Турецкая милиция домчалась до Карса первая и, будучи в расстроенных чувствах, провела на местном базаре большую реквизицию — досталось и местным армянам, и мусульманам. Курды разбрелись по домам, неразборчиво грабя по пути всех подряд. Известие о поражении турок под Баш-Кадыкларом оказало большое психологическое воздействие на ту часть населения Закавказья, что готово было поддержать османские войска. Многие курды и башибузуки оставшуюся часть войны просидели по домам.
Начальный период войны на Кавказе приподнес неприятные сюрпризы и нашим военачальникам. Они отметили высокие боевые качества регулярных турецких войск, которые имели теперь хорошее западное вооружение и показывали большую выучку. Турецая пехота хорошо маневрировала, но проявляла еще недостаточно стойкости в открытом бою, также как и кавалерия.
Позиция персов в это время была неясной. Часть персидских курдов поддерживала идею войны против России — под влиянием шейха Салеха, связанного с Шамилем. Того же требовали и английские агенты, действовавшие при персидском правительстве. Однако сам шах был настроен более против турок, чем против русских, и разрешил закупки зерна в Персии для нужд русской армии. В начале 1854 шах, предложив Петербургу свое участие в войне против турок, начал стягивать силы в Хое. Однако военный союз расстроился из-за требований персов предоставить им большие субсидии и гарантии.
На Кавказской линии в начале зимы произошло несколько столкновений с горцами. В районе военно-грузинской дороги и реки Аргун русские отряды предприняли удачные наступательные действия против горских шаек. После того зима прошла спокойно.
С появлением сильного англо-французского пароходного флота в Черном море русским командованием было принято решение эвакуировать часть укреплений кавказского побережья к северу от Абхазии — сухопутное сообщение с ними, при участившихся нападениях черкесов, становилось слишком уязвимым.
3 марта 1854 г. три парохода, имея на буксире транспорты, вышли из Геленджика и, продвигаясь вдоль берега, снимали гарнизоны — всего было эвакуировано 6 тыс. человек, военные и члены их семей. Затем архиосторожный генерал Реад, сменивший на посту кавказского наместника Воронцова, решил снять также гарнизоны и в Абхазии, что свершилось в конце марта-апреля. А в конце марта, начале апреля также были эвакурованы гарнизоны северного участка береговой линии: Геленджика, Новороссийска и Анапы.
Убоявшись Персии, генерал Реад предложил также оставить Дагестан, на что Николай I не согласился, указывая, что пути через Каспий на Дербент, Баку, устье Куры являются для нас критически важными. Кроме того, оставление Дагестана означало переход под власть Шамиля 80 тыс. вооруженных мужчин.
К концу весны у Карса находилось уже 60 тыс. турецких солдат Анатолийской армии, хорошо снабженных и экипированных. В составе армии было 4 штуцерных батальона, 84 орудия, 38 эскадронов регулярной кавалерии. Командовал ею трехбунчужный паша Мустафа-Зафир-паша, среди командиров была целая стая залетных птиц. Начштабом служил английский генерал Гюйон (Куршид-паша), штаб авангарда возглавлял венгерский генерал Кольман (Фези-бей), начальником башибузуков был венгерский кавалерийский генерал Кмети (Измаил-паша), под гордым именем Арслан-паши действовал польский генерал Быстроновский.
27 мая 1854 г. 12-ти тысячный турецко-аджарский отряд, под началом кобулетского паши Гассан-бея, начал наступление в Гурии. Переправившись через р. Супс, он направился к Аскету, однако был разбит у с. Нигоети силами кн. Эристова — на поле боя противник оставил 1000 тел, в том числе труп своего командира.
3 июня силы генерала И. Андронникова предприняли наступление в соседнем с Гурией Кобулетском санджаке. На левом берегу р. Чолок они разгромили 34-тысячное войско Селим-паши. Турки потеряли от 3 до 5 тыс. человек, однако и русские силы не стали развивать наступления, опасаясь переброски вражеских войск англо-французским флотом.
На Эриванском направлении действовал отряд барона К. фон Врангеля. (Остзейский род Врангелей дал немало интересных людей, изрядно послуживших империи. Карл Карлович, в отличие от многих других остзейцев, был к тому же настоящим русофилом). В пятитысячном отряде Врангеля находились конно-мусульманский полк, дружина эриванских беков-мусульман, сотня армян-добровольцев, сотня эриванских курдов. Настоящий интернационал на службе империи. Силам Врангеля противостоял баязетский корпус турок, численностью около 16 тыс., с начала войны выславший немало кавалерийских групп для ударов по армянским селениям на российской территории.
Врангель перешел границу, проходящую по р. Аракс, и 17 июля разбил турок в битве у горного озера Джан-гёль. Русская кавалерия рубила бегущего неприятеля шесть верст. Турки потеряли одними убитыми 2 тыс. чел. Наши потери составили около 400 чел. После этого Врангель двинулся к Баязету и занял его 19 июля, вместе со всеми огромными запасами амуниции и продовольствия. Здесь проходили английские товары в Персию и казаки сразу перехватили огромный караван в 2325 лошадей и верблюдов, с грузом стоимостью в миллион серебряных рублей.
