Дверь вновь открылась, и Виктор и Андрей внесли следующий чемодан. Они остановились в дверях.
— Следует ли нам вернуться позже? — спросил Андрей.
— Да, — ответил Вэлкан, его голос понизился. — И не торопитесь.
Мужчины развернулись обратно.
Ретта улыбалась, пока Вэлкан снова не поцеловал ее. Да, это было то, что ей нужно, по крайней мере, пока он не отодвинулся и не взглянул на чемоданы.
— Ты прибыла сюда без чемоданов.
Она виновато закусила губу.
— Это символически, — призналась Эсперетта. — Вообще-то они пустые. — Затем она нахмурилась, увидев, что он был одет. — Куда ты собрался?
— Никуда.
Ретта изогнула бровь, когда в нее закралось неосознанное подозрение.
— Никуда?
Она видела, что он смутился, прежде чем заговорил глубоким, наполненным эмоциями голосом:
— Я собирался найти тебя и попросить остаться.
— Правда?
Он кивнул.
— Я не хочу, чтобы ты уезжала, Эсперетта.
— Готов ли ты поверить мне тогда?
Он попытался уклониться:
— Ну…
— Вэлкан!
Он поцеловал ее в губы, растапливая ее злость.
— Я поверю тебе, но только если ты поклянешься никогда больше не уезжать.
Ретта обвила руками его плечи и твердо встретила его мрачный взгляд.
— Я уеду только в том случае, если ты уедешь со мной. Обещаю. — Затем она потерлась кончиком носа о его нос, прежде чем встретиться с его губами и скрепить это обещание обжигающим поцелуем.
Эпилог
За все эти века Вэлкан никогда не беспокоился об Ордене. Он оставил их в покое, позволяя им безумствовать без его вмешательства. Но теперь этому пришел конец.
Они угрожали Эсперетте и едва не убили ее. Теперь, вернув свою жену, он никому не собирался позволять вновь забрать ее у него.
Без лишних слов он использовал свои силы, чтобы открыть дверь дома Дитера. Вэлкан прошел внутрь дома так, будто владел им. Дитер и Стефан смотрели на него, раскрыв рты, как и остальные пятеро мужчин.
И прежде чем Вэлкан смог пошевелиться, ему в грудь была выпущена стрела. Он поймал ее в кулак и швырнул на пол.
— Даже не пытайтесь снова, — прорычал он.
— Ч-что ты здесь делаешь? — спросил Дитер, его лоб покрылся мелкими капельками пота.
Вэлкан пригвоздил каждого присутствующего враждебным взглядом, который должен был в достаточной мере напугать их.
— Я здесь, чтобы похоронить вошедший в предания топор войны. Где именно я его похороню, полностью зависит от вас. Мы можем похоронить его в земле, и что прошло пусть прошлым и останется, или же я могу похоронить его в сердце и голове каждого из присутствующих. В любом случае преследование моей жены и ее друзей прекратится сейчас же.
Дитер застыл.
— Ты не можешь приходить сюда и отдавать нам приказы.
Вэлкан выстрелил энергетическим разрядом, который сбил его с ног.
— Будь умнее. Бери то, что я предлагаю. Я обещал Эсперетте, что больше не буду варваром. Так что я пытаюсь вести себя цивилизованно в этом вопросе и позволю тебе жить, даже несмотря на то, что военачальник во мне предпочел бы выпустить твои кишки наружу.
— Мы поклялись…
— Короче, — выкрикнул Вэлкан, прерывая Дитера. — Я был одним из членов этого Ордена пять сотен лет назад, и знаю клятву, которую вы все приняли. И которую я принял однажды. Следующий человек или зверь, который будет угрожать моей жене или моим слугам не выживет, чтобы пожалеть о своей глупости. Это понятно?
Он подождал, пока каждый мужчина кивнет.
Вэлкан глубоко вздохнул.
— Хорошо. Теперь, когда мы достигли договоренности, я оставлю вас с миром.
Поворачиваясь к двери, Вэлкан заметил что-то уголком глаза. Прежде чем он смог отреагировать, раздался одиночный выстрел.
Он повернул голову к углу комнаты, где стояли Эсперетта вместе с Ралукой, Франческой, Виктором и Андреем.
Эсперетта держала в руках пистолет. Прищурившись, она рассматривала мужчин, находящихся в комнате.
— Кто-нибудь еще хочет попробовать и напасть на моего мужа сзади?
Вэлкан осмотрелся и увидел Дитера, лежащего на полу с единственным огнестрельным ранением в груди. Потрясенный, Вэлкан встретился взглядом с Эспереттой.
Она молча прошла вперед, чтобы взять его за руку, пока волки занимали свои позиции.
— Джентльмены, — обратилась она тихо. — Думаю, что многие из вас встречали семью Илии, и полагаю, что они хотели бы перемолвиться с вами парой слов. Наедине.
Стивен поднялся на ноги.
— Ретта…
— Оставь это, Стивен. Ты уже сказал мне все, что я должна была знать.
Вэлкан не был уверен в том, что должен делать, но когда Эсперетта потащила его из дома, он последовал за ней. И как только дверь позади него закрылась, он услышал мужские крики.
Вэлкан испытывал благоговейный трепет перед своей женой.
— Я думал, ты хотела пощадить их.
— Я не та девочка, на которой ты женился, Вэлкан. Я — женщина, которая теперь понимает, как работает мир. Они не прекратят охотиться за нами. Никогда. Фрэнки и ее семья имеют долг крови за то, что Орден сделал с ее отцом. Я сказала: « Bon appétit!». [15]
Ретта подалась в его объятия и запечатлела целомудренный поцелуй на его щеке.
— Спасибо тебе.
— За что?
— За то, что пытался быть джентльменом, хотя я знаю, что это идет вразрез с каждой частичкой твоей природы.
Вэлкан взял пистолет из ее рук и забросил его в лес, прежде чем обхватить ее лицо руками.
— Для тебя, Эсперетта, все что угодно.
Она наградила его изучающим взглядом.
— Все что угодно?
— Да.
— Тогда пойдем и займемся любовью. Прямо сейчас.
Вэлкан рассмеялся, прежде чем легко поцеловать ее в губы. И впервые в своей жизни он с радостью подчинился приказам кого-то другого.
— Как пожелаете, Принцесса.
15
Bon appйtit (фр.) — Приятного аппетита!