Кейти МакАлистер
Крадущийся вампир, затаившийся клык
![Крадущийся вампир, затаившийся клык pic_1.jpg](https://litlife.club/books/153678/read/images/pic_1.jpg)
Пролог
— Он здесь.
— Он? Где? Дай взглянуть.
Воздух колыхнулся позади, когда Магда торопливо поравнялась со мной.
— А ты уверена, что это он?
Я оттолкнула в сторону тяжелую голубую твидовую портьеру, создавая невероятно маленькую щель между ней и окном, которая позволяла следить за мужчиной, стоящим на моем переднем крыльце.
— Должно быть он. Только посмотри на него.
— Я бы глянула, если бы ты сдвинула руку…Ах. — Магда поняла, что я подумала, о голосе оперного певца, с богатым тембром и испанским акцентом, которому удавалось одновременно быть чарующим и страстным. — Хорошо, это — правда, он носит темные очки. Но множество людей носит их.
— Ночью? — Спросила я.
Она надула губы.
— У него нет длинных волос, как были у Алека.
— Но у него есть мысок [1]. Это кричит — вампир. Это же делает мягкая фетровая шляпа, которую он носит.
— Вот еще. Это же просто шляпа.
Я подчеркнула.
— Это не просто шляпа. Она замшевая и стильная, и все вампиры, которых я видела, носили что-то подобное.
— Хмм. Многие мужчины носят шляпы вроде этой. И длинные пыльники [2].
— О, да ладно! Кого ты знаешь, кто одевается как какая-то европейская мужская модель из портфолио агента, носит темные очки и шляпу, и безусловно, отдает сексуальностью, тлеющей опасностью?
— Хорошо… — Ее лицо на мгновение исказилось, пока она размышляла. — Я просто не знаю. А ты уверена, что это курьер?
— Определенно.
— Хмм. — Подбородок Магды покоился на моем плече, когда мы съежились за портьерой. — Он может быть проповедником пытающимся обратить тебя. Или кем-то у кого кончился бензин, и потребовалось воспользоваться твоим телефоном. Или возможно он дух и потерялся, и нуждается в твоей помощи, чтобы найти то место, где духов призывают на небеса.
— Исландцы называют это — Остри и он не дух.
— Как ты узнала? Ты носишь свою штуковину?
Я подняла руку. Маленький овал лунного камня, очаровывая, тихо прокачивался на серебряном браслете.
— ОК, итак, он не призрак. Почему же ты не впустишь его, чтобы мы узнали кто он?
— Ты шутишь? — спросила я, даря ей пронзительный взгляд. — Он же вампир! Разве ты ничего не знаешь? Никогда не приглашай вампира в свой дом. Как только ты сделаешь это, они смогут войти всегда когда захотят!
Ее губы изогнулись.
— В отличие, скажем, от нормального мужчины?
— Ты знаешь, что я имела ввиду.
— Почему бы тебе просто не спросить Кристоффа? — Спросила она пренебрежительным тоном, отодвигаясь.
Я позволила портьере упасть, яркий свет пересек маленькую гостиную к моей подруге.
— Ты очень хорошо знаешь, что я не слышала не единого слова от этого конкретного мужчины с того ужасного времени в Исландии, когда закончила, став его Возлюбленной вместо Алека. Он ненавидит меня потому, что я заняла место его покойной подруги. У меня нет возможности спросить, даже если бы знала, где найти его, и я так не делаю, потому что этот пункт полностью спорный.
— Не будь смешной, — сказала Магда, плюхаясь на кушетку, махая рукой на сводчатый проход, ведущий к моей кухне. — Он прямо здесь. Ты можешь спросить его все, что захочешь.
Моя челюсть отпала, когда тень отделилась от мрака за пределами комнаты, и мужчина выступил вперед на свет. Его глаза цвета чистейшей бирюзы практически пылали на мне, заставляя сердце скакать в груди, пока я не подумала, что оно прямо-таки вырвется из меня.
— Пия, — сказал Кристофф, тем чудесно богатым, с итальянским оттенком голосом, который неизменно заставлял меня чувствовать, как будто он поглаживал мою обнаженную кожу бархатом.
— Как…как ты добрался сюда? — Запнулась я, мой мозг переполнялся видом, запахом и звуком его, тут же, приблизившись достаточно, чтобы бросится к нему.
