Анна пошатнулась. Только сейчас она поняла, что все это время надеялась на то, что они будут вместе, несмотря ни на что. Но надежды разбились о суровую реальность, которая приняла форму ухмыляющейся усатой физиономии странного господина Гаунчи.
— Так что я пришел сюда только ради вас. Чтобы вы имели время подыскать себе жилье и заняться своими проблемами. Ведь вам будет не до них, когда Сантано Арности умрет. Побеспокойтесь о себе сейчас! — напоследок бросил он. Он поднялся, поклонился, одним глотком допил свой виски и вышел из комнаты. Анна слышала, как он прощался с Вильмой.
Значит, Серхио все-таки разводится с ней. Ведь ты этого хотела, напомнил ей внутренний голос. Чему же ты удивляешься? Он всего лишь выполняет твою просьбу. Твое желание. Анна чувствовала, как слезы катятся по ее щекам. Зачем он вообще сюда приехал, женился на ней? Все из-за этих проклятых акций. Но ведь по завещанию все равно их получает он. Зачем тогда надо было соблазнять ее, влезать ей в душу? Ах, какая теперь разница. Пусть наслаждается счастьем с неотразимой Денизой, пусть она рожает ему детей. Она, Анна, отныне обречена на одиночество, и только ее сын, о котором Серхио никогда не узнает, поможет ей примириться с жизнью.
Рональд нашел ее в полутемной гостиной, когда приехал к Арности после ночного дежурства. Он знал, что Анна целый день провела дома, и торопился рассказать последние новости. К сожалению, никаких улучшений в состоянии Сантано не было, поэтому Рональд был расстроен. Ему очень не хотелось огорчать Анну, и всю дорогу к дому Арности он придумывал мягкие формулировки, но когда увидел ее, бледную и заплаканную, в полумраке комнаты, все тщательно приготовленные слова вылетели у него из головы.
— Что случилось? — Он бросился к ней и опустился перед ней на колени.
— Серхио разводится со мной, чтобы жениться на другой женщине, — глухо произнесла Анна.
Рональд с трудом узнал ее голос. Как же она любит этого негодяя! Рональд почувствовал укол ревности. Как он может так поступать с ней! Бедняжка, она столько вынесла. Когда же судьба перестанет безжалостно хлестать ее?
Рональд обнял Анну за плечи, прижал к себе. Его сердце отчаянно забилась, когда ее душистые волосы коснулись его щеки. Она оставалась пассивной в его объятиях, не чувствуя, как горит его лицо от одного прикосновения. Она даже не осознает, что я рядом, с горечью подумал Рональд. Мне не на что надеяться. Ее сердце забрал этот мерзавец. Но, может быть, пройдет время и… Рональд утешал себя обычными отговорками отвергнутых любовников. Тяжело расставаться с последней надеждой, и он заглушал голос разума, утверждавшего, что Анна никогда не будет с ним.
Они разговорились. Постепенно Рональд выяснил у Анны все подробности утреннего визита Гаунчи. Какое безобразие! Говорить с ней в таком тоне в ее положении! Возмущению Рональда не было границ. И Сантано хорош, а уж про Серхио и говорить нечего. В том, что Гаунчи — человек Серхио Арнотти, Рональд ни капли не сомневался. Подлость он видел в том, что вопрос о завещании поставили именно сейчас, когда Сантано при смерти. Неужели Сантано настолько богат, что его деньги имеют такое значение для миллионера Серхио? Или Серхио настолько жаден? А что теперь делать Анне, одной, с ребенком? Рональд с жалостью посмотрел на девушку. Анна смотрела вдаль сухими невидящими глазами. Сколько еще страданий выпадет на ее долю?
Рональд остался ночевать в доме Арнотти. Нельзя было и подумать о том, чтобы оставить Анну в таком состоянии одну. Они сидели в гостиной, пили чай и разговаривали. Дрова весело потрескивали в камине, в комнате было тепло. Рональд рассказывал о своих пациентах, интересных и забавных случаях из больничной жизни, а Анна, сначала почти не слушавшая его, постепенно увлеклась разговором и даже стала задавать вопросы. Рональд был рад отвлечь ее хотя бы немного. Он представлял себе, что это обычный вечер в его семье, и Анна, его жена, сидит рядом и внимает каждому его слову. Что бы он ни отдал, чтобы эта печальная девушка с глазами цвета малахита доверилась ему и разрешила создать для нее настоящий дом.
