— Не будь смешным!
— Неужели? — спросил он низким голосом. — Скажи, Катриона, кому ты сообщила о том, что вышла за меня замуж?
Ее молчание было красноречивее любых слов.
— Даже своей мачехе? Неделю назад ты сказала мне, что очень хотела бы утереть ей нос. Разве я не подхожу на роль главного приза, которому можно позавидовать?
— Вот как ты о себе думаешь? — уточнила она. — По-твоему, я должна представить тебя своим соседям в следующие выходные примерно так: «Джен и Боб, познакомьтесь с Рэйфом Карлайлом, моим призовым мужем! Я выиграла его в рулетку неделю назад».
Он покачал головой и вздохнул.
— Я хочу, чтобы ты представила меня как своего мужа. И все.
— И я сделаю это, — успокоившись, сказала она, — вечером в субботу.
— Отлично.
Как обычно бывало, их жаркий разговор перерос в жаркие объятия и поцелуи.
Кэт больше не думала об этом разговоре до того, как он уехал. Занимаясь делами, она вдруг вспомнила слова Миллы, которые та сказала в день их знакомства:
Он лучше, чем хочет казаться даже себе.
Она знала, что недооценивала его с самого начала, считая, что он легкомысленный человек. Рэйф знал, какое впечатление производит, и играл этим, хотя в нем намного больше хороших качеств. Он старался скрыть ум и глубокие чувства под маской сексуального плейбоя.
Зачем он это делает? — размышляла Кэт.
Рэйф явно знает себе цену. Он не может серьезно верить в то, что она держит их брак в секрете, потому что стыдится его. Это смешно, потому что все обстоит как раз наоборот. Это она думает, что его семья посчитает ее недостойной парой Рэйфу.
На ферме Кэт сама себе хозяйка, она выбрала эту жизнь, еще когда была ребенком, и во всем помогала отцу. Если она забеременеет, это свяжет ее с семьей Рэйфа.
Тогда она поедет вместе с ним знакомиться с его матерью. Потом Рэйф поведет ее в ресторан на ужин с братьями. Когда Рэйф примет решение покончить с их браком, для нее настанут трудные времена. Расстаться с человеком, которого она успела полюбить, само по себе нелегко. Не хватало еще привязаться к его семье.
Всю неделю Кэт напоминала ребенка, который с нетерпением ждет Рождества, хотя она не хотела признаваться в этом даже самой себе. У нее было достаточно работы, чтобы заполнить дни, а по вечерам Рэйф звонил ей, и они подолгу болтали. А в пятницу Кэт вернулась домой и обнаружила на автоответчике сообщение, что Рэйф не приедет раньше субботы.
Все в порядке, говорила она себе, ты же взрослый человек. Вполне самостоятельный и сильный, чтобы спокойно пережить еще один день вдали от мужа. У него тоже есть обязанности.
Утро субботы Кэт собиралась провести за работой с животными, но обнаружила, что у нее пришли месячные, и это расстроило ее. Забеременеть с первого раза ей не удалось, и значит, она не оправдала ожиданий Рэйфа.
Все же надо заставить себя заняться делами, иначе недолго и с ума сойти. Кэт прошла в загон со скотом, намереваясь убраться там. Однако мысли все время вертелись вокруг Рэйфа. Неужели отныне ее настроение будет зависеть от того, приедет он сюда или нет? Возможно, ей следует в корне пересмотреть их отношения. Как-то неправильно, когда супруги живут на расстоянии многих километров друг от друга…
Но в любом случае в таком мрачном расположении духа не стоит принимать никаких решений. К тому же сейчас нельзя отвлекаться, потому что животные нервничают и пытаются вырваться из загона на свободу.
Кэт уже заканчивала работу, когда внезапно услышала вдали рокот самолета. Она подняла глаза к небу, но тут же обругала себя за глупость. Рэйф знает, что ее посадочная полоса еще не приведена в порядок, и предпочтет снова воспользоваться полосой Сэмюэльса. Если это, конечно, самолет Рэйфа…
Задумавшись, девушка потеряла бдительность и лишь в последнюю минуту поняла, что произошло. Она держалась рукой за ворота загона, когда одна из коров с разбегу бросилась на деревянное ограждение. Хлипкая конструкция не устояла, и все стадо ринулось на волю. От мощного натиска животных железная перекладина ворот оторвалась и угодила Кэт по голове. Девушка упала на землю без сознания.
