Платье, которое Майя только что купила на Камден-Хай-стрит, ей решительно идет. Оно прекрасно скрывает то, что было ее самым большим мучением: грудь, которая казалась ей слишком большой, бросающейся в глаза, словно созданной для того, чтобы притягивать чужие взгляды. Майю, никогда не обращавшую внимания ни на что и ни на кого, просто бесил этот признак mean girls [1] . И это ее, девушку не как все, которой было абсолютно наплевать, что думает о ней мир, которая всегда поступала по-своему.

Она прятала предмет своих мук под черным кружевом, свисавшим до пояса юбки, чуть-чуть не достающей до колен, скрывавшим все, включая и еще один источник ее постоянной головной боли.

Вздохнув, она слегка приподняла край рубашки. Вот они, эти жуткие родинки, сложившиеся в две параллельные строчки по бокам пупка. Одна слева, другая - справа, а точка пупка посредине. Похоже на две стрелы.

Какая гадость!

Как только стану старше, избавлюсь от них, дала себе клятву Майя.

Пока приходилось мириться с родинками и как можно реже обнажать живот. Но как раз это ее меньше всего беспокоило. Она обожала одеваться, как капуста. В отличие от матери, которая не могла терпеть подобного внешнего вида: поэтому они редко ходили по магазинам вместе. И эти редкие разы превращались для обеих в настоящую пытку. Зато, когда Майя чувствовала себя тоскливо, маленький сольный набег на магазинчики Камдена был панацеей от всех бед. Там, среди сотен предметов одежды и аксессуаров в стиле чистой готики, Майя давала выход своим страстям, реализуя свою замечательную способность подбирать ансамбли из туфель, маек, кофт, серег и всего прочего. Она обожала черный цвет. И рединготы.

И еще, каждый раз, когда она посещала Камден-Хай-стрит, она обязательно заскакивала в свой любимый музыкальный магазин, где в одно из посещений открыла для себя популярную молодежную музыкальную группу «Dresden Dolls». Боже, а клип песни Shores of California - просто отпад!

Кстати, в следующий раз не забыть бы захватить с собой футболку, рисунок для которой Майя нашла в www.polyvore.com. Ее хотела посмотреть девушка, которая всегда оставляла для Майи лучшие тряпочки в ее любимой лавке на Камден. Это была черная футболка. Двойная золотая спираль змеей обвивала ее по кругу.

Майя считала, что у нее хороший вкус. Не то, что у этой дуры Стейси, пополнявшей свой гардероб на Эборкрамби-стрит. Ширпотреб.

И вроде нее вырядятся все, кто заявится на ее день рождения. Сплошное барахло.

Да? А кому так хотелось пойти на этот их мерзкий праздник, подруга?

Майя прикусила губу.

Давай говори правду, приказала она своему отражению в зеркале.

Ладно, мне и хотелось, призналась она самой себе.

Никак у нее не получалось делать вид, что ей все равно. Как и остальные одноклассники, она последнее время жила в предвкушении участия в party года. И вот на тебе! Засранка Стейси не дает ей этого сделать. С извинением за Гарри, за этого сопливого болвана, с которым Майя как-то раз поцеловалась, и то по дурости. Всего один раз.

Один- только-раз-и-не-понятно-что-ему-после-этого-взбрело-в-голову.

ГЛАВА 4

27 октября

Понедельник

7:50

Зазвонил мобильник. Майя улыбнулась. Но даже любимая мелодия группы «My Chemical Romance», которую она установила в качестве рингтона, не смогла привести ее в хорошее расположение духа.

- Майя, у тебя все в порядке?

Это Фло. Она всегда чувствует, когда в ней есть нужда.

- Нет, не все. У меня отвратительное настроение. Меня взбесила Стейси. Вчера она подослала ко мне с письмом свою служанку, эту куклу Фебу. Я была вынуждена прочесть его. Она пишет, будто ей очень жаль, что так случилось с Гарри и что она не нарочно. И еще, что теперь, после всего случившегося, она не может пригласить меня на свою супер-пупер-вечеринку. Не желает видеть моей ревности и зависти.

- Да ты что?! Она что, правда так написала?

- Да. И знаешь, что я тебе скажу? Мне наплевать на се гребаный праздник. На эту вечеринку для недоумков. Больше того, сегодня я подойду к ней и поблагодарю ее за то, что она избавила меня от необходимости присутствовать на самой тошнотворной тусовке этого года, вот увидишь…

- А знаешь, Майя? В таком случае я тоже в гробу видала эту ее вечеринку!

