— Да, это, наверное, скучно — согласился я — А ты выпить не хочешь? Я могу за шампанским сбегать. Ты как к шампанскому относишься?
— Хорошо отношусь — улыбнулась Оля — Только в умеренных количествах. А то я один раз…
— Подожди — перебил я — Сейчас сбегаю, и расскажешь, как ты один раз.
— Давай, сбегай, только если быстро — сказала она и улыбнулась.
Я затянулся в последний раз, щелчком выбросил сигарету и поскакал в нижнюю каюту. Взрослые уже прилично выпили и затянули какую-то старую советскую песню. Стараясь не привлекать лишнего внимания, я схватил початую бутылку шампанского, два пластиковых стаканчика и побежал обратно. Рядом с мужским туалетом сидели пацаны и глушили какие-то тяжелые напитки. Иван, Муха, Гвоздь — все были там. И еще человек десять с нашей параллели и постарше. Учителя обходили туалет стороной.
— Жека! Пойдем выпьем за окончание! — позвал Димон из девятого В.
— Пять секунд, парни, сейчас наверх сбегаю, и выпьем — сказал я — Сегодня еще успеется.
— Давай быстрее — крикнул Гвоздь — В большой семье еблом не щелкай — водка кончается быстро.
— Ага, сейчас — сейчас…
— Давай вообщем, не тупи.
Я поднялся на верхнюю палубу. Слава Богу, Оля никуда не делась, стояла в своем синем платье и смотрела куда-то вдаль. В направлении горизонта. Я секунду полюбовался ее лицом. На самом деле обычное лицо, ничего вроде особенного. Но сердце забилось в миллион раз чаще. Ну, вы понимаете, есть такие лица — не можешь отвести взгляд и все. Дыхание прерывается и не верится, что обладатель этого лица прямо здесь и прямо сейчас с тобой разговаривает.
— Салют! — поднял я шампанское — Не заскучала? Вот — добыча…
— Нет, не успела. Ты достаточно быстро — сказала она.
— Предлагаю выпить за знакомство! — ответил я.
— Давай за знакомство.
Мы выпили за знакомство. Пузырьки шампанского в пластиковом стаканчике искрились от заходящего солнца. Все было как в дешевом фильме. Мы выпили еще раз.
— Так что ты хотела там рассказать? — начал я — Как ты один раз выпила и что-то там…
— Да не такая уж и интересная история, на самом деле. Просто мы с девчонками отмечали день рождения. И было еще несколько наших общих друзей, пара ребят из консерватории и еще один мальчик из обычной школы. И они, в общем, принесли несколько бутылок шампанского и…
— И…?
— Ну и я выпила слишком много. Я тогда вообще алкоголь почти не пробовала, а шампанское — оно же такое вкусное и сначала совсем не пьянит…
— Да, есть такой эффект…
— … Ну и выпила лишнего, и мне так хорошо стаа-а-ло… Мы с девчонками начали на столах танцевать, музыку громко слушать, разбили большую вазу, керамическую… Соседи чуть милицию не вызвали, представляешь?! Ужас, в общем! Мне потом так стыдно и так плохо было…
— А что плохого в том, что вы с друзьями повеселились?
— Ну, я даже сама не знаю… Но как-то плохо это было, неправильно, что-ли.
— Не знаю, не знаю. По мне так, пока молодой — нужно веселиться сколько влезет.
— Да я тоже так думаю! — замахала она своими тоненькими ручками — Но как-то в меру надо веселиться, чтоб потом стыдно не было.
— Может быть, это дело такое, спорить можно долго. Но сегодня то — выпускной, как никак! Нужно и выпить и повеселиться, с этим-то ты, я надеюсь, согласна?
— Конечно, согласна! Вкусное все-таки это шампанское….
— Да, вкусное, тут уже, правда, на донышке осталось. Может, на брудершафт выпьем? — предложил я.
— А это как? — спросила она.
— Это типа за знакомство. Когда пьют на брудершафт — значит, человек тебе приятен. Нужно продеть вот так руки и выпить — показал я.
— Давай — улыбнулась она — Ты вроде приятный молодой человек.
— Вы тоже очень приятная молодая леди — сказал я. Оля рассмеялась.
