголки его губ, еще влажных от поцелуев, тронула улыбка. Запустив руку под подушку, он извлек оттуда блестящий пакетик.
— Предмет на полочке в ванной — из этой категории?
Она кивнула. Упаковка была другая, но суть — та же самая. Тайлер положил пакетик на тумбочку и, снова повернувшись к Ларе, обхватил ее лицо своими большими, но такими ласковыми ладонями.
— Если в какой-то момент тебе что-то покажется неприятным, ты должна сразу же сказать мне об этом. Договорились?
— Ладно.
Он медленно приблизил к ней лицо, их губы встретились. Из нежно-убеждающего поцелуй скоро превратился в обжигающий, и прикосновения его рук тоже стали более смелыми. На ее тихие стоны и возгласы изумления он отвечал словами одобрения и восхищения.
Ларины руки тоже не оставались без дела — они совершали свои собственные открытия. Тело Тайлера было таким горячим и мускулистым, но ее пальцы двигались по его коже легко, словно это был шелк.
В тот момент, когда Ларе уже казалось, что большего блаженства не бывает, Тайлер оторвал губы от ее рта и начал творить над ее телом настоящее волшебство. Каждый поцелуй, нежный укус или прикосновение его языка все усиливали растущее в ней желание.
Наконец он приподнялся над ней и медленно соединил их тела, пристально глядя при этом ей в глаза. Она не отводила взгляда, раскрывая ему самые глубины своей души. Ей казалось, что с той минуты, как она прилетела из Калифорнии, все неизбежно вело к этим чудесным мгновениям.
Она чувствовала, что изменилась. Даже атмосфера вокруг нее стала иной — совершенно непохожей на тот пропитанный новейшими веяниями компьютерной технологии воздух, к которому она привыкла. Внезапно все стало очень простым и очень древним — как стихия, как сама жизнь. Только мужчина и женщина, не разделенные никакими преградами.
Тайлер начал двигаться, создавая ритм, на который тут же откликнулось ее тело. Все происходило как будто впервые. С Тайлером ее не мучили неловкие прикосновения, не томило чувство горькой потери. Лара ощущала тугую наполненность, но это было не вторжение чего-то чуждого ей, а скорее завершение ее собственного существа.
— Тайлер, я никогда не думала, что это бывает так.
— Тебе нравится? — Его голос звучал хрипло и прерывисто.
— О да!
Только теперь она поняла, что ее удерживал от близости с Тайлером не только страх разочаровать его: в глубине души она и сама боялась разочароваться.
— Прекрасно!
Он не столько выговорил, сколько прорычал это слово, смяв его у ее губ поцелуем.
Все начало ускоряться: ее пульс, ее дыхание, движения Тайлера… Лара вдруг содрогнулась всем телом, и ее начали сотрясать неуправляемые спазмы блаженства. Она распахнула глаза: Тайлер смотрел на нее, полузакрыв глаза с потемневшими зрачками. Погрузившись в нее последний раз, он сам отдался экстазу.
У нее вырвался тихий вздох радости. Ей даже не нужно было видеть лицо Тайлера, чтобы понять: все хорошо. Несмотря на свою полную неопытность, она ни на минуту не сомневалась в этом.
— Да, моя дорогая, ты, я вижу, предпочитаешь быстро наверстывать упущенное.
— Я только следовала за тобой.
Подняв руку, он отвел упавшую ей на лоб прядь каштановых волос.
— Спасибо, Лара.
— За что?
— За то, что ты вернула мне волшебство.
— Это я должна благодарить тебя: ты познакомил меня с этим волшебством.
— Похоже, мы можем основать общество взаимных благодарностей.
— Если ты в него вступишь, то и я тоже.
Он тихо рассмеялся, а потом перекатился на бок, не разжимая объятий. Ларе совсем не хотелось спать, но, убаюканная новым для нее чувством блаженной усталости, она незаметно для себя забылась сном.
Когда Лара проснулась, комната уже погрузилась в полумрак раннего вечера. На подушке рядом с ней лежала голова Тайлера. Глаза его были закрыты, дышал он ровно и глубоко. У нее сильнее забилось сердце.
Не может быть, чтобы она успела его полюбить! А что делать, если она действительно его уже любит? Как же ее работа? И — его работа? Захочет ли он жениться, иметь семью?
Что между ними общего, если не считать этого неудержимого влечения друг к другу? Он, конечно, может работать со своими программами, но компьютерами нисколько не увлечен, в лучшем случае испытывает к ним вялый интерес. А она совершенно не разбирается в серьезном бизнесе и никогда не бывала на океанском лайнере.
Но рядом с ним так хорошо, так легко — и когда они разговаривают, и когда просто молча сидят рядом. И потом, одним взглядом он способен разжечь в ней настоящий пожар.
Что же она на самом деле чувствует: любовь или просто страсть, подогреваемую благодарностью?
Совсем недавно, когда Лара в разговоре с Диллоном, случайно оговорившись, связала воедино Тайлера и любовь, она испытала настоящий шок. Рано или поздно им обоим придется подумать над этим вопросом. На следующую субботу у нее билет на самолет.
Закрыв глаза, она поудобнее устроилась рядом с мужчиной, в которого, возможно, влюблена.
— Лара? — прошептал Тайлер.
Ларе хотелось отозваться, но не было сил даже открыть рот. Она почувствовала, что Тайлер осторожно отодвигается от нее. Открыв глаза, она увидела, как он снова подключает телефон.
Она прикусила губу, чтобы сдержать возглас протеста. Что ж, теперь он удовлетворил свое желание и работа снова на первом месте. Слово «разочарование» было слишком слабым, чтобы выразить ее чувства.
Он даже не потрудился надеть брюки. Ее взгляд пробежал по его спине атлета, потом переместился ниже. На загорелой коже видны красные царапины. Когда они купались, их не было!
Тайлер болтал о пустяках с человеком по имени Дон. Лара собиралась встать и незаметно пройти в ванную, когда услышала:
— И какое блюдо сегодня удалось Ленни лучше всего?
Лара села на постели, прижав подушку к груди. Тайлер заказывал обед на двоих. Так это все-таки не деловой звонок!
Повесив трубку, Тайлер обернулся. Лара кинулась к нему в объятия. Тайлер со смехом упал вместе с нею на кровать.
— А я думал, ты спишь!
— Уже проснулась.
— Хорошо. Обед будет минут через двадцать.
Тайлер стоял на балконе, глядя на залитый лунным светом берег. Он оставил Лару мирно спящей у него в постели. На горизонте светились огни огромного пассажирского лайнера. Он не знал, его это судно или нет, но оно напомнило Тайлеру, что утром в понедельник он снова должен быть на работе. Все эти годы, что он проработал в «Нептун круиз», он с радостью предвкушал каждый новый рабочий день, ждал его… до этого часа. Теперь ему хотелось остаться здесь, с Ларой, как можно дольше.
В реальности все оказалось еще прекраснее, чем он ожидал, хотя ожидал он многого. Весь этот уик-энд стал для него сюрпризом. Он обнаружил, что Лара — прелесть и в постели, и вообще в жизни. С нежной улыбкой он вспомнил, как она краснела и робела, говоря о презервативах. При мысли о том, что она предвидела их близость и готовилась к ней, он снова почувствовал желание.