Вот и вершина. Я смерила взглядом поджидавшую нас свору. Шеренга всего в три ряда. Значит, достаточно будет каких-нибудь пятнадцати футов.
Взлет.
Удивительно, что только не приспособишь под трамплин — была бы правильная мотивация. Дорогу частично преграждал рухнувший забор, лежавший под некоторым углом. Мы влетели на него со скоростью пятьдесят километров в час. Руль дернулся в руках, словно рога чудовищного механического быка. Даже амортизаторы не смогли смягчить удара. Вперед можно было не смотреть, все и так виделось яснее некуда. Как только мы появились на гребне, поджидающие нас зомби громко завыли. Пока Шон игрался со своим мертвым дружком, они умело блокировали нам отступление. Пусть и безмозглые носители вируса, а местность зараженные знали гораздо лучше. Зато у нас оставалось преимущество: зомби не способны предугадывать самоубийственные решения. А как еще такое назовешь? Я въехала на холм на скорости пятьдесят миль в час, твердо намереваясь в буквальном смысле взлететь на вершине. Именно самоубийственное решение, если не хуже.
Переднее колесо легко оторвалось от земли, а за ним и заднее. Мы взмыли в небо, наш пируэт, пожалуй, очень красиво смотрелся со стороны. Страшно было невероятно. Я закричала. Шон, который наконец-то раскусил мой маневр, вопил от радости. А потом в дело вмешалась гравитация, а гравитация душевнобольным никогда не благоволила. На одно немыслимое мгновение мы повисли в воздухе, мотоцикл летел вперед. Ладно, если что — мы хотя бы убьемся сразу.
Вселенная, однако, решила проявить милосердие, хотя бы на этот раз. Ей помогли законы физики и долгие часы, которые я потратила на ремонт и переделку байка. Мы воспарили прямо над головами зомби и приземлились на ровный участок дороги. Сокрушительный удар чуть не выбил руль у меня из рук. Мотоцикл рванулся на дыбы, и я вскрикнула наполовину от ужаса, наполовину от гнева (безумно разозлилась на Шона, ведь именно из-за него мы вляпались в историю). Руль снова дернулся, почти что вывернув мои руки из суставов, но я выровняла машину и ударила по газам. За такие приключения завтра придется ох как расплачиваться, и речь идет не только о деньгах за ремонт.
Хотя какая разница. Мы ехали по ровной дороге и умудрились не свалиться с байка. А впереди все было тихо — никаких стонов. Я прибавила скорости, и мы вырулили из Санта-Круса. Братец самозабвенно улюлюкал и вопил, словно умалишенный.
— Дурак, — пробормотала я.
Новости отдельно, пиар отдельно; если их смешивать — то получаются уже совсем не новости. Оценочное суждение получается, причем в мгновение ока.
Поймите меня правильно, оценочное суждение — довольно полезная и мощная штука. Одно из величайших достижений свободных средств массовой информации — наличие разных точек зрения на одну и ту же проблему. Столкнувшись с разными точками зрения, люди должны задуматься. Но многие задумываться не хотят. Им нравится какая-то идея, пропагандируемая сиюминутным кумиром, и плевать им на пристрастность или возможные скрытые мотивы. Некоторые, например, обвиняют в распространении Келлис-Амберли евреев, геев, Ближний Восток или даже чистокровных арийцев (якобы те пытались убить всех, кто не принадлежал к их расе). Чья-то тайная организация, конечно же, умело замела все следы с поистине макиавеллиевским размахом, а теперь ее члены, волшебным образом вакцинированные, где-то отсиживаются и дожидаются конца света.
Похоже на чушь собачью, простите уж за выражение. Заговор? Секретная организация? Уверена, на свете существуют сумасшедшие, готовые за одно лето уничтожить тридцать два процента населения Земли (а вы, конечно, помните, что это неточные, устаревшие данные — мы ведь так толком и не смогли подсчитать, сколько человек погибло в Африке, Азии, Южной Америке). Но чтобы кто-нибудь из них спятил настолько и превратил своих когда-то дедушек-бабушек в неуправляемых зомби, которые пожирают людей живьем? Мертвецам заговоры до лампочки. Заговорами занимаются живые.
