На верхней ступеньке лестницы, ведущей на искусно сооруженный второй полуэтаж, появилась Баффи в зеленом бархатном платье с кружевной отделкой. На какое-то мгновение она остановилась, почти инстинктивно приняв одну из самых своих соблазнительных поз, и Зак не удержался от возгласа восхищенного удивления.
— Боже правый! Как ты хороша! — В его восклицании прозвучала гордость мужчины, обладающего столь прекрасной женщиной.
— В этом старье? Не может быть! — лукаво улыбнулась она и слегка наклонила голову, чтобы пышная волна золотисто-каштановых волос упала ей на плечи.
Выдержав еще одну секундную паузу, Баффи начала грациозно спускаться с лестницы.
Зак налил в бокалы шампанского, но прежде, чем он успел пригубить превосходное пенящееся вино, его жена дошла до середины гостиной и чуть заметным движением руки расстегнула единственную застежку на своем платье. Через секунду у ее ног лежала мягкая груда зеленого бархата и кружев. Огонь камина освещал розовым светом все изгибы женственного тела. Шагнув к жене, Зак принялся медленно целовать ее шею, тогда как руки Баффи проворно расстегивали его рубашку.
— Я люблю тебя, — прошептал Зак.
— Да, знаю…
Ах, как она была счастлива в эту минуту!
Их тела переплелись и опустились на мягкий толстый ковер. Зак жадно целовал ее грудь. Его горячее дыхание, казалось, окутывало все тело Баффи. Откинувшись на пушистый ковер, она закрыла глаза, душой и телом отдаваясь волне нарастающего желания.
— Теперь у меня есть все, понимаешь? — задыхаясь, прошептала она. — У меня есть любовь, у меня есть свой собственный дом, у меня есть все, чего я хочу… почти все. Но у меня будет все и без всяких «почти»! Обязательно будет!
ГЛАВА 5
Кованные серебром ковбойские сапоги Клетуса Сарасоты, решительно шагающего по натертым паркетным полам новых апартаментов своей дочери, издавали звонкие цокающие звуки. Не снимая своей излюбленной широкополой ковбойской шляпы, Клетус остановился посередине огромной гостиной и стал медленно поворачивать голову, внимательно разглядывая все детали убранства.
— Ну и притон! Тоска зеленая, — пробормотал он с сильным техасским акцентом.
— Привет, папочка! — сказала Баффи.
— Зачем понадобилось тратить кучу денег на превращение в бордель заброшенного фабричного цеха посреди трущоб Нью-Йорка? — недовольно пробурчал Клетус, не отвечая на приветствие дочери. — Окажись такой ангар где-нибудь у нас, в Техасе, я бы хранил в нем изношенное бурильное оборудование. Ни на что иное этот барак не годится.
— Зачем ты явился сюда, папа? — неожиданно сурово осведомилась Баффи. — Если только для того, чтобы посмеяться над моим домом, то лучше бы тебе пойти в другое место! — В ее голосе не было гнева, но звучал он очень твердо. — Лично мне этот, как ты изволил выразиться, «притон» очень нравится.
На Клетуса суровые слова дочери не произвели ровным счетом никакого впечатления.
— Никак не возьму в толк, почему ты отказалась жить в тех вполне приличных апартаментах, которые я снял для тебя в отличном отеле? Боже правый, к чему тебе вообще эта жизнь в Нью-Йорке, в этой огромной свалке стекла и бетона? Почему бы не переехать в родной Техас?
— Теперь я замужняя дама, папочка, — чуть нараспев протянула Баффи и демонстративно взяла под руку Зака. До этого момента тот находился в спальне, но ему пришлось поспешить на помощь жене, вступившей в шутливую борьбу с отцом, его тестем.
— Ах да! Про мужа-то я и забыл, — усмехнулся Клетус, бесцеремонно разглядывая новоиспеченного зятя. — Парень, ты, кажется, из Огайо? Я знаю об этом штате одно: что компания «Стандард ойл» недавно заключила весьма выгодную сделку, получив контракт на строительство нефтепровода.
— Папочка, Зака не интересуют нефтепроводы, — вмешалась Баффи.
— Нефтепроводы должны интересовать всех и каждого. Держу пари, никто не останется безразличным к этому делу, когда коммунисты доберутся до арабов, и нам, американцам, придется платить три доллара за галлон бензина. — Клетус на секунду замолчал, и на его лице застыла полуулыбка. Очевидно, эта мысль доставляла ему удовольствие. — Ну, куколка, есть у тебя что-нибудь выпить? — обратился он к дочери.
