— ОК'ЕЙ, ЧУВАК!
Нелли уверенно развернула самолёт.
— Мрррр! — мявкнул Саладин, скользя по полу.
— ЧТО? МАДАГАСКАР? — крикнула Эми.
Глаза Дэна смотрели через полузакрытые веки, вены на шее вздулись и торчали как корни деревьев под землёй…
Профессор Бардсли завязал жгут на руке Дэна. он чувствовал себя хорошо, но боль иногда показывала себя. Почему-то вспомнились средневековые пытки.
Голос профессора Бардсли успокаивал Дэна, постепенно унося в прошлое.
— МЫ СОБИРАЕМСЯ, — сказал он, — В АФРИКАНСКИЙ ДОМ ВАШЕЙ БАБУШКИ!
Глава 27
— Дэн…? — позвала Эми, волоча своего брата через лозы и корни деревьев, — Дэн, не спи!
Он застонал. Состояние быстро ухудшалось. Эми едва заметила вход. «Африканский дом2 Грейс был очень маленьким, похожим на пещеру с резными деревянными дверями.
— Мы не будем входить в её рабочую штаб-квартиру, — сказал профессор Бардсли, — Домик дальше. У меня есть…входной билет…
Профессор Бардсли дрожал. Он благополучно посадил самолёт, если не принимать всерьёз небольшой промах с крыльями.
«Держи его» подумала она «Держи своего брата живым!» Дэн волочил ноги, хватаясь руками за шеи Нелли и Эми, он не мог ходить.
— С тобой в-в-всё б-будет х-х-хорошо, — запинаясь, проговорила Эми.
Один. Это слово, так шокировало мозг Эми, что она на мгновение остановилась. За всю свою жизнь она была частью половины. Она никогда не было целой Эми. Она была Дэном и Эми. Одним словом.
ДэниЭми.
ЭмииДэн.
— Мы пришли! — сказала она Дэну, останавливаясь перед ставнями небольшого дома на гальке, пока профессор возился с замком. Дэна снова залихорадило. Его руки были завёрнуты белой тканью, пропитанной алоэ. Красное лицо начало желтеть. Нелли коснулась его шеи.
— У него токсический шок, — сказала она, — Скорее!
С громким скрипом, профессор Бардсли отворил дверь.
— Усадите его! — приказал он, — Я поищу в аптечке.
Нелли и Эми провели извивающегося Дэна через дверь. Эми не могла сдержать дрожи. Долю секунды, ей это всё показалось очень тягостным. Кружевные салфетки на чайном столике из тёмного дерева, как будто Грейс только что ушла. Она и Нелли усадили Дэна на дамасский диван.
— ОООЙ…ОЙ, ОЙ, ОЙ, ООЙ! — вскрикивал он.
Профессор Бардсли выбежал, держа шприц в одной руке.
— Мы должны вводить это? — воскликнула Эми.
— Это единственный способ оказаться лекарству в крови быстрее, — сказал профессор Бардсли.
Эми отвернулась, крепко держа руку Дэна. она услышала, как застревает его стон во рту, больше походящий на выдох. Наконец, она ощутила, что он стал вялее. У Эми как будто сердце вывернули.
— Что происходит? Он…?
Профессор Бардсли ветер пот со лба.
— Сейчас мы можем только молиться.
— Спасибо, — сказала Нелли, — за всё.
Профессор Бардсли слабо улыбнулся.
— Если бы мы не изменили направление самолёта…
Голова Дэна болталась как у мёртвого цыплёнка. Его губы двигались, но не было слышно ни звука.
— Я должен вернуться в аэродром на минуту. «Летающий лемур» должен оставаться в безопасности. Я буду не долго. Как только ему станет лучше, мы должны уйти. Мы не можем оставаться здесь.
***
Профессора Бардсли не было дольше, чем Эми ожидала. Нелли продолжала накладывать на руку Дэна свежие повязки с алоэ. Но кажется ему не станет лучше ещё очень долгое время. Кожа сильно обгорела.
— Э-Эми? — прохрипел Дэн, морщась.
Эми подбежала к нему.
— Дэн! Ты говоришь!
— Эх, — вздохнул Дэн, — Где эта записка Черчилля, ну, которую нам дала миссис Тембека. Где она?
— У тебя в заднем кармане, я полагаю, — сказала Эми.
— Тебе что-нибудь нужно? — заботливо спросила Нелли.
Дэн застонал.
— Ты не можешь…принести большую повязку? Пожалуйста?