- Спасибо, Фло. Но я думаю, что тебе стоит пойти. А я с большим удовольствием побуду дома… початюсь с Мэттом и Кристиной, давно с ними не общалась. Так и скоротаю вечерок и не буду думать об этой дуре. Хорошо еще, что я не успела выбрать себе платье на праздник…

- Ну что же, подруга, остается признать, что ты развлечешься лучше, чем все, кто обречен посетить вечеринку этой отмороженной на всю голову…

- Фло, Фло, и как тебе только удается быть такой мудрой! Боже, почему я так редко тебя слушаю, мисс-стакан-всегда-наполовину-полный.

- …

- О'кей, извини. Я не хотела тебя обидеть. Просто мне очень плохо, понимаешь? Плохо-плохо-плохо-плохо-плохо-плохо-плохо-плохо-плохо-плохо…

- Кончай, Майя, не будь такой…

- Здесь, в Лондоне, все так гадко. У меня нет друзей, кроме тебя, моя мать все время выдрючивается, у меня даже парня нет!…

- Все, Майя, все. Я сейчас приеду. Только оденусь, и я у тебя. Состряпаем шоколадный торт, попируем всласть, и плевать нам на всех…

- Не стоит, Фло, увидимся в школе…

- А я сегодня не иду в школу, моя-сестра-маленькая-мисс-совершенство возвращается из Америки, и вся ее гой-компания устраивает ей торжественную встречу в аэропорту, вот придумали!… Ты точно не хочешь, чтобы я заглянула к тебе?

- Фло, брось, мне до школы еще надо прибраться в комнате, мать меня уже достала.

- А где она?

- А кто ее знает! Наверное, гоняется за очередным преступником, моя-великая-мать-госпожа-знаменитый-психолог-криминолог-которой-не-хватает-времени-на-дочь.

- Не надо так о ней. Твоя мать, конечно, малость чокнутая, но тетка она неплохая.

- Ладно, Фло, не хочу об этом, нет настроения… Есть еще кое-что… Со мной сегодня ночью случилась странная история.

- Какая?

- Мне приснился папа. Но это было как бы не во сне, это было так, словно он реально присутствовал.

- Майя, может, тебе просто очень захотелось услышать самого родного человека, и ты подумала о папе. Успокойся, так бывает. Тем более что твоей матери никогда нет дома. Ты почувствовала себя одинокой, и тебе приснился сон, который ты восприняла как реальность. Ничего страшного, пройдет.

- М - м… может, ты и права… Значит, до завтра?

Майя положила мобильник, и на нее тотчас нахлынули воспоминания об отце. Давно умершем.

Ладно, недавно, всего три года. Майе они казались вечностью. Память о нем до сих пор жгла ее изнутри. Продолжала причинять сильную боль мысль о том, что, приди она секундой раньше…

Если бы она только поднялась секундой раньше…

Слезы потекли из Майиных глаз.

Вместо того чтобы ждать отца в его машине, как он попросил, ей надо было подняться в его студию. Если бы ТОЛЬКО…

Мать, подруги утешали ее, уверяя, что и в этом случае она ничего не смогла бы сделать. И все-таки чувство вины не оставляло ее. Она навсегда запомнила тот день, каждую его проклятую минуту, каждую трагическую секунду.

Отец заехал за ней. Это был последний день ее занятий в той, старой, школе. На следующий год ты станешь взрослой, говорил ей отец, и пойдешь в другую. В эти последние весенние дни, когда Дэвид мог, он старался сам забирать ее из школы. Они уезжали обедать куда-нибудь вдвоем. Только не говори маме, малышка Майя, смеялся он. Через несколько месяцев, продолжал он, когда ты пойдешь в среднюю школу, ты будешь сторониться меня, но навсегда останешься моей блошкой, пусть и немножко другой, поэтому сейчас будем наслаждаться моментом. Майя обожала экспромты отца. Обеды в китайских ресторанчиках, рис, котлетки, сухарики и мороженое. Но любимейшим их местом был тайский ресторан «У Майи», расположенный в центре Примроз, одного из самых красивых, зеленых и уютных районов Лондона. Дэвиду нравилось название ресторанчика, потому что оно содержало имя его дочери. Они балдели от этих «тайных» обедов. Меган, сдвинутая на здоровье, терпеть не могла китайских и вообще восточных ресторанов, утверждая, что блюда в них - чистая отрава. Единственное исключение составляла японская кухня, которая, как считала мать Майи, «очищает организм».