Победа была отмечена греческой поэмой, которую написал некий Феодосий Грамматик. Большая часть ее посвящена обычным славословиям Господу, даровавшему победу христианам, но есть в ней и несколько строк, проливающих свет на современную автору действительность.
Флот мусульман был окончательно разбит и отброшен в 678 году, и тогда сухопутной армии пришлось отступить. При возвращении в Сирию арабский флот был уничтожен бурей у памфилианского побережья. Константинополь в конечном счете был спасен морскими силами Византии.
Вторая крупная морская экспедиция против Константинополя была предпринята в 716-718 годах. И снова наш главный свидетель — греческий хронист Феофан, поскольку арабские источники весьма лаконичны. По свидетельству греческого монаха, конфликт начался с борьбы за ресурсы древесины, столь необходимой в кораблестроении. Византийцам стало известно, что арабы из Египта готовят экспедицию в Ливан за деревом. Император Анастасий II решил перехватить их и собрал для этого быстроходные парусные суда. Византийский флот собирался на Родосе под командой дьякона великой церкви Айя-София и по совместительству министра финансов по имени Иоанн. Флоту было приказано отправиться в Ливан и сжечь запасы древесины. Экспедиция прошла не так, как планировали. Как часто случалось в Византийской империи того периода, начался мятеж, командующий, назначенный императором, погиб, а войска направились к столице, чтобы свергнуть Анастасия, оставив арабов спокойно заниматься строительством своих судов.
В 716 году мощная наземная армия под командой Масламы ибн Абд аль-Малика выступила на Константинополь. Одновременно собирался флