— Да, я понимаю, но твоя идея просто смехотворна. При такой работе мне делать будет нечего. И если уж говорить без всяких церемоний, то мне необходима постоянная работа, причем оплачиваемая.
— Я намерен платить тебе.
— Сколько?
Джеймс назвал сумму, которая ее просто ошеломила.
— Только за икебану и подбор фарфора?
— И за работу с корреспонденцией, за помощь в воспитании Мэнди. Могу перечислить миллион обязанностей.
— Ну а я не могу. У меня здесь никогда не наберется столько дел, чтобы оправдать такую оплату.
Нетерпеливым движением Пейден откинул со лба прядь непослушных волос.
— Послушай, я предлагаю тебе работу. Работу, с которой ты чертовски хорошо справишься. Нам обоим это пойдет на пользу. Ты нужна мне, а тебе, я знаю, нужна работа.
Лора медленно выдохнула и закрыла глаза. Внутри ее боролись два чувства — ярость и унижение, и первое наконец взяло верх. Ей хотелось выместить на Пейдене все свое негодование. Вместо этого, когда она наконец открыла глаза, голос ее был спокоен, хотя и вибрировал от презрения.
— Не смей жалеть меня. — Сейчас за ней стояла вся гордость ее предков. — Мне не нужно щедрости ни от тебя, ни от кого-либо. И я, безусловно, не хочу ни работать на одного из Пейденов, ни принимать милостыню от самого младшего из них.
Джеймс засунул большие пальцы за пояс джинсов и посмотрел на нее горящим взглядом. Отпустив закушенную зубами нижнюю губу, он медленно и через силу выговорил:
— Ладно. А как насчет того, чтобы выйти замуж за Пейдена?
Глава 6
— В… выйти замуж за Пейдена? За тебя? Он кивнул в знак подтверждения:
— Да, выходи за меня замуж.
— Но это же абсурд!
— Почему?
— Да по миллиону причин. — Лора широко развела руками, словно пытаясь охватить все эти причины.
— Мы два взрослых одиноких человека, и оба согласны. Вот все, что нужно для того, чтобы пожениться.
Хотя все это звучало вполне разумно, идея по-прежнему казалась Лоре столь Нелепой, что она не находила слов. Пейден же, напротив, вооружился целым арсеналом аргументов.
— Лора, пожалуйста, выслушай меня, прежде чем дашь окончательный ответ. — Он помедлил, собираясь с мыслями. Лора сейчас в первый раз смогла представить его в роли бизнесмена. В таком настроении его нельзя было не послушать. — Я не строю иллюзий относительно того, как меня снова встретят здесь, в Грегори. Я вернулся в город с полными денег карманами, но есть много вещей, которые не купишь ни за какие деньги, как ты откровенно указала мне несколько дней назад. — Мимолетная усмешка тронула его губы. — Я уезжал из города отщепенцем, паршивой овцой. И именно так мое имя навсегда запечатлелось в памяти горожан. Потребуются годы, чтобы изменить ситуацию, если это вообще удастся. — Лора хотела его прервать, но он поднял обе руки, призывая ее к молчанию. — Как ты, наверное, знаешь, мне совершенно плевать на то, что думают люди лично обо мне, но я, черт побери, не позволю им третировать Мэнди только потому, что она моя дочь. Я не могу гарантировать ей заслуживающее уважения место в обществе, а ты можешь. С такой мачехой, как Лора Нолан, ей будет обеспечен
прием в любом кругу общества. Я презираю их, но так уж устроено общество в этом городе.
— Тогда почему ты не обосновался где-нибудь в другом месте?
Джеймс криво улыбнулся и пожал плечами:
— Здесь мой дом. — Он взял обе ее руки в свои и сжал их. — Если проникновение в эти закрытые для других круги является единственным способом обеспечить Мэнди хорошее положение в обществе, то так я и поступлю. Я не хочу, чтобы все праздники проходили мимо нее, как это было со мной.
У Лоры хватило такта проявить сочувствие.
— Если это все, что ты хочешь, я бы смогла помочь, представив…
Он энергично покачал головой:
— Моей дочери нужна мать, Лора. Я не могу больше быть одновременно и отцом, и матерью. Я никогда не блистал в учебе, но достаточно умен, чтобы понять это. Ей нужно женское влияние. И чем старше она, тем это становится важнее.
