- Коллин!!
- Ну, что еще? - недовольно оторвался незнакомец, сверкнув почти черными глазами. - Хочешь знать, как? Ах, Вал, глупо надеяться на чудо и то, что вам кто-то поможет! Но если желаешь… ладно, поживешь еще пару минут. Что ты хотел узнать?
- Как ты… нас нашел? - прохрипел Страж, краем глаза кося на блистающее над сердцем острие в умелых руках одного из гвардейцев старшего брата. Только дернись, и он, не задумываясь, проткнет насквозь, а с таким ранами не живут даже Гончие: разорванное сердце не спасти и бессмертному.
Коллин, перехватив его взгляд, широко улыбнулся.
- Еще не понял? Неужели забыл, что носишь на себе вещицу, состряпанную нашим стариком Робсилом? Неужто запамятовал, что мой верный маг (его ученик, кстати!) может ее не только отследить, но и заблокировать? Ну же, соображай быстрее и перестань таращить глаза! А еще лучше посмотри на свою грудь и этот погасший амулетик. О… вижу, действительно забыл. Что ж, ты сам виноват. Гончая, тоже мне… нам оставалось лишь вычислить нужное направление и подготовить тебе славную встречу. И не переживай о пропавшем чутье: в твой кубок я вчера успел бросить порошок серой клаксы, способной ослепить даже Стража и успокоить хоть самого Торка в минуту раздражения. А с ним ты стал совсем беззащитным перед нашей магией.
- Зачем? - тоскливо прошептал рыжий, отчаянно ища выход. - Я ведь ни на что не претендую… мне это не нужно… я же отказался!!
- Да, это так. Но, видишь ли… дело в том, что отец слишком уповал на твое чувство долга. Хотел вернуть тебя, уговорить остаться. Он слишком тянул с переменами, а мне… надоело ждать. И Сиррину тоже.
Вал придушенно ахнул.
- Ты что…?!
- Мы, - многозначительно поправил Коллин. - Не я, а МЫ решили, что так будет лучше. Если бы ты не вернулся, все прошло бы тихо и незаметно. Одна щепотка Золотой Пыльцы, и "да здравствует король!", но ты так не вовремя решил проявить сыновьи чувства! Так нелепо вернулся, да еще без предупреждения! Нам пришлось срочно менять планы и откладывать то, что давно готовилось. Ты ведь мог и передумать… впрочем, я не в обиде: у меня есть в этом деле свой маленький интерес. Правда, моя хорошая?
Милле снова отчаянно забилась в жадных руках, но ее дико расширенные глаза не отрывались от тяжело дышащего Стража.
- Вал… Вал… не умирай, пожалуйста!
- Поздно, - жестко оборвал Коллин и потянул ее в сторону. - Заканчивайте здесь и возвращаемся во дворец! Убейте его и проверьте мальчишку: мне не нужны лишние свидетели.
- Ва-а-а-л!!
Тир невидяще мотнул головой, чувствуя, что превращается в настоящую головешку, и тихонько застонал. Сквозь мутную пелену он успел подметить победный стальной блеск над бесформенной кучей, в которую чья-то злая воля превратила еще живое тело Стража. Сообразил, что это делает последний замах держащий копье гвардеец, и обездвиженный Вал сейчас умрет, а Милле окажется в полной власти чужака со звучным именем Коллин, чей голос стал вдруг так ненавистен. Что такого не должно было случиться, и он не должен валяться без сил в то время, как его близких собирается уничтожить какой-то мерзкий хмырь. Но тело до сих пор отказывается повиноваться, в глазах стояла кровавая пелена, руки не поднять, не ударить, не помочь… только бешеный огонь заживо пожирает душу и медленно убивает его изнутри. Убивает так же верно, как жгучий стыд и сознание собственной беспомощности.
- ВАЛ!!! Нет!! - отчаянно вскрикнула Мелисса, а следом раздался отвратительный хруст, тихий стон и довольный смешок невидимого Коллина.
Тир неожиданно понял, что терять ему больше нечего.
"МИЛЛЕ!!!" - эльф неистово забился внутри собственного тела, что отчего-то превратилось в одну коварную ловушку, с яростью обратился к судорожно дергающемуся сердцу и, едва не сгорев от этого усилия окончательно, белыми от ненависти губами прошептал:
- Будьте прокляты… все, кто имеет к этому отношение… все… кто, посмел ее коснуться… за Вала… за нас… прости, Милле, я не могу больше… - он неожиданно осекся и выгнулся всем телом, ощутив, как в этот самый миг беспощадный жар, словно только ждал разрешения, освобождено ринулся наружу.