— Ты — моя Возлюбленная, — сказал он и шагнул ко мне, свет ближайшей лампы лил на него золотое сияние, затеняя острые грани его лица и небольшую ямочку на подбородке, обтекая короткие, темно-шоколадные кудри, что целовали верхушки его ушей, кудри которые я знала, были такими же мягким, как атлас. И его рот — о, этот рот с пьянящими, чувственными губами, что могли увести меня к безумному желанию, даже теперь напомнившие мне его вкус, немного сладкий, слегка пряный вкус, что был так всецело уникален для Кристоффа. Моментально, мои ноги стали угрожать превратится в кашу. Я вцепилась в спинку стула, удерживаясь от таяния в громадную лужу прямо здесь на полу перед ним. — Мы связаны на целую вечность, Пия. Я не могу быть разлучен с тобой.
— Но… — Мой разум был совершенно бесполезен в этой ситуации, сосредоточенный исключительно на извлечении из памяти миллиона маленьких сокровенных мгновений с ним, я лишь пробудила их из тех крайне приятных воспоминаний, в некоторое подобие рабочего состояния. — Но мы были разлучены. В течении почти двух месяцев.
— Кристофф не ожидал, что вы согласитесь на шаги Воссоединения с ним, — сказал мужской голос позади меня.
Курьер, что был на ступеньках крыльца, теперь стоял в дверном проеме. Я несколько раз моргнула, когда поняла, что видела его прежде.
— Вы Андреас. Брат Кристоффа.
— Он не рассчитывал иметь Возлюбленную, — продолжил Андреас, его лицо только немного походило на того мужчину, воспоминания о котором часто посещали мои сны.
— Не больше чем я, но вы не видели, чтобы я сбежала, — сказала я, поворачиваясь назад к Кристоффу, намереваясь спросить его, почему он не связался со мной хоть однажды за эти два месяца, с тех пор как я спасла ему жизнь, ненароком восстановив его душу, но прежде чем я смогла сказать больше, он скользнул обратно в тень.
— Ты моя Возлюбленная, — повторил он, когда тьма поглотила его, лиричные оттенки его голоса держались в воздухе, даже когда он исчез из виду. — Мы связаны.
— Подожди… — сказала я, двинувшись вперед.
Андреас схватил меня за руку, говоря с нешуточной силой: — Он не ожидал, что вы спасете его.
— Я тоже, — я попыталась объяснить, но Андреас просто покачал головой и вышел за дверь.
— У меня не было выбора, — сказала я, протягивая руки, ища кого-то, кому смогла бы объяснить ситуацию. Магда вздохнула, отложила журнал и встала.
— Рей вызывает меня. Я должна сейчас уйти. Мы скоро будем здесь, и тогда ты и я сможем поговорить об этом, ОК?
— Ты покидаешь меня? — Спросила я, внезапно чувство паники наполнило меня, когда она прошла к темной кухне. — Ты оставляешь меня одну?
Она приостановилась и покачала головой, ее губы изогнулись в нежной улыбке.
— Я на самом деле не здесь, Пия. Это только сон, ничего больше.
— Но Кристофф был здесь, — сказала я, указав на дверь в мою спальню. — Он был прямо тут. Я видела его.
Она ничего не сказала, просто послала мне еще одну легкую улыбку; потом, тоже исчезла в никуда.
— Я видела его! — Настаивала я, теперь уже в пустой комнате. — Кристофф, я видела тебя. Кристофф?
Эхо моего голоса было единственным звуком.
Я обхватила себя руками и опустилась на колени с рыданием чистейшего горя, когда мое сердце прокричало его имя. Кристофф!
Пия?
Его голос был нежным в моей голове, нежным, сокровенным и теплым, ощущение этого затопило мои чувства воспоминаниями о нем. Этого было достаточно, чтобы выдернуть меня из сна, горячие слезы просочились из уголков глаз, когда сознание вернулось и с ним глубокое чувство потери, что казалось, было моим неизменным спутником.
Пока мой разум боролся, освобождая себя от морока сна, я поняла что произошло. Я позвала Кристоффа из глубин моего сна, и он ответил. Хотя я знала, что зачастую у Возлюбленных и у их Темных была способность ментальных разговоров друг с другом, наше расставание было достаточно душераздирающим, чтобы удержать меня от попыток этого.