В монастыре она многому научилась, умела читать и писать и даже изучала латынь. Она с воодушевлением пополняла свои знания в библиотеке под надзором одной ученой цистерцианки и весьма преуспела в учении.
Когда смотрительница гардеробной отдала Богу душу, аббатиса взялась найти ей преемницу и назначила на это место Магдалену, нисколько не заботясь о ее пригодности и склонностях.
Гардеробная под кровельными балками, куда ретировалась Магдалена, служила складом светской одежды, которую сдавали послушницы, поступая в монастырь и получая взамен монастырское платье. Орденские одеяния всех размеров в большом количестве лежали в грубо сколоченных шкафах. Светские платья хранились в сундуках и ящиках и могли составить достойное приданое королевской дочери, ведь многие монахини монастыря Зелигенпфортен были дворянских кровей.
В поисках своего деревенского платья, в котором она прибыла в монастырь и которое с тех пор никогда не видела, Магдалена наткнулась на дорогую одежду из бархата, отороченную мехом и отделанную пуговицами из слоновой кости, шелковые шали и тончайшие накидки; вся эта роскошь одурманила ее, словно фимиам во время богослужения. Не в последнюю очередь этому способствовал резкий запах лаванды, высушенными пучками которой были проложены
платья, дабы оберегать одежду от моли и прочих паразитов.
И тут вдруг Магдалене пришла в голову греховная мысль бежать, облачившись в какой-нибудь из этих богатых нарядов, — по-видимому, черт выскользнул из платья, чтобы вве-сти ее в искушение. Так она хотя бы вынесет на себе ценность, которую в случае крайней нужды можно будет обратить в деньги. Ведь никаких средств для существования у нее не было. У монахинь, правда, были в ходу монеты, но, чтобы заполучить их, надо было испытывать пылкую страсть к собственному полу или оказывать иные услуги, которые Магдалена напрочь отвергала.
В дорожном сундуке с железными ручками и выцветшим гербом спереди Магдалена обнаружила платье нежно-зеленого цвета изящного фасона; подобное могла бы носить дочь богатого сукнодела или жена городского главы. К платью нашелся и уложенный в крупную складку чепчик, который скрыл бы ее наголо обритую голову. Магдалена свернула платье и чепчик в узелок и положила обратно в сундук, намереваясь тщательнее обдумать план побега и дождаться, когда утихнет дождь, который вот уже несколько дней проливали мрачные тучи, нависшие над долиной Майна. Однако судьба распорядилась иначе.
Когда на следующее утро Хильдегунда, разливая утренний суп, закатила глаза и вновь велела ей явиться к аббатисе, всем своим видом показывая, что ее нравственность глубоко оскорблена, Магдалена почуяла неладное. Несомненно, ее вчерашнее поведение повлечет за собой какое-нибудь наказание вроде мытья отхожих мест или, что еще хуже, заключения в темный погреб без всякой еды.
А потому она, не раздумывая, мгновенно приняла решение. Как только монахини после утреннего супа отправились из трапезной в спальный зал двумя этажами выше, Магдалена проскользнула в гардеробную, вынула свой узелок из сундука и, выйдя на лестницу, выбросила его в окно. Шедший несколько дней подряд монотонный дождь наконец перестал, и она восприняла это как знак свыше.
Монахини еще не закончили свою работу в дормитории, и Магдалена смогла незаметно спуститься вниз. Еще не рассвело, и никого в этот ранний час не было на воротах, поэтому ей удалось тайком юркнуть в калитку и, пригнувшись, осторожно пробраться вдоль монастырской стены. Вскоре она нашла то место, куда сбросила узелок с одеждой.
Проворно раздевшись, Магдалена переоделась в благородное платье и, чтобы выиграть время у возможных преследователей, сразу помчалась к реке. Добежав до берега Майна, девушка швырнула свою старую одежду в медленно струящиеся воды. В порыве минутной меланхолии она проследила взглядом за уплывающим вниз по реке монастырским одеянием, словно прощалась со всей своей предшествующей жизнью. Четыре долгих года эта одежда стесняла ее, подавляла и приковывала к жизни, к которой она поначалу вовсе не испытывала отвращения. Но с годами все оказалось иллюзией, постепенно превратившейся в кошмар.
Магдалена неспроста выбросила монастырскую одежду в реку. Майн, как никакая другая река, текущая по холмистой местности, делает множество изгибов. В одной из таких излучин узелок с цистерцианским платьем наверняка прибьет волной к берегу. Сам собой напросится вывод, что монахиня добровольно ушла из жизни, — достаточное основание прекратить ее поиски.
Какое-то время узелок мотался вблизи от берега, наконец, подхваченный свежим порывом ветра, раздулся, как живот утопленника, и его отнесло на середину реки, где он вскоре исчез из поля зрения девушки.
Насколько помнила Магдалена, ленное владение ее отца находилось на юго-востоке, тогда им понадобилось два дня, чтобы на повозке добраться до монастыря. Пешком, имея единственный ориентир — солнце, она наверняка потратит вдвое больше времени, и это при условии, что ей удастся отыскать грунтовую дорогу, которая проходила по лесу всего в нескольких милях от земельного надела отца. Никаких указателей там не было, лишь тут и там зарубка на буке или какая-нибудь отметина на камне — загадочные знаки бродячих артистов и цыган, понятные только им самим. Мягкая лесная почва, усыпанная влажной листвой, от которой исходил прелый запах, отнюдь не способствовала быстрому продвижению. К тому же подол платья намок и становился все тяжелее и тяжелее.
Дорогу перегородило поваленное дерево, и Магдалена присела немного отдохнуть. Подперев голову руками, она уставилась невидящим взглядом в подлесок, и по ее лицу потекли крупные слезы. Она сама не знала, в чем причина ее уныния. Наверное, это был страх перед неизвестностью, тяжким грузом лежавший у нее на душе.
Прежде чем продолжить путь, Магдалена подняла юбки, собираясь выжать мокрую кайму платья. Неожиданно она сделала странное открытие, нащупав нечто круглое, шириной в два пальца, спрятанное в ткани, — это могла быть пуговица или гемма. Снедаемая любопытством, девушка двумя руками переместила таинственную находку к тому месту, где шов подпушки поддался, и ей удалось извлечь на свет блестящий золотой дукат — невиданное богатство!
Когда и каким образом ценный предмет попал за кайму чужого платья — об этом Магдалена не задумывалась. Она сунула монету на прежнее место и, обнадеженная, зашагала дальше.
![Беглая монахиня image5.png](https://litlife.club/books/148611/read/images/image5.png)
Глава 2
Через семь дней с полным ощущением, что она не раз ходила по кругу, Магдалена вышла из пропитанного сыростью букового леса. Перед ней простиралась широкая долина. Над лугами стремительно неслись низкие темные облака. И там, где долина вновь забирала вверх, раскинулась большая усадьба, в которой Магдалена провела свое детство. Все четыре года, прожитые в монастыре, перед ее мысленным взором неизменно стояла одна и та же картина: горделивый господский дом с хозяйственными постройками по обеим сторонам.
Подобрав двумя руками тяжелые от дождя юбки, Магдалена привычно сбежала вниз с холма, как когда-то в детстве. Прыжком перемахнула через речушку, делившую долину на две неравные части, и, запыхавшись, остановилась. Как отнесутся отец и брат к ее внезапному появлению?
В глубокой задумчивости Магдалена дошла до двора. Дверь в дом была заперта. Девушка постучала, раз, потом еще. Наконец дверь приоткрылась и из щели на нее настороженно уставились глаза незнакомой женщины.
— Я Магдалена. А мой отец дома?
Женщина молча разглядывала ее. Она была примерно такого же возраста, как и Магдалена.
— Отца твоего мы два года назад снесли на кладбище, — наконец буркнула незнакомка.
— Он умер? — У Магдалены комок застрял в горле.
— Обоих деревом придавило.
— Обоих?
— Отца и сына — Гебхарда, моего мужа. Я вдова Гебхарда.
— Жена моего брата Гебхарда, — пробормотала себе под нос Магдалена. Новость обрушилась на нее так внезапно, что она даже не успела опечалиться.