Переполненная поляна вдруг содрогнулась от беззвучного грома, а затем задохнулась от слаженного крика, потому что дорогу от края до края вдруг перегородило лютое пламя безудержной ненависти юного эльфа. Страшный в своей силе огонь в мгновение ока охватил всех присутствующих и жадно вгрызся в податливые человеческие тела, забираясь в мышцы, кости, заживо выжигая нутро. Он в какие-то жалкие секунды взметнулся над верхушками величественных сосен, нещадно опалил беззащитные иголки, а потом рухнул всей массой вниз, погребая под собой неразумных смертных, их невинных скакунов, дорогое оружие и даже жизни.
Тир уже не слышал слаженного вопля ужаса, быстро сменившегося истошным воем боли и отчаяния. Не заметил, как на месте трех десятков смертных в мгновение ока образовались гигантские факелы, быстро опавшие серым пеплом. Не почувствовал отвратительного запаха горелого мяса. Не увидел странного зеленого зарева, всколыхнувшего Восточный лес до самого горизонта. И не смог различить в этой жуткой какофонии испуганный голос Мелиссы.
Зато где-то внутри него поселилась странная уверенность, что он все сделал правильно. Справился с собой, совладал и сделал сегодня нечто очень важное. Что он все-таки сумел отомстить за смерть друга, а теперь, наконец-то, может со спокойной душой уходить.
- Глава 2 Над Левой Заставой медленно занималась заря, окрашивая далекие небеса длинными золотистыми стрелами и делая их похожими на сказочные чертоги. В прозрачной вышине неспешно плыли куцые облачка. Воздух после ночных часов был все еще восхитительно прохладен, по низу дул легкий ветерок, ласково ероша здешние редкие травы. Временами тут и там мелькали стремительные стрекозы, сверкая на свету радужными крылышками, над ухом настойчиво зудела мелкая мошкара, за ними то и дело проскакивали тени покрупнее. Над суровыми Сторожевыми башнями чуть подрагивало прозрачное марево, как бывает в жаркий полдень и как не должно бы быть ранним утром. Повсюду царила безмятежная, неестественная, неправдоподобная тишина. Но Серые Пределы на то и есть Серые Пределы, что здесь все не как везде. И даже игриво выглядывающий из-за горизонта солнечный диск кажется здесь неправильным, чересчур большим, ярким, хотя и совсем не страшным.
Линнувиэль лерре Л'аэртэ, Младший Хранитель Знаний и личный посланник Темного Владыки, с нескрываемым интересом воззрился на мрачноватую громаду человеческой Заставы, зажатую с двух сторон неприступными скалами: массивные черные стены, сложенные из поразительно твердого камня и взмывающие чуть не до самого неба; мрачноватые тени трех далеких Сторожевых башен, ощетинившиеся острыми шпилями; гордо реющий флаг с эмблемой королевства Интарис, трепещущий на ветру, словно победный вымпел; слегка потемневшие от времени каменные зубцы, соединенные между собой прочными перемычками; узкие бойницы, надежные опоры, тяжелые ворота в самом низу… эльф по достоинству оценил древнюю крепость и уважительно покачал головой. Ловко. Действительно ловко и очень умно - разместить эту громаду именно здесь, между двух горных кряжей, тем самым надежно отгородив смертоносные Пределы от Обитаемых Земель.
Неизвестные строители поработали на славу: повсюду, насколько хватало глаз, высились сплошные нагромождения скал, высоченные утесы, неодолимые и поразительно гладкие уступы, на которые не вскарабкаться даже проворной хмере. Они угрожающе нависали над головами, буквально давили своей массой и заставляли невольно сбиваться в кучу посередине широкой дороге, чтобы какая-нибудь каменюка не свалилась ненароком на макушку. С запада перед неприступной стеной чернела полоса нещадно выжженной земли, по которой не шибко подкрадешься даже в темноте. Взобраться на крутые склоны гор с юга и с севера вовсе не представляло никакой возможности (даже местным опасным зверушкам, потому что природа заранее постаралась обезопасить людей от подобной напасти). А с востока, откуда пришли незваные гости, пейзаж казался еще более мрачным и безжизненным - сплошные голые скалы без единого росточка зелени, холодный черный камень неприступных стен, да ровный пустынный тракт, на котором слышится мерный стук копыт и едва заметное дыхание Перворожденных.