— Хочу, — ответил Смит, плотнее запахивая ветровку, поскольку встречный поток воздуха усилился из-за возросшей скорости катера.
— Держи нос в этом же направлении, — сказал Тони.
Пока Смит управлял катером, Буффолино достал навигационную карту и стал ее изучать.
— Куда мы направляемся? — повысил голос Смит, стараясь быть услышанным сквозь свист ветра.
— Полагаю, что мы заглянем на остров Рузвельта. Интересуешься?
Смит утвердительно кивнул. Он предчувствовал, что их маршрут проходит мимо этого места.
Тони положил карту на панель управления, и они молча продолжали путь, пока не подошли к мосту Ки-Бридж. За ним вырисовывался остров. Тони показал на карте место, где проходил пешеходный мост. Смит обратил внимание, что этот участок имел голубой цвет. Идущий с другой стороны острова более глубокий канал обозначался белым цветом. Белый фон указывал на значительную глубину, голубой означал мелководье.
— Да, действительно мелко, Мак, но у этого суденышка высокая осадка. Думаю, нам удастся подобраться поближе, чтобы все лучше рассмотреть. Как ты?
— Ты капитан, дружище. Но не забывай, что это не твой катер. Его хозяин Тирни.
— Не о чем беспокоиться, — ответил Тони и сбросил скорость, теперь мотор работал на самых малых оборотах. Они медленно прошли под мостом. Буффолино повернул катер направо. Он постоянно сверял его движение с картой.
— Ты уверен, что это была удачная мысль? — не выдержал Смит.
Буффолино не ответил: все его внимание было занято маневром. Они медленно продвигались к пешеходному мосту. Несмотря на бурый цвет воды, на дне отчетливо просматривались камни, вода лишь слегка покрывала их. Смит поднял голову. Прямо по курсу он заметил бревно. Буффолино заглушил мотор и подождал, пока бревно пронесет мимо, затем снова перевел мотор на малые обороты.
— Вот как раз там они ее и нашли, — сказал Тони, когда они подошли к берегу достаточно близко. Он выключил мотор, предоставив катеру дрейфовать. «Акваспорт» снесло еще ближе к берегу.
— Как, по-твоему, тело оказалось здесь? — спросил Смит.
— Мне кажется, его прибило течением.
— Откуда ты знаешь?
— Сомневаюсь, чтобы кому-нибудь в голову пришла мысль тащить тело через весь мост, ты только посмотри, какой он чертовски длинный, — ответил Тони, глядя на мост.
— Если только убийца и жертва не пришли сюда вместе, — предположил Смит.
— Не думаю, Мак. Кроме того, ворота на ночь запирают. Я читал.
— А я слышал, что в ту ночь они остались открытыми.
— Но кто мог знать об этом, кроме смотрителя парка? Нет, в этом нет смысла.
— Если тело столкнули в воду, его бы несло к берегу, как и нас сейчас, правда? — высказал свое мнение Смит, наблюдая за движением катера.
Буффолино кивнул.
— Из того что было написано, следует, что тело почти скрывал мусор. Но оно недолго пробыло в воде, и немного времени прошло с момента убийства.
— Реку здорово почистили, — сказал Буффолино, глядя в ту сторону, откуда они приплыли. — Убрали всякие химикаты или как их там. Рыба даже появилась. Но от водопада река проходит до этих мест еще двадцать миль и успевает собрать много мусора. — Тони снова переключил внимание на берег. — Думаю, часа за два река принесет предостаточно листьев, сучьев и разной дряни, которую швыряют в волу всякие скоты.
Но Смит еще продолжал сомневаться.
— Мы сделаем так. — Тони прошел на корму и отвязал оранжевый пластиковый буфер, который смягчает удар судна о причал.
— Что ты хочешь делать? — заинтересовался Смит.
— Проведу эксперимент, — откликнулся Буффолино, бросая буфер в воду. Оба стали следить, как его подхватила волна. Медленно, но верно оранжевое пятно относило к кромке берега.
— Здорово, а? — спросил Буффолино. — Похоже, его несет как раз к тому месту, где нашли тело.
Смит кивнул.
— Мы сделаем вот что, — предложил Буффолино. — Сейчас поедем обратно и что-нибудь перекусим. Куда ты хочешь? Знаешь, в районе Седьмой улицы есть ресторанчик, где хорошо готовят рыбу. Что бы ты съел?