Когда Телли исчезла в ванной комнате, Эми продолжала изучать комнату. Она боролась со слезами. Дэн чуть не умер. Она была разгневана на Изабель. На Иана, который завёл пропеллер. Она была так расстроена из-за Дэна, что забыла, как он был неосторожен с ядом.
— Дэн? — позвала она, — Я сожалею, что была сорвиголовой.
Дэн слабо улыбнулся.
— Ты спасла мою жизнью, — сказал он, — Эй, посмотри на пианино.
В углу комнаты, стояло пианино со стопкой нот на нём. Эми подошла к нему и ударила по нескольким аккордам, грустно, фальшиво. Она вспомнила часы с Грейс в Массачусетс, конечно приятнее всего было проводить с ней занятия на фортепиано. Дэн и Эми знали все слова её любимой «Покажи мелодию Бродвея».
«А теперь покажите мне ставку, с которой нельзя сравниться!» любила говорить Грейс.
Рядом стоял стол с богатым резным орнаментом, который констатирует с простой линией пианино. Эми открыла ящик стола и подпрыгнула, оттуда вылез волосатый паук. Она посмотрела через плечо, проверяя Дэна. он что-то слабо строчил на листе бумаги.
Эми уже было хотела закрыть ящик, но вдруг заметила маленький блокнот, спрятанный глубоко внутри. Она вытащила его, потирая руками мягкое кожаное покрытие. Это чувство было совершенным, как открывать письмо Грейс, предвидя её мелкий почерк. На каждой странице были заметки о путешествиях, в основном, открытки из разных стран. Эми остановилась на поездке в Китай. Грейс никогда не говорила, что ездила туда…
«Я написала Дэну Сяопину, который согласился посетить А & Х, потом, он обнаружил, что они подобно ему, являются М.».
А & Х…сердце Эми подпрыгнуло. Артур и Хоуп!
— Дэн? — позвала она.
— Эми…посмотри! — выпалил Дэн.
Он протянул Эми листок дрожащей рукой и положил записку Черчилля на стол.
— Письмо…посмотри, я дописал внизу.
— «Непрерывная линия должна доставить твоё увлечение письмом никогда не исходить вниз, по шагам», — прочитала Эми вслух.
— Помнишь, что мы говорили о непрерывной линии? — сказал Дэн хрипло, — Посмотри, круг…Черчилль…и одна буква Т. В верхней части в слове steps'. Вот, что я не мог понять, — Дэн вздрогнул, когда Нелли положила марлевую повязку с алоэ, — А что, если…идти вниз…от первой буквы? Шаг за шагом? Смотри!
В первом письме над словом кружились буквы, над вторым, и над третьим. В основном письме буквы А окружена словом «реализация».
— Тут написано реализация, — сказал Дэн, — реализация и было ключом. Оно было скрыто в письме!
— «Ключ Томасов umhlaba», — прочитала Эми, — Ничего себе!
— Стоп! — закричала Нелли, — Я думала ключ — алмазы! И Кабра это подтвердили. Вы, ребята, просто не можете это отрицать. И было также сообщение, что это зарыто с землёй Шака!
— Так мы это и нашли, — сказала Эми, — Алоэ росло там повсюду!
— Мы искали ключ… — сказал Дэн, осторожно касаясь повязки с алоэ, — И рисковали моей жизнью!
— Алоэ… — пробормотала Эми, — Ключ был прямо у нас под носом. Кабра, должно быть, не расшифровали письмо Черчилля. Мы сделали это первыми!
Нелли гудела. А Дэн устало опустился на диван.
— Мы хорошо поработали, — мирная улыбка расползлась по его лицу, — теперь нам нужно выяснить, куда нам нужно дальше.
Дом замолчал.
Но Эми была зациклена на заметке в блокноте Грейс.
— Ну, Дэн… — сказала она, — как ты думаешь, что это значит: «Я написала Дэну Сяопину, который согласился посетить А & Х, потом, он обнаружил, что они подобно ему, являются М.».
— Дэн, это глава Китая, что ли? — спросила Нелли.
— А & Х… — сказал Дэн, — Артур и Хоуп. Мама и папа встретились с главой Китая. И что дальше?
— Возможно, — сказала Эми, — нужно прочитать ещё раз.
— М, — сказала Нелли, — Что за М. Мандарин? Ну подождите…
Дэн встал, и прихрамывая, подошёл в сторону заднего стекла.
— Ребята, а где профессор Бардсли?
Он случайно задел пальцем ноги о пианино и ушиб его, колени подкосились. Нелли было бросилась к нему, но он стукнул рукой о клавиши.
— Ой! — вскрикнул он.
Уродливый звук раздался по всей комнате. Эми бросилась к нему, всё ещё держа блокнот Грейс.