У Рэйфа было нехорошо на душе. Какое-то дурное предчувствие заставило его вести самолет очень осторожно, но когда он благополучно приземлился и взял в аренду машину, то буквально летел до фермы Катрионы. Уже издалека он увидел, что на ее скотном дворе что-то происходит. Сердце сжало стальными тисками.
Сотни раз Рэйф запрещал ей чистить загоны без него. Катриона спорила с ним, говоря, что работает с животными с раннего детства. Рэйф терпеливо объяснял, что, учитывая обстоятельства, он бы не хотел, чтобы жена занималась этим сама. Ведь она уже может быть беременна.
— И, конечно, ты все сделала по-своему, — сквозь зубы процедил он, поворачивая к ее дому.
Его гнев превратился в ужас, когда Рэйф увидел, что происходит на скотном дворе. Стадо бешено носилось по территории фермы, ворота загона были практически снесены. В облаке пыли, которое поднимали животные, он пытался разглядеть фигуру Кэт.
Но не мог. Тогда Рэйф побежал и наконец заметил ее в дальнем углу загона. Собака была рядом с ней. Рэйф громко крикнул, но звук его голоса потонул в общем шуме.
С ней все в порядке! Катриона жива, она в сознании и даже пытается шевелиться.Эти мысли вертелись у него в голове, пока он мчался к лежащей на земле Кэт. С великим трудом она встала, подняла голову и посмотрела в его сторону. На бледном как мел лице появилось подобие улыбки.
Однако ноги у нее дрожали и подгибались, и до того, как Рэйф успел добежать, она осела на землю. Он рухнул перед ней на колени, трясясь от страха. Одна мысль утешала его — она была в сознании.
— Все хорошо, милая, — взволнованно проговорил он, — я с тобой.
Она слабо улыбнулась:
— Ты… и Бах… вы рядом. Это… здорово… — На этом ее речь перестала быть четкой, и она потеряла сознание.
Происшествие на ферме начисто вылетело у Кэт из головы. Она даже не помнила, как оказалась в больнице. Сломанные ребра не давали дышать, перед глазами все плыло и раздваивалось. Как сквозь вату слышался голос Рэйфа, отдающего приказания санитарам немедленно подать каталку.
Позже, когда она окончательно пришла в себя, Рэйф сидел на стуле рядом с кроватью, держал ее за руку и бормотал какие-то слова, смысл которых не доходил до нее сквозь дурман лекарств. Она снова погрузилась в сон с улыбкой на лице, но когда проснулась, стул рядом с ее кроватью был пуст.
В понедельник утром Кэт разбудил пристальный взгляд Рэйфа. Повернув голову, она увидела, что он стоит рядом и улыбается ей. Сладостная боль пронзила Кэт, и это нельзя было списать на то, что у нее ноет грудная клетка, просто все ее существо преисполнилось радости при виде мужа. Кэт хотела видеть улыбку Рэйфа Карлайла каждый раз, как открывала глаза. И еще — ей была необходима его любовь.
— Привет! — улыбнулся Рэйф, устраиваясь на краю кровати и нежно целуя ее в лоб.
— Ты здесь.
— А ты считаешь, что я мог оставить тебя здесь?
— Я думала… — она скривилась, ощутив болезненную пульсацию в висках, — я думала, что тебе, возможно, нужно быть сегодня на работе.
— Сегодня мне нужно быть здесь, — он поднял ее руку и прижал к своей щеке. — Как ты себя чувствуешь?
— Как будто по мне прошлось целое стадо.
Рэйф рассмеялся. Надо же, в таком состоянии она еще способна шутить!
— Я принес тебе цветы и фрукты.
— Спасибо.
— И еще это.
«Этим» оказались бриллианты. Вернее, бриллиантовое колье. Кэт удивленно заморгала. Цветы, фрукты и бриллианты. В этом был весь Рэйф. Вот только к ней не имело никакого отношения.
Радость от его присутствия куда-то исчезла. Кэт смотрела на сверкающие камни, не трогая их.
— Где ты взял это?
— В Вегасе.
— Это…
То же самое, что купленная ей одежда. Красивая, дорогая, непрактичная.