— Хорошо. Иди, — улыбнулась та.
— Что со мной? — Лиза попыталась встать со скамьи, и ее закачало. — Чем вы меня напоили?
— Эти травы — целебные. Они придадут тебе сил. Но сначала ты должна поспать…
— Мамочка… — прошептала Лиза, погружаясь в сладкое забытье.
— Спи родная, спи…
Лиза упала на руки Сычихе. Колдунья подхватила ее и помогла добраться до кровати. Она бережно уложила ее голову на подушки, поправила руки, чтобы не падали, и зашептала, наклонившись низко-низко, к самому лицу:
— Встану, благословясь, выйду, перекрестясь, умоюсь росою, пойду из дверей в двери, из ворот в ворота, выйду в чисто поле, во зеленое поморье, сомкну злодеям глаза, замкну им уши-уста ключом. Брошу тот ключ на дно болота. Никому тот ключ не достать, никому ей жизнь не погубить! Да будет так!
И приснился Лизе дивный сон.
Пары кружились, скользя по паркету, как лодки по тихой глади морской. Раз, два, три… Раз, два, три… Вальс завораживал и увлекал. Его волшебный ритм пьянил и заставлял сердце погружаться в прекрасные мечты. Вальс — чародей, вальс — соблазнитель. Вальс — это легкие пузырьки шампанского в твоем бокале, который подает тебе ОН…
Лиза не видела его лица, но понимала: он прекрасен, воплощение изящества и благородства. Его рука — на ее талии, пальцы чуть-чуть дрожат, потому что и он потрясен — они созданы друг для друга.
— Сколько света! — услышала Лиза свой голос.
— Это оттого, что вы — здесь.
— Я не хочу, чтобы наш танец кончался!
— У нас впереди — целая вечность.
— Я так счастлива!
— Вы счастливы, потому что свободны.
— Мне так легко, что, кажется, я могу летать!
— Любовь дает вам крылья.
— Это и есть блаженство?
— Нет, блаженство начинается с этого…
Лиза почувствовала тепло его света на своем лице, на губах и поняла, что это поцелуй. И она захотела продлить его. Ее тело впитывало в себя эту странную энергию, но Лиза не боялась ее — она была уверена, что это идет к ней с Неба. Неожиданно она поняла, что пальцы ее рук непонятным образом удлиняются и превращаются в перья — белые-белые.
Я — ангел, — подумала Лиза, и в тот же миг с легкостью, доселе лишь желанной, оттолкнулась от пола и полетела — над танцующими, над залом, над землей…
— Где я? Что это было? — встрепенулась Лиза, точно птица, поднимая голову.
Голова снова закружилась, и она вынужденно прилегла на подушки.
— Ишь, как ты набегалась по лесам, по болотам, притомилась, — с сердечностью сказала появившаяся в поле ее зрения Сычиха.
— Чем вы меня напоили? Что мне в питье подсыпали?
— Не бойся. Я добра тебе желаю.
— Тогда отпустите меня!
— Время еще не пришло. Останься со мной, ласточка моя, не пожалеешь.
— Не могу я оставаться. Голова кружиться перестанет и пойду. Дома, наверное, волнуются, по всему лесу меня ищут.
— А ты не торопись, не торопись. Лучше меня послушай.
— Я уже послушалась, а вышло все по-другому!
— Тогда ступай — держать не стану. Если правду об отце узнать не желаешь…
— Что за правда такая?
— О его смерти, — загадочно промолвила Сычиха.
— Он погиб от несчастного случая на охоте…
— Все думают, что это был несчастный случай. А на самом деле…
— Что? Что — на самом деле?
Сычиха не успела ответить — в дверь постучали, и следом Лиза услышала голос Андрея.
— Откройте! Мы плохого не сделаем. Мы спросить вас хотели…
— За мной пришли, — вздрогнула Лиза.
— Может, ее там и нет? — говорил Андрей кому-то за дверью.
— Там она, я уверена, — второй голос принадлежал Татьяне. — Просто старая она, не слышит. Надо погромче постучать. Матушка, Сычиха! Это Татьяна! Открой, пожалуйста!
— Выбирай, — загадочно улыбнулась Сычиха. — Хочешь знать, как умер твой отец? Или уйдешь в неведении?
— Да есть там кто живой или нет? — Андрей еще раз настойчиво забарабанил по двери.
— Сычиха, милая, открой! — умоляла Татьяна.
