Переступив порог, молодая женщина оказалась в просторном помещении, окна которого выходили в тенистый сад. В одной его части находился небольшой бассейн, в другой — очевидно, предназначенная для отдыха после омовений, стояла широкая софа со множеством маленьких пестрых подушечек.
Рокси поставила сумку на выложенный керамической мозаикой пол и, сопровождая свою речь выразительными жестами, поблагодарила пожилую служанку.
— Не стоит, — ответила ей Бусайна на хорошем английском. — В нашем доме так редко бывают гости, что ваше пребывание здесь доставит нам радость.
— Так вы говорите по-английски?! — ошеломленно воскликнула Рокси и даже присела от удивления на край софы.
— Естественно, — невозмутимо сообщила Бусайна, взбивая подушки. — Я живу в этом доме с самого рождения Джейсона, и, будучи кормилицей, часто общалась с его отцом. А мистер Ласки, к вашему сведению, говорил только на родном языке.
— Тогда почему Джейсон обращался к вам по-арабски? — все еще недоумевая, спросила Рокси.
— Зная его, могу сказать, что вы ему понравились. Он просто желал произвести на вас впечатление, — с лукавой улыбкой произнесла старая женщина и добавила: — Ох уж эти мужчины! Какими бы взрослыми они ни казались, подчас их поведение напоминает ребячество.
— Согласна, — поддержала ее Рокси. — Они даже не понимают, насколько забавно выглядят в наших глазах.
Женщины дружно рассмеялись, сразу же почувствовав друг к другу необычайное расположение, а затем, в то время, как Рокси спешила снять с себя пропитанную потом и дорожной пылью одежду, Бусайна принялась суетиться у бассейна, регулируя температуру воды.
Избавившись от последней детали своего туалета, Рокси вынула из волос шпильки, и они тяжелой массой рассыпались по ее обнаженным плечам, частично прикрыв грудь. При виде такой красоты, Бусайна от восхищения даже прищелкнула языком и сделала комплимент:
— Вах! Твоим волосам может позавидовать любая мусульманка.
Видимо, сравнение с женщинами своей веры являлось для нее наивысшим мерилом совершенства.
Рокси смущенно улыбнулась и подошла к краю бассейна. Сначала она не поняла, почему вода в нем показалась ей красной. Решив, что это цвет самого бассейна, молодая женщина погрузилась в нее по пояс и только тогда обнаружила множество плавающих на поверхности розовых лепестков.
Когда Рокси читала о подобной роскоши в романах, ей и в голову не могло прийти, что однажды нечто похожее произойдет и с ней. Минуту она оставалась неподвижной, убеждая себя в том, что не спит, а потом расслабилась и принялась получать удовольствие от купания.
Дав ей некоторое время поплавать, Бусайна подозвала Рокси к краю бассейна и, вооружившись мягкой губкой, принялась нещадно тереть ее спину, плечи и грудь, удаляя слой смешавшейся с потом пыли. Когда, по мнению служанки, с дорожной грязью было покончено, она занялась волосами гостьи.
В восточных сказках на аналогичную процедуру обычно шло три смены воды, на самом же деле Рокси сбилась со счета, сколько раз на нее обрушивался водопад из всевозможных цветочных отваров. Зато, когда, выпущенная из бассейна, она была завернута в мягкую ткань, предназначенную для того, чтобы удалить с тела остатки влаги, ее окружало облако неземных ароматов.
Облегченно вздохнув, Рокси решила, что на этом работа по восстановлению ее красоты должна быть закончена, однако Бусайна считала иначе. Уложив гостью на софу, служанка принялась втирать ей в кожу специальное масло, предназначенное для придания упругости и бархатистости.
Оставив всяческую надежду на покой, Рокси смирилась со своей участью и полностью отдалась во власть приятных ощущений, постепенно погружаясь в сладкий сон…
Страшный, нечеловеческий крик, раздавшийся где-то поблизости, заставил ее открыть глаза. Она резко приняла сидячее положение и испуганно осмотрелась по сторонам.
На немой вопрос, который явно читался во взгляде Роксаны, Бусайна, устроившаяся в кресле неподалеку, спокойно пояснила:
— Это павлины. Жара спала, и они вышли из укрытия в сад.