Анна наблюдала за Рональдом. Все чувства, обуревавшие его, так явно читались на веснушчатом лице, что ей стало невыразимо жаль его. Зачем она мучает этого славного парня? Ведь так просто сделать его счастливым — стоит только согласиться стать его женой, чтобы увидеть, как его простодушная физиономия озарится радостью. Она могла бы спокойно сосуществовать с ним, без всплесков страсти, но и без этого слепого отчаяния, которым была наполнена ее жизнь с Серхио Арнотти. Может, попробовать? Хотя нет, с нее хватит браков без любви. Анна слишком хорошо знала на собственном опыте, каково жить с человеком, которому нет до тебя никакого дела. Она не могла так поступить с Рональдом. Это будет несправедливо по отношению к нему. Зачем лишать его возможности встретить человека, который ответит на его чувства, подарит ему счастье разделенной любви? Она не будет настолько мелочна, чтобы мстить всем мужчинам за прегрешения одного.
— Уже два часа. Вам пора спать, Анна. У вас был тяжелый день. — Анна вздрогнула при звуках его голоса. Оказывается, она немного задумалась в удобном кресле дедушки и не заметила, как подкралась ночь.
Рональд встал и подошел к окну. Непроглядная тьма сгустилась, лишь редкие звезды да фонарь несколько оживляли мрачную улицу. Анна внимательно смотрела на молодого врача, как будто впервые видела его. Высокий и стройный, он был хорошо сложен. Не такой изящный и гибкий, как Серхио, Рональд обладал более развитой мускулатурой. Более надежный — так определила для себя Анна. Этот человек не стал бы изменять жене в первые месяцы после свадьбы, она могла бы на него положиться. Рональду она доверяла. Он не посвятил свою жизнь искусству одурманивания женщин; никто не падал в обморок, лишь завидев его. С таким мужем она чувствовала бы себя как за каменной стеной. Анна вздохнула. И почему она полюбила не того мужчину? Почему они не встретились раньше? Все могло бы быть иначе, и она бы ждала сейчас ребенка от него, а не от того далекого жестокого человека, который умудрялся и на расстоянии мучить ее.
Рональд обернулся. Он подошел к Анне и опустился перед ней на колени. Столько страстной мольбы было в его взоре, что Анна, не в силах выносить это, прикрыла глаза и откинулась на спинку кресла. Рональд прильнул губами к ее руке. Он весь дрожал. Анна осознавала, сколь велико его желание, ведь когда-то она сама трепетала от страсти в присутствии Серхио Арнотти. Странно, но теперь она оставалась совершенно холодной.
— Анна! — Рональд поднял голову и умоляюще смотрел на нее. — Вы так прекрасны, Анна. Если бы вы только разрешили мне ухаживать за вами, заботиться о вас и малыше, я бы сделал вас самой счастливой женщиной на свете. Я бы охранял вас ото всех… — Он говорил что-то еще, бессвязные слова любви и страсти сыпались с его губ, покрывая Анну невидимой пеленой.
У нее сжалось сердце. Она провела рукой по его рыжеватым волосам. Они были мягкими и приятными на ощупь. Почему бы не дать ему то, чего он так жаждет, ведь ей это ничего не стоит. Раз она не нужна Серхио, единственному человеку на свете, который ей дорог, зачем отказывать этому симпатичному мужчине, для которого она дороже всего на свете. Одна ночь ничего не изменит, а он, утолив свое желание, может быть, забудет про нее. Анна наклонилась к Рональду и он задохнулся от счастья, когда она поцеловала его.
Они поднялись в комнату Анны. Рональд принялся лихорадочно расстегивать ее блузку, Анна безучастно обнимала его. Ее тело подчинялось приказам разума, но отказывалось принимать активное участие в том, что должно было произойти между ними. Рональд прильнул к ее обнаженной шее и покрыл ее жадными поцелуями.
— Нет. — Она вдруг отстранилась от него. — Прости. Я не могу. Это неправильно. — Анна отошла вглубь комнаты и закрыла лицо руками. — Извини меня.
— Это ты меня извини, — ответил он с горечью. — Я же вижу, что не нужен тебе. Мне не следовало навязываться. Я действительно люблю тебя и хочу быть с тобой, но мне не нужны одолжения.