— Ты можешь нанять кого-нибудь, как делал это раньше.
Джеймс пренебрежительно отмахнулся от столь неубедительного предложения:
— Это бесполезно. — Он пристально посмотрел на Лору. — Как ты думаешь, моя дочурка сможет тебе понравиться со временем?
— Мэнди? Понравиться? Джеймс, она просто чудо. Конечно, она нравится мне, и думаю, что со временем я бы полюбила ее без памяти. Но здесь все гораздо серьезнее.
— Например?
Лора раздраженно посмотрела на него:
— Например, у нас нет ничего общего. Например, ты можешь влюбиться в кого-нибудь другого. Как и я могу.
Джеймс нахмурился:
— Ты ведь ни в кого другого не влюблена?
— Нет. «Я тебя люблю, — подумала она. — И у меня сердце разрывается от того, что ты предлагаешь
мне брак как деловую сделку». — Просто ничего не получится — и все.
— Разве сохранение Индиго-плейс не стоит некоторых жертв?
«Один — ноль в твою пользу», — подумала Лора. Но она еще не готова была уступить.
— Просьбу провести с тобой всю жизнь вряд ли можно назвать «некоторыми жертвами».
Пейден оперся рукой о стену за ее головой и наклонился вперед:
— Неужели я так ужасен?
Нет. Именно в этом и было все дело. Лора хотела, чтобы Джеймс клялся в вечной любви и всепоглощающей страсти, а он говорил о гувернантке, о домоправительнице, имеющей вес в обществе. Пейден хотел, чтобы Лора проложила ему путь в общество, а она — проложить путь в его постель.
— От этого брака ты получишь мать для Мэнди и мое имя, для того чтобы быть принятым в обществе.
— А ты сохранишь Индиго-плейс. Очень справедливая сделка, сдается мне. Я внес достаточно денег, чтобы покрыть долги твоего отца.
— Я не шлюха, которую ты можешь купить, Джеймс Пейден.
Раскаяние Джеймса было неподдельным.
— Прости. Это было непростительно бестактное замечание. Я вовсе не подразумевал, что ты продаешься. Видишь ли, Лора, мне, как и моей дочери, необходимы твои наставления. Я преуспел в бизнесе. Я научился играть в жесткие игры с сильными мира сего. Я привел в порядок свою речь — в большинстве случаев — и свои манеры за столом. Но я по-прежнему ничего не смыслю в светском обхождении. Научи меня.
— Я не могу сейчас думать. — Простонав, Лора прижала кончики пальцев к вискам. — Это так…
— Неожиданно? Да, я знаю. По крайней мере для тебя. Сам я уже много дней думаю об этом.
— Много дней! А почему бы не дать нам несколько недель, месяцев?
— Не могу позволить себе столько времени. Мэнди идет осенью в детский сад. Я хочу, чтобы к этому времени все уже утряслось.
Лора как-то сникла:
— Не знаю, почему я вообще говорю об этом. Это бессмысленно.
— Смысла как раз много. Скажи «да».
— Мы же практически не знаем друг друга.
— Мы знаем друг друга много лет.
— Но совершенно не… не…
— Не интимно, — выговорил он слово, которое никак не давалось Лоре.
— Да. — Она так низко склонила голову, что подбородок почти касался ее груди. — Будет ли это исключительно «договоренностью», или ты рассчитываешь, что я буду тебе женой в полном смысле этого слова? — Ее сердце так колотилось, что даже больно было груди.
Приподняв пальцем ее подбородок, Джеймс откинул ей голову назад, пока она наконец не взглянула ему в глаза:
— Ты думаешь, я бы женился на женщине, не ожидая, что она будет делить со мной постель?
Губы Лоры дрожали так сильно, что она не смогла ответить. Только покачала головой. Взгляд Пейдена был сейчас прикован к ее влажным дрожащим губам.
— Не могу дождаться, когда ты окажешься подо мной в постели, — отрывисто прошептал он. — И когда этот момент настанет, я доставлю тебе такое удовольствие, которого ты никогда в жизни не испытывала, мисс Лора.
Она тихо ахнула. — Скажи «да». — Я…
Он прижался горячим, неистовым поцелуем к ее губам, но тут же отстранился.
— Я не приму отказа. Скажи «да».