Я с готовностью разлил остатки шампанского, и мы выпили на брудершафт. Продевая свою согнутую руку через Олину, я почувствовал тонкий запах ее духов и чуть не сошел с ума. Духи пахли чем-то легким и родным.
Мы немного поболтали о школе, я рассказал про футбольную секцию, про то, что хочу учиться на экономиста. Она — про консерваторию, про увлечение испанским. Я вспомнил слова из Offspring — уно, дос, трес, кватро, синко, синко, сейс! Оля смеялась, а меня разрывало от счастья.
Минут через двадцать подошла сестра Таня, удивилась нашему знакомству, взяла Олю за руку и потянула куда-то в компанию девочек. Я не хотел ее отпускать, но выбора не было. Пришлось идти к мужскому туалету — отмечать выпускной с пацанами.
Тяжелая алкогольная артиллерия к тому времени уже бурлила в желудках моих друзей. Оставшиеся полторы бутылки водки быстро распили за полчаса под разговоры о том, куда идти бухать дальше, где в такое время можно купить еще водки и кому из телок сегодня можно присунуть. Обычно такие разговоры ничем не заканчивались, но в выпускной был шанс на какие-то счастливые случайности.
Оставшийся час речной прогулки я пил с одноклассниками, высматривал Олю, участвовал в выяснении отношений между Ваней и Гвоздем, прятался от мамы и пытался стянуть с кухни еды. Вскоре стемнело, и корабль причалил к речному вокзалу, ровно на то же место, с которого начинался выпускной. В толпе спускающихся на твердую землю людей я разглядел Олю и решился подойти.
— Привет — сказал я — А ты сейчас куда?
— Наверное, домой — сказала она — Поздно ведь уже.
— Да ладно, не так уж и поздно, мы сейчас еще гулять пойдем куда-нибудь. Пошли с нами?
— Нет, извини, не могу. Родители говорят, что пора домой ехать. А я с ними и так достаточно часто ругаюсь, так что сегодня гулять не получится. И это все таки не мой выпускной, а Таньки.
— А когда получится? — осмелел я — Можно и в обычный день погулять, если ты не против…
— Ты что, мне свидание назначаешь? — засмеялась она.
— Можно это назвать и так — сказал я — А можно просто встретиться, погулять. Погода сейчас хорошая.
— Да, действительно хорошая — еще раз засмеялась она.
— Тогда до связи? — спросил я — Я как-то Тане звонил насчет уроков, телефон знаю.
— До связи — улыбнулась она, развернулась и пошла к родителям.
Я как дурак постоял еще несколько секунд, посмотрел на ее синее платье и тоже развернулся и пошел к пацанам.
ГЛАВА 12
Мы сидели вчетвером и играли в сто одно пара на пару. Игра простая, но захватывающая, особенно если нечего делать. А летом на районе совершенно нечего делать, кроме как бухать и играть в сто одно на школьном крылечке.
Вкидываем по пятьдесят копеек мелочи, колода тщательно тасуется, все кроме сдающего получают пять карт и начинаем играть. Этим летом мы играли в сто одно почти каждый вечер. Вскоре я научился предугадывать ходы Ивана, а Гвоздь научился забирать свои пятьдесят копеек в случае проигрыша и отдавать долги сигаретами.
Было тепло, район шумел неторопливо, по-вечернему. Кряхтели на лавочках бабушки в разноцветных юбках и домашних тапках, натянутых прямо на шерстяные носки. Малые сутками гоняли мяч на асфальтовой площадке у школы и бегали домой за полторашками воды. Из компьютерного клуба доносилась пальба калашей и винтовок М-16. Серый из третьего подъезда крутил солнышко на скрипучей качели, телки с общаги щелкали семечки у веранды и над чем-то ржали. С балкона десятого этажа восемнашки доносились дурные, срывающиеся на визг голоса пьяных Зайца, Коти и Филина.
Парням почему-то полюбилась именно эта песня и уже недели три или четыре весь район слушал нетленный хит группы “Ласковый Май”.
— Хорошо песня пошла — отметил Иван, раскидывая очередную колоду.
— Да эти алкоты ничего больше и не слушают — сказал Муха — Это сколько надо сэма выпить, чтобы эту херню петь?
— Да ладно, не такая уж и плохая песня — сказал Гвоздь — Под настроение, понятное дело, но иногда можно и такое погорланить.