— Ну, мне так бюрер сказал. — Мне уже надоело объяснять.
— Ну да. Ну да, — протянул Сидорович. — А в Зоне что тебе надо?
— Я тоже уже говорил, Стрелка ищу.
— Ну, Стрелка многие ищут, — хмыкнул дядька. — Я могу помочь. Но не за просто так.
— А за как?
— Мне надо одну штуку из леса принести. И раз вы тварей не боитесь, вам это плевое дело.
— И что потом? — Ну почему он не мог сразу все сказать, тянул, строил из себя важного.
— Потом я скажу, где искать Стрелка. Я, пока вы за хабаром ходить будете, кое-что поразузнаю.
— А далеко идти? А если не найдем? — Мне это все не понравилось.
— Да что там искать? Делов-то. Я вот что думаю. Пойдешь ты, — засмеялся непонятно чему Сидорович и ткнул пальцем в Грушевского, — и тот, что пошел вашего мальца кормить. Ну и понятно, мальца и собаку возьмете.
— Бэрик? Может, и я с ними? А зомбей куда? Они, когда без дела, сильно расстраиваются.
— Да, зомбей возьми, они мне тут точно ни к чему, — замахал руками дядька. — А ты — останешься здесь с друзьями. Зачем всем вместе ходить? И по лесу сложнее толпой идти, и мне спокойней будет, что вы хабар сюда принесете, а не уволочете кому другому. Знаю я вас, — совершенно цинично добавил он.
Тут как раз вернулся Бэрик. Он выслушал от меня все, что сказал Сидорович, тот хмыкал и кивал головой.
— Что платите? — неожиданно спросил Бэрик.
— Ну как, я же вам скажу, где найти Стрелка, — в голосе Сидоровича послышалось сомнение.
— Это ты Андрюхе Малахову рассказывай! Я что, не понимаю, что ты что-то ценное хочешь от нас, чего другие сталкеры не достанут, так ведь? — Толька меня просто потряс, он оказался таким проницательным.
— Малахов — это кто? — почему-то встревожился Сидорович. Но Бэрик не ответил.
— Это я Малахов, — сказал я.
— Вот как… — Дядька почему-то показался недовольным.
— А что такое? — спросил я.
— Да нет, просто не знал, что он про тебя говорит, — кивнул на Толика Сидорович. — Так идете? Ладно, я заплачу вам тысячу.
Бэрик отвернулся, чтобы скрыть улыбку до ушей. Тысячу! Это же просто сумасшедшие деньги. И вправду что-то важное надо было этому Сидоровичу найти.
— Короче, парни, вот смотрите. — Сидорович порылся в ящике своего стола и достал кусок бумаги с нарисованной картой. — Вот здесь, тут даже координаты написаны, есть одна фигня. Типа как огонек от зажигалки горит. Надо его взять и принести ко мне. Идти туда часа три. ЖПС, который в Зоне работает, я вам дам, вернуть не забудьте. Договорились?
— А как же огонек нести, палку поджечь? — спросил Юрка.
— Я дам вам контейнер, он там себя прекрасно будет чувствовать. — Дядька поднялся со стула и пошел к шкафчику, висящему на стене.
Он открыл дверцу и достал оттуда цилиндр, похожий на термос из нержавейки.
— Вот держите. И еще. — Сидорович протянул гаджет. Я понял, что это и был ЖПС. — Его просто включите, и он вас сам доведет куда надо.
Я вышел проводить Юрку и Бэрика. Ыду, как всегда, был весел, а Бруно словно почувствовал, что сейчас надо куда-то идти, прыгал вокруг и лаял как бешеный. Сложнее было с зомби. Во-первых, их нужно было накормить перед дорогой. Хотя они и тащили каждый в своем ранце крупу, которую мы нашли на складе, но сварить кашу они же не могли. Некоторые уже, кстати, стали жевать сырую перловку.
В общем, мы объяснили Сидоровичу, он нехорошо выругался и стал разводить во дворе костер. Он поставил на него громадный чан, налил туда, наверное, с пару ведер воды, и когда она закипела, мы заставили каждого Зомби положить туда по горсти крупы. Ну, чтобы правильно отмерить. Пока каша варилась, Сидорович все бубнил, что так мы до вечера не соберемся. Но на самом деле Толик с Юркой и все остальные отправились где-то через час. Времени до вечера было еще много.
Юзик сказал, что они с пацанами пойдут погулять вокруг дома Сидоровича. Тот подробно им рассказал, куда можно идти, а куда нельзя. И сказал оставить оружие, потому что могут прийти сталкеры с хабаром, а они не очень любят незнакомых детей с оружием. Юзик не стал возражать. Я думал, посижу тут, поговорю с Сидоровичем, попытаюсь у него хоть пару слов о Стрелке узнать. Но тот уткнулся в какие-то свои толстые тетрадки и все время что-то считал на калькуляторе. Говорить со мной не стал. Сказал только: «Не мешай, мальчик» и даже глаз не поднял.
Глава тринадцатая
Кто сказал, что мы подрались?
Мы не дрались, а боролись.
Правда, мы чуть-чуть кусались,
И щипались, и кололись.
Правда, мы друг друга мяли,
И бодались, и лягались.
Нас, конечно, разнимали.
Мы, конечно, упирались.
Кто сказал, что это драка?
Правда, он мне руку стиснул,
Правда, я чуть-чуть заплакал,
Правда, он немного взвизгнул.
И расстались мы, поссорясь.
И так сердце громко билось.
Но сначала мы боролись —
Драка после получилась.
А за порогом вовсю светило солнце. Было совсем тепло. Недалеко от дома Сидоровича стоял огромный стог с сеном, непонятно, откуда он взялся и зачем был нужен. Впрочем, как и все остальное в Зоне. У Сидоровича не было ни коров, ни лошадей. Ну, мне-то что за дело до этого? Стог нагрелся на солнце, и так прекрасно пахло сеном, что у меня даже голова на секунду закружилась. Я обошел стог и завалился в сено с той стороны, где была тень.
Травинки неприятно кололись через рубашку, по лицу и рукам ползали всякие мошки. Кто сказал, что в сене здорово валяться? Все царапается, кусается, щекочет и противно жужжит. Но все равно было мягко, и я стал смотреть на небо. Там верещала маленькая птичка. Я прищурился, пытаясь найти ее среди голубизны. И в конце концов увидел. Птичка летала прямо у меня над головой и не очень высоко. Странная была эта птичка. Мне показалось, что у нее нет крыльев, а крутится винт на спине, как у маленького вертолета. Время от времени птичка-вертолетик распадалась в серое туманное облачко, а потом опять собиралась в вертолетик. Но это было так странно, словно голова улетала куда-то далеко-далеко.
Сильный удар в челюсть перевернул меня, и я уткнулся лицом в сено.
— Ну что, сученок городской, попался!!! — заорал мне прямо в ухо знакомый голос.
Я не понял, почему «сученок» и почему я попался. Я поднялся на ноги, кажется, мне разбили нос. Но тут я опять получил удар под дых, да так подло, я ведь держался за лицо и ничего не видел. Я скрючился, пытаясь хоть как-то отдышаться, но все равно смог увидеть, что рядом стоят деревенские: Юзик, Витек и Лесь.
Юзик схватил меня за шиворот и заставил встать. Даже на ногах я еще не мог распрямиться после удара в солнечное сплетение.
— Вы чего, ребята? — прохрипел я, задыхаясь.
Но Юзик пнул меня в грудь ладонью, и я опять упал в сено.
— Послушай, пидор городской, хватит! Ты тут повыпендривался, теперь власть поменялась. — Юзик навалился на меня и придавил грудь коленом.
— Ты о чем? — Я, конечно, врал. Я знал, о чем он. — Мы же вместе!
— Вместе мы будем, как поделим клад. А пока ты, городской, будешь слушать, что я тебе скажу!
Лесь и Витек схватили меня за руки и потащили по траве к забору. Я попытался закричать, но, видимо, они заранее все продумали. Юзик сразу засунул мне в рот какую-то грязную тряпку. Она была мокрая и воняла какашками.
Пацаны подтащили меня к самому забору, где было выломано несколько досок. Выволокли меня за руки за забор, там вплотную прилегал лес. Я выворачивался, но Юзик меня все время бил ногой в живот и по спине, чтобы я не дергался.
Они остановились у большого дерева, наверное, это был дуб. Бросили меня на кучу листьев и подгнивших коричневых желудей. Юзик связал мне ноги веревкой. Где он взял ее, не знаю, и они подвесили меня вверх ногами.
— Пацаны, вы чего, озверели? — Я совершенно не ожидал от них такого коварного нападения.
— Коды для Стрелка говори. Иначе тут тебя сейчас поджарим.