Рокси тут же вспомнила шутливый комментарий Джейсона по поводу ее восхищения этими созданиями, и поняла причину его веселья.
Действительно, никакая красота не могла искупить пронзительного крика павлина. Кто хоть раз слышал его, уже никогда не станет выражать свой восторг при виде раскрытого веером хвоста «царь-птицы».
Сладко потянувшись, Рокси зевнула и потерла глаза, прогоняя остатки сна. Судя по вползающим в окна длинным теням, время близилось к вечеру.
Собираясь одеться, Рокси потянулась к своей сумке, но Бусайна опередила ее, указав на приготовленный для нее восточный наряд. Он состоял из коротких синих шальвар, такого же цвета длинного платья с боковыми разрезами «от бедра», украшенного искусной вышивкой, и легкого покрывала на голову, край которого легко можно было превратить в чадру.
К этому ансамблю прилагалась пара чувяков без пятки, с загнутыми кверху носами. Примерив их, Рокси с удивлением обнаружила, что они подобраны как раз по ее размеру.
После того, как она оделась в предложенные ей вещи, Бусайна тщательно расчесала ее волосы и, разделив на две равных части, заплела в косы. Затем пришел черед украшений.
Откровенно говоря, Рокси стало несколько не по себе, когда служанка откинула перед неё крышку большой деревянной шкатулки и стала доставать из нее настоящие произведения ювелирного искусства. Оправленные в золото и платину бриллианты, изумруды, рубины и прочие не менее ценные камни переливались и сверкали в лучах заходящего солнца, заставляя щуриться.
От всего этого блеска у Рокси даже зарябило в глазах, и она отрицательно покачала головой, отказываясь надеть это на себя. Единственное, для чего ей пришлось сделать исключение, уступив настойчивым просьбам Бусайны, было сапфировое ожерелье.
Азхарка просто-напросто застегнула его на ее шее, а потом, взяв за руку, подвела к стоящему в углу зеркалу и молча указала на отражение.
Темно синие камни, идеально подобранные по размеру и оттенку, придавали ее серым глазам ту океанскую глубину, которой раньше приходилось добиваться при помощи линз. Рокси не могла не признать правоту советчицы.
Она смотрела на женщину в зеркале и не могла поверить в то, что это ее собственное отражение. Таких красавиц просто не бывает на свете!
Понимая, что влюбляется в свой новый образ, Рокси покосилась в сторону Бусайны, надеясь получить какое-либо критическое замечание из ее уст, способное вернуть ей ощущение реальности. Однако в глазах старой служанки читалось не меньшее восхищение.
— Камиля, — произнесла она почти на выдохе. — Теперь я тебя буду называть именно так.
— Ка-ми-ля, — нараспев повторила за ней Рокси и улыбнулась. — Мне нравится. А что оно означает?
— «Совершенная», — ответила Бусайна и поправила накидку на ее голове таким осторожным движением, точно Рокси и впрямь являлась редчайшей ценностью в мире…
Вечерний сад наполнился сумеречной прохладой, даруя отдых утомленной солнцем земле. Нежные бутоны ночных цветов выползли из-под широких листьев после дневного сна и, раскрывшись, спешили показаться во всей красе ценителям. Соловьи, точно опьяненные их ароматом, пели серенады луне, которая висела над миром, словно гигантская лампа Алладина, рассеивая бледно-голубой свет меж сверкающих бриллиантовой россыпью звезд.
Следуя указаниям Бусайны, Рокси прошла по узкой, вымощенной мраморной плиткой дорожке мимо апельсиновых деревьев туда, где в садовой беседке, за накрытым к ужину столом, ее ожидал Джейсон. Маленькие ножки в мягких чувяках ступали почти бесшумно, тем не менее, лишь только она приблизилась к ажурному, словно каменное кружево строению, он сразу же вышел к ней навстречу.
Несколько долгих минут Джейсон молча смотрел на Рокси, привыкая к произошедшим в ее внешности переменам, а затем, не скрывая восторга, проговорил:
— Бусайна была права, когда нарекла тебя Камилей. Но даже это арабское имя не в силах передать всю твою красоту, Роксана.