— На твой вкус, — ответил Смит. — Я все блюда пробовал.
Буффолино осторожно развернул катер и завел мотор.
— Ленч займет у нас пару часов, — сказал он. — Вернемся, посмотрим, занесет ли наш буфер всякой дрянью.
— Хорошо работается у Тирни? — поинтересовался Смит, когда они сидели за ленчем в ресторанчике у самого берега.
— Да.
— Ну и кто же убил Полин Юрис?
— Это мог сделать кто угодно, — покачал головой Тони. — Тот, кто с ней работал, а может быть, и тот, с кем она спала. Возможно, убийца связан с ее прошлым. Не исключено, что это кто-то из семьи Тирни.
— Насколько хорошо ты познакомился с семьей?
— Достаточно хорошо. Отношения еще более натянуты, чем у меня в доме. Я кручусь там постоянно, прислушиваюсь, приглядываюсь, я умею слушать. Супружескую жизнь мистера и миссис Тирни счастливой никак не назовешь. Постоянно готовы друг в друга вцепиться. И еще дети, они, конечно, уже не маленькие, но все равно их дети. Их дочь, Сюзен, точно подвинутая.
Смит недоуменно поднял брови.
— Чокнутая, значит, — пояснил Тони.
— Ты, наверное, китайской грамотой увлекся? — рассмеялся Смит.
— Нет, просто где-то слышал это слово. Она актриса, а ты знаешь, что это за публика. Одно самомнение, сплошные страсти и надрывы. Берет уроки в Нью-Йорке, в театральной студии, работает у какого-то антрепренера в столице. И не очень почтительна с отцом.
— А как она относится к матери?
— Здесь, кажется, все нормально.
— А Чип Тирни? Как он с остальными членами семейства?
— Смотря с кем. Он близок к отцу. Парень старается на него походить. По мнению Чипа, мистер Тирни всегда прав, он не может поступить неверно. Его отношение к матери такое же, как и у отца, презрительно-пренебрежительное. Он нетерпим с ней.
— Мэрилин очень несчастлива, — заметил Смит.
— Очень. И с Сюзен они обращаются одинаково. Отец ею недоволен, значит, и Чип тоже.
— А Сунь Беньчонг?
— Кажется, у них с Чипом все в порядке. Чипу надо идти в политику или держать роскошный ресторан: сама вежливость и любезность. Но представляется, что это только игра. Не всегда следует доверять глазам.
— Ну раз ты занялся психологическими портретами, что ты думаешь о Суне?
— Темная лошадка, но ему и следует отличаться от остального семейства. Ведь он же китаец.
— Ты заметил, что в нем что-то есть?
— Я ничего не упускаю, Шерлок. Он какой-то сухой и хладнокровный. Никогда не улыбнется, очень неприветливый. — Буффолино наклонился к Смиту и громко зашептал. — Я слежу за ним тоже.
— Что значит тоже, за кем еще ты следишь?
— За всеми.
— Зачем?
— Хочу побольше о них узнать.
— А Тирни знает?
— Нет.
— Ты превышаешь свои полномочия, Тони.
— Ладно, Мак, взгляни на дело трезво. Мне нужно знать людей, которых я должен защищать. Разве я не прав? Мистер Сунь Беньчонг Тирни сорит деньгами в Атлантик-Сити.
— Я слышал, что он играет.
— А мне говорили, больше проигрывает, — тихо рассмеялся Буффолино.
— И?
— Должно быть, Сэм Танклоф платит ему хорошие баксы.
— Полагаю, что так. Его считают финансовым гением. Знаешь, он будет читать лекции в университете Джорджа Вашингтона.
— Я в курсе, но здесь большими деньгами не пахнет.
— Что еще ты о нем выяснил?
— Это почти все. Пока. Вот разве еще только подозрение. Я интуитивно чувствую, что между ним и его сводной сестрой Сюзен существует какая-то особая связь.
У Смита на лице отразилось сомнение.
— Это только интуиция, Мак, — с улыбкой кивнул Буффолино. — Конкретно ничего нет, просто у меня такое ощущение.
Они заспорили, кому расплачиваться. Буффолино настоял на своем, заявив, что чувствует себя в долгу перед Смитом, который свел его с Венделем Тирни, устроив ему прибыльную работу. Они вернулись на катер, пришвартованный рядом с рестораном, и направились в обратный путь.