22 июля, взяв трофеями часть огромных запасов Баязета, остальное уничтожив или раздав местным жителям, Врангель отошел к Абаз-Гёльскому перевалу.
Упреждая выступление огромной анатолийской армии турок, генерал Бебутов с александропольским отрядом пересек р. Арапчай и направился в карсский пашалык. У него было около 20 тыс. человек и 74 орудия, полевой госпиталь на 500 коек и месячный запас провианта; приграничные духоборы предоставили ему большое количество повозок.
Бебутов, раскинув лагерь у подошвы Кара-яла, действовал выжидательно, собираясь выманить турок на бой в открытом поле. 24 июля турецкая армия подошла к д. Кюрюк-Дар, несколько артиллерийских подразделений из ее состава успели занять позиции на высотах Кара-Яла. Два вражеских корпуса двинулись в обход правого и левого фланга русского войска. Тверские драгуны атаковали главную батарею правого фланга турок. Преодолев картечь, они изрубили орудийную прислугу и подоспевшую массу башибузуков, затем вернулись с захваченными орудиями. Другим важным моментом битвы была встречная атака нижегородских драгун под командованием князя Чавчавадзе на наступающие турецкие штуцерные батальоны. Нижегородцы изрубили отчаянно сражавшихся турков всех до одного, а потом атаковали правый фланг вражеского войска, подвергнутый перед этим ракетному обстрелу. Когда правый фланг турок был смят, генерал Барятинской с бригадой гренадер атаковал сильный центр турок. Против семи русских батальонов было двадцать турецких — в том числе 4 арабистанских. Турки повели штыковой бой стойко, но гренадеры все-таки управилсь с лучшими турецкими батальонами первой линии, после чего остальные обратились в отступление, переходящее в бегство. Бебутов завершил дело, бросив в бой последние резервы, два батальона Тульского полка и несколько эскадронов новороссийских драгун, и лично возглавив атаку на левый фланг турок.
Разбитая анатолийская армия отступила к Карсу и стала «считать товарищей». Неприятельская убыль составила около 10 тыс. человек, в том числе 3 тыс. убитых и 2 тыс. пленных. Наши потери оказались гораздо скромнее — около 3 тысяч, в том числе 599 убитыми.
Князь Бебутов, несмотря на достигнутую победу, отвел в начале августа 1854 свою армию к Александрополю. У Батума высадились пополнения для анатолийской армии турок, да и осаждать Карс с теми силами, которые были у александропольского отряда, не представлялось возможным.
Летом 1854 г. к французскому командующему маршалу Сен-Арно, в Варну, прибыли шумною толпой предводители горцев, наперебой предлагая свои «бизнес-планы» по уничтожению русской власти на Кавказе, но коалиционное командование решило поддержать не мелких полевых командиров, а Шамиля.
2 июля горцы Шамиля, щедро снабженные западным оружием, напали на левый фланг Лезгинской линии и, перевалив через горный хребет в Кахетию, направились прямой дорогой к Тифлису. Горцы успели разорить Цинандали, но местная милиция у селения Шильд остановила их наступление. Быстрое сосредоточение в окрестностях Шильд и Кварели русских сил, насчитывавших 6 батальонов пехоты, 4 эскадрона кавалерии, 2 казачьи сотни и 14 орудий, заставило Шамиля уйти в горы. В октябре он напал на аул Исти-су, но был отбит местными жителями и отрядом барона Николаи.
Мегмед-Эмин в первой половине ноября собрался атаковать русские пункты у Лабы, но генерал Евдокимов и командующий войсками на Кавказской линии генерал Козловский нанесли превентивный удар, заняв 18 аулов и истребив собранные там припасы.
Таким образом, 1854 год, несмотря на многочисленные успехи русских войск, не привел к какому-то явному стратегическому выигрышу на Кавказе. Наши силы реагировали ситуационно — ввиду малочисленности и разбросанности. В то же время, по большому счету, для кавказских владений России большой угрозы так и не возникло. Западному командованию стало ясно, что ни турки без существенной поддержки западных сил, ни горское движение не способны к каким-либо серьезным действиям против русских.
В конце 1854 г. наместником кавказским и командующим отдельным Кавказским корпусом был назначен генерал-адъютант Николай Николаевич Муравьев 1-й, человек с интересной биографией и широкими интересами. Он отличился в войне 1812–1814 гг., посещал Хиву в 1819 г., участвовал в закавказском походе 1829 г., штурмовал Варшаву в 1831 г… В 1833 г. он высаживался на Босфоре с десантным отрядом, чтобы остановить египетское войско Ибрагим-паши. Среди прочего генерал владел разными тюркскими наречиями, описал грамматику татарского языка и даже выучил еврейский.