— Вот как?! Значит я сплетница?!

— Нет, ты моя единственная подруга. Рассказывай скорее, какие новости так тебя взбудоражили, что ты даже не легла спать, не позвонив мне?

— Ты там сидишь или стоишь?

— Стою.

— Тогда скорее сядь.

— Да что случилось-то в конце концов! Принц Чарлз решил еще раз жениться? И ты лично знаешь его невесту?

— Да нет, конечно, Боже храни королеву и все такое, но на этот раз мои новости гораздо ближе к нам, простым обывателям. Хотя не до такой степени, как бы хотелось.

— Слушай, Долорес, если ты сейчас же не скажешь мне, что произошло, я брошу трубку!

— Хорошо! Так вот, дорогая, женушка твоего Уильяма потеряла ребенка.

— Боже мой, какой ужас! — воскликнула Мэри. — Как же это произошло?

— Подробностей не знаю, но это факт. Все газеты твердят об этом.

— Еще бы! Бедная Роберта!

— Подожди ее жалеть! — усмехнулась Долорес. — Поговаривают, что не все ладно в датском королевстве!

— А тень отца Гамлета еще не появлялась? — как можно более невинным голосом спросила Мэри.

— Да я вовсе не о том! Говорят странные вещи и про этот брак, и про ребенка.

— Тем более — бедная Роберта! Надо же, такое потрясение — потерять ребенка, да еще читать сплетни о себе на страницах газет!

— В газетах сплетен на эту тему нет. Уильям быстро им всем заткнул рот. С его-то деньгами это довольно просто. А вот в Интернете полно всяческих домыслов…

— Не хочу даже знать, что за гадости там пишут всякие идиоты!

— Ну и зря ты так! — обиженно ответила ей Долорес. — Могла бы использовать сложившуюся ситуацию в своих интересах.

— Боже мой, что ты такое говоришь?!

— Ты можешь вернуть Уильяма, если только чуть-чуть постараешься.

— Я не хочу возвращать его!

— Вот это да! Ты ведь до сих пор сходишь с ума при мысли, что он не с тобой. Ты видишь его во сне, думаешь о нем наяву. Ты постоянно плачешь. Мэри, ты же любишь его!

— Да, я люблю Уильяма, но это не значит, что я могу отнять его у жены, которая только что потеряла ребенка.

— Поговаривают, что с ребенком Роберта поторопилась, чтобы выйти замуж за мистера Стилла как можно скорее.

— Ты хочешь сказать, что Роберта соврала, будто беременна? Глупость какая!

— Может быть, и глупость, но стоило бы проверить кое-что…

— Долорес, прекрати нести вздор! — потребовала Мэри. — Мне просто противно слышать все это. Такое ощущение, будто искупалась в помоях! Несчастные Уильям и Роберта. Они только что потеряли ребенка, а теперь должны еще выслушивать оскорбления в свой адрес.

— Можешь поступать так, как сочтешь нужным. И все же я бы на твоем месте попробовала связаться с Уильямом. Быть может, он уже смотрит на свою женитьбу совсем по-другому?

— Я свяжусь с Уильямом, но только для того, чтобы посочувствовать ему и поддержать в горе. Он должен знать, что есть люди, для которых его боль что-то значит! — сердито сказала Мэри.

— Ты обижена на меня? — огорченно спросила Долорес.

— Нет, мне-то с чего обижаться!

— Но я слышу, что ты недовольна.

— Я считаю, что тебе не стоило уподобляться большинству и рыться в их нижнем белье.

— Трудно с тобой не согласиться. Но иногда небольшая дружеская поддержка не помешает. Ты как думаешь?

— Только если после этого ты не чувствуешь себя так, словно у тебя в душе хорошенько потоптались и оставили уйму грязных следов.

— Вот и отлично! — заявила Долорес.

Мэри сразу же поняла, что подруга ее не слышала.

— А у меня есть для тебя сюрприз! Бери ручку и пиши! — продолжала Долорес.

Думая о своем, Мэри подчинилась приказу и принялась записывать какой-то Интернет-адрес под диктовку Долорес.

— Что это такое? — спросила она, закончив записывать.

— Почтовый ящик Уильяма.

— Откуда ты его взяла?!

— У Уильяма есть приятель Джордан. Он и решил поделиться со мной, точнее с тобой.

— Ты что же и его приятелям рассказываешь о наших отношениях! — вспылила Мэри.

— Он и так знал! — принялась защищаться Долорес. — И если хотя бы половина того, что он говорит, правда, тебе стоит все бросить и ехать к Уильяму, чтобы остаться с ним навсегда.

— Прекрати!

— Хорошо, уже молчу. Но, видишь ли, я узнала об Уильяме очень много и мне так хочется всем этим с тобой поделиться!

— Того, что я знаю об Уильяме, мне вполне достаточно, — отрезала Мэри. — Я не знаю, где ты встретилась с его другом и как он узнал обо мне…

— Мы как-то разговорились с Джорданом о том, что такое настоящая любовь и бывает ли она вообще. И я, только ради примера, рассказала твою историю. Ты не думай, я не называла имен! Джордан задумался и сказал, что и он знает нечто подобное. Рассказал мне о тебе и Уильяме. Не все, конечно, — я все же, как твоя подруга, знаю побольше, но основные факты совпадали.

— Я уже жалею, что ты моя подруга! — в сердцах бросила Мэри.

— Ну, подружка, прекращай же на меня сердиться! Если хочешь, я больше ни слова не скажу ни об Уильяме, ни о его друге, ни о ваших отношениях, если этот садомазохизм вообще можно назвать отношениями!

— Да, так будет гораздо лучше.

— Хорошо, — покорно согласилась Долорес. — О чем же тогда мы будем разговаривать?

— А что, кроме попыток психоанализа, тебе со мной и поговорить не о чем? Кстати, откуда ты узнала, что я до сих пор думаю об Уильяме? Может быть, я уже давно нашла ему замену… — Мэри только сейчас поняла, что Долорес, находящаяся в Лондоне, слишком хорошо осведомлена о ее состоянии.

— Ну, у нас с тобой ведь есть общие друзья, — пробормотала Долорес.

— Ясно! Я спущу с Брайана шкуру!

— Он вовсе ни при чем! — заступилась за него Долорес. — Просто мы очень за тебя волнуемся!

— Я вам благодарна, но просила бы не лезть в мою жизнь. Я взрослая девочка и сама могу разобраться в своих проблемах.

— Иногда я в этом сомневаюсь, — хмуро сказала Долорес. — Кстати, а что это такое происходит с Брайаном — он в последнее время говорит о тебе без обычного придыхания и обожания?

— Брайан собрался жениться.

— Ты что, согласилась?

— А кто сказал что на мне? — усмехнулась Мэри.

Через двадцать минут, когда Мэри рассказала подруге о Келли, об их совместном праздновании Рождества, подруги наконец-то распрощались и Долорес отправилась отсыпаться.

Мэри принялась бесцельно бродить по дому. Огонь в камине давно погас, не осталось даже угольков. Новости, сообщенные Долорес, сильно встревожили ее.

Бедный Уильям! — думала Мэри, переставляя тарелки в кухонном шкафу. Я не знаю, как сильно он любил Роберту и действительно ли она заставила Уильяма поторопиться со свадьбой, но Уильям не заслуживает того горя, что свалилось на него. Интересно, могут ли у Роберты еще быть дети? Я надеюсь, что это так. Брак без детей ужасен. Я хочу, чтобы Уильям был счастлив, пусть и без меня. Я должна ему посочувствовать. Похоже, я единственный человек, который по-настоящему сочувствует Уильяму и Роберте. Он должен услышать хоть одно слово поддержки и утешения.

Мэри потянулась к телефону, но тут же отдернула руку, словно аппарат мог ее обжечь.

Я не смогу позвонить Уильяму! Ни за что на свете! Если только я услышу его голос, я расплачусь. Не нужно ему знать, что я все так же страдаю. Ему и так сейчас очень тяжело. Вдруг он начнет обвинять себя в том, что я плачу. Да и как-то глупо звонить, чтобы принести соболезнования, и тут же разрыдаться. Может быть, стоит ему написать? Вот только куда? Я не имею ни малейшего понятия, где живет Уильям. Что же мне делать?

12

Мэри щелкнула мышкой и только сейчас, когда ее письмо уже пошло Уильяму, она поняла, что до сих пор задерживала дыхание. Дрожащей рукой она вытерла мелкие бисеринки пота, выступившие на лбу.

Господи, не представляла, что это будет так тяжело! — подумала она, откидываясь на спинку стула. Остается только надеяться, что Уильям не найдет в моем письме ничего такого, что заставило бы его понять, как сильно мне его не хватает.