Баффи направилась к бару, по опыту зная, что отец попросит налить рюмку виски «Дикая индейка» и откажется от содовой.
— А ты что будешь пить, парень? — обратился Клетус к зятю.
— Бокал белого вина, — рассеянно отозвался Зак.
— Вот это да! — воскликнул Клетус. — Белого вина? Черт побери, девочка, ты прямо-таки создана для того, чтобы рожать детей, и при этом вышла замуж за мужика, который пьет белое вино! Черт меня побери! Если так пойдет дальше, то скоро вы заведете себе одну из этих недавно появившихся тварей, что-то вроде расплющенной волосатой лягушки… Забыл, как называется эта чудовищная порода собак?
— Тибетский терьер, — подсказал Зак.
— Вот-вот! — кивнул Клетус. — Он уже и породу знает. Я не доверяю человеку, который имеет такую псину да вдобавок еще и пьет белое вино! Нет уж, увольте, сэр!
— Вы были бы обо мне лучшего мнения, если бы я предпочитал пиво «Одинокая звезда»? — усмехнулся Зак.
— Неужели в этом городе найдется настоящее техасское пиво? [2]— недоверчиво спросил Клетус. — Ну, тогда твои дела не так уж плохи, парень!
Он неожиданно добродушно улыбнулся Заку, и тот сразу понял, что старый техасец всего лишь испытывал на прочность своего новоиспеченного зятя. Внешне Клетус Сарасота производил впечатление человека вспыльчивого и грубого, на самом же деле этот нефтяной магнат сумел нажить баснословное состояние благодаря тонкой интуиции и умению сразу распознать истинную суть сидевшего перед ним человека. Вот и сейчас Клетус Сарасота вел себя с зятем так, словно нанимал себе служащего. Таков уж был этот человек.
— Детка, — сказал он дочери через плечо, — почему бы тебе не заняться штопкой или какими-нибудь другими домашними делами, а мы с твоим благоверным пока что потолкуем по-мужски.
— Я не умею штопать! — засмеялась Баффи. — И никто в нашей семье никогда не штопал! Этим занимались слуги, дорогой мой папочка!
— Пора тебе понять, что ты теперь не вольная пташка, а мужнина жена! — недовольно возразил Клетус, раздраженный легкомысленным поведением дочери. Он привык, чтобы ему подчинялись без лишних слов. — Тогда пойди займись чем-нибудь, что умеешь делать, например, покупками. Все эти годы именно я оплачиваю твои счета; мне ли не знать, что ты настоящий чемпион в этом деле!
— Вот это я действительно умею делать, — сухо отозвалась Баффи. Накинув пальто и взяв сумочку, она мгновенно исчезла за массивной стальной дверью, оставив мужчин в тишине и одиночестве.
Клетус первым нарушил молчание.
— Я навел о тебе справки, парень.
— Полагаю, так заведено в вашей семье, — равнодушно откликнулся Зак.
— Пожалуй, ты получше многих других проходимцев, за которых моя дочь уже не раз собиралась замуж. Впрочем, ты тоже не лучший вариант, хотя много и упорно работаешь, а к тому же происходишь из хорошей богобоязненной семьи.
Зак молчал.
— Меня всегда интересовало, чего именно тот или иной мужчина хочет от моей дочери. Она невероятно глупа, поэтому, полагаю, тебя в ней привлекает отнюдь не острый ум.
— Она гораздо умнее, чем вы думаете, — возразил Зак, уже начиная испытывать к тестю лёгкую неприязнь.
— Сынок, мы оба отлично знаем, что на земле существуют гораздо более умные женщины, — вздохнул Клетус и понизил голос. — Послушай, Баффи очень красива и, как я слышал, чертовски хороша в постели. Она действительно любит заниматься сексом. Это мой тяжкий крест, и мне придется нести его до конца жизни. Баффи переспала с доброй половиной мужчин штата Техас. Впрочем, тебе, наверное, известна эта особенность твоей молодой жены?
— Известна.
— Так вот, сынок, должен тебя предупредить: моя дочь всегда твердила о том, что по-настоящему хочет лишь одного — иметь свой дом, семью и детей. Не знаю, насколько у нее серьезно насчет семьи и детей, но если она хочет этого, ты должен ей это дать, сынок! Бог свидетель, я мечтаю увидеть Баффи хоть немного остепенившейся и повзрослевшей. Ты готов дать ей то, чего она хочет? — проницательно глядя на притихшего зятя, спросил Клетус.
2
В США штат Техас неофициально именуется штатом Одинокой звезды.