— Мой отец погиб от несчастного случая, — твердо сказала Лиза.
— Что ж, это твоя вера, — пожала плечами Сычиха. — Мне больше не о чем с тобой говорить.
— Нет, не открывай им, что я здесь, — вдруг решилась Лиза, видя, как Сычиха направилась к двери.
— Сейчас, сейчас! Уже иду! — наконец, откликнулась Сычиха и вышла в сени, плотно притворив двери за собой. — Чего стучите на ночь глядя, что случилось-то?
— Беда у нас! — кинулась к ней Татьяна.
— Сестра моя, Лиза, вчера убежала в лес, — пояснил Андрей. — Ты ее не встречала, не видела?
— Нет, не видела.
— Может, карты скажут, где Лиза и что с ней? — спросила Татьяна.
— Я тебе, девушка, и без карт скажу — все с ней в порядке.
— Откуда тебе знать, если ты ее не видела? — усомнился Андрей.
— А я всегда все знаю. Чувствую, когда черные тучи сгущаются. И когда свет их рассеивает.
— Может, ты знаешь, кто убил барона Корфа?
— Барон, барон Корф? — вздрогнула Сычиха. — Мой сон…
— Его отравили, — шепнула Татьяна.
— Значит это, правда… — побелела Сычиха.
— Что с тобой? — испугалась Татьяна.
— Нет, нет, нет! — Сычиха схватилась за голову и закачалась.
— Да что это с ней? — нахмурился Андрей.
Он и так считал приход к ведьме глупостью и женскими сказками.
— Уходите, — простонала Сычиха. — Уходите!
— Но…
— Уходите! — закричала Сычиха на Татьяну и замахала руками на Андрея. — Прочь! Я не могу ни с кем разговаривать.
Она чуть не силой вытолкала их из сеней и захлопнула двери. Потом, шатаясь, вернулась в комнату.
— Это сколько же я здесь? — спросила Лиза.
— Да уж сутки с лишком, — ответила Сычиха, а сама все по углам смотрела, словно выглядывала кого.
— Господи, они же думают, наверное, что меня убили…
— Убили, — кивнула Сычиха.
— Кого? Моего отца?
— Убили! Убили его! Душегубцы, убили… — то и дело бессвязно повторяла Сычиха.
— Ты лжешь все! Ты злая, ты сумасшедшая! Отца не убивали! — закричала Лиза и бросилась на Сычиху с кулаками.
— Не трогай меня! — грозно повернулась к ней Сычиха, и Лиза так испугалась ее вида, что слабость опять пронизала ее. Голова закружилась с новой силой, и Лиза упала без чувств.
Сколько продолжалось ее второе забытье, она не знала. Когда Лиза очнулась, то увидела, что лежит на полу. Сычихи не было, а за окнами уже рассвело.
Лиза почувствовала вдруг невероятный прилив сил и стала крушить все в доме Сычихи, вымещая на посуде и мебели неизвестную ей прежде ярость. Потом она бросилась к двери. Но дверь оказалась запертой снаружи на засов. И тогда Лиза нашла за печкой топор и принялась рубить дверь, пока не выломала досок достаточно, чтобы выскользнуть из этой клетки. Оказавшись на свободе, она побежала прочь от дома, продираясь сквозь ветки деревьев, кусты и заросли травы.
А потом она увидела Владимира — он шел ей навстречу и улыбался. «Я схожу с ума» — подумала Лиза. Но Владимир взял ее за руку, и она ощутила тепло его руки.
— Лиза? Что ты здесь делаешь? Что с тобой? — его участливый голос казался таким настоящим, родным.
— Я знала, что ты придешь, — прошептала Лиза и потеряла сознание.
Владимир поднял ее на руки и понес.
А Татьяна и Андрей, ничего не разузнав у Сычихи, вернулись тогда же домой. По дороге Татьяна все печалилась, что ходили впустую, и на въезде в имение разрыдалась.
— Это я во всем виновата! Все из-за меня!
— Ты не виновата, что не смогла догнать Лизу! Но мы знаем: она убежала в лес, и обязательно ее найдем.
— «Найдем, найдем!» Да мы уже два дня это повторяем! Андрей, а что если она просто не хочет возвращаться…
— Откуда у тебя эти мысли? Ты что-то знаешь, но не говоришь мне?
— Просто… — собралась, наконец, с духом Татьяна, — она не хотела выходить замуж за господина Забалуева. Он совсем не такой порядочный человек, как представляется.