Таково мое оценочное суждение. Нравится или нет — решайте сами. Но давайте так: ваше собственное мнение — отдельно, мои новости — отдельно.
из блога Джорджии Мейсон
«Эти изображения могут вас шокировать»,
3 сентября 2039 года.
Зомби не так уж и опасны, если относиться к ним с должным уважением. Некоторые утверждают, что их нужно жалеть, ставить себя на их место. Но эти некоторые, скорее всего, сами довольно скоро превратятся в зомби, если вы улавливаете мою мысль. Не нужно никакого сочувствия. Зомби-то сочувствовать не будет, когда начнет глодать вас живьем. Прости, братец, но я такого даже сестре своей не разрешаю делать.
Имеете дело с зомби — не дайте себя укусить или поцарапать, стригитесь покороче и одежду носите в обтяжку. Только и всего. Зачем усложнять? Скукота получится. Братцы, мы ведь имеем дело с ходячими трупами.
Так что не надо портить веселье.
из блога Шона Мейсона
«Да здравствует король»,
2 января 2039 года.
Два
Из Санта-Круса мы выехали молча. Дома вдоль дороги стояли на достаточно большом расстоянии друг от друга, что хоть немного облегчало обзор. Не было заметно никакого движения, и меня чуть отпустило. Мотоцикл свернул на автостраду 1, ведущую на юг. Потом мы срежем и вырулим на 122-ю, а по ней уже доберемся до Уотсонвиля, где остался грузовик.
Уотсонвиль — еще один «потерянный» город северной Калифорнии. «Потеряли» его летом 2014-го, но благодаря своей близости к Гилрою он гораздо безопаснее Санта-Круса. В Гилрое до сих пор держат фермы и территория охраняется. С одной стороны, в Уотсонвиле никто не хочет селиться из-за страха перед зомби (а вдруг они нежданно-негаданно заявятся посреди ночи из Санта-Круса?), а с другой стороны, славные ребята из Гилроя не желают уступать город зараженным. Трижды в год они наведываются туда с огнеметами и пулеметами и вычищают заразу. Так что в Уотсонвиле относительно пустынно, а фермеры по соседству могут спокойно выращивать еду для американцев.
Неподалеку от развалин небольшого городка под названием Аптос, рядом со съездом с шоссе 1, я свернула к обочине. Куда ни глянь — плоская равнина, так что обзор прекрасный, если вдруг кому вздумается нами закусить. Байк катился не очень-то ровно, и нужно было взглянуть на повреждения. Да и бензина не мешало долить. У кроссовых мотоциклов бензобаки маленькие, а мы уже порядочно проехали.
Шон слез на землю, улыбаясь от уха и до уха. Ветер спутал и растрепал его волосы, и теперь они торчали в разные стороны, как у помешанного.
— Ты в жизни не откалывала таких крутых номеров, — признался брат с почти благоговейным восторгом. — Честно говоря, ничего более крутого тебе, наверное, отколоть уже не удастся. Джордж, сама судьба вела тебя к этому незабываемому моменту, к светлой идее: «Эй, а что если я перелечу через зомби?»
Шон на мгновение замолк, выдерживая драматическую паузу.
— Ты, возможно, круче самого Господа Бога.
— Вот и еще одна прекрасная возможность от тебя избавиться полетела псу под хвост.
Я спрыгнула с байка и сняла шлем, а потом принялась осматривать машину в поисках повреждений. С виду — ничего страшного, но нужно будет при первой же возможности показать мотоцикл профессиональному механику, мои-то знания весьма ограниченны, так что я не могу в полной мере оценить нанесенный мною же ущерб.
— У тебя будет еще возможность.
— Только этой надеждой и живу.
Я повесила шлем на ветровое стекло, расстегнула притороченную к седлу сумку, достала канистру с бензином и поставила ее на землю. А потом вынула аптечку.
— Пора провести тест.
— Джордж…
— Правила тебе известны. Мы не можем вернуться на базу с выезда, пока не проверим уровень вируса. — Я вытащила два портативных анализатора и протянула один брату. — Без анализа мы в грузовик ни ногой. А без грузовика кофе тебе не видать. А какое без кофе счастье? Хочешь стать счастливым, братец, или будешь стоять тут и препираться со мной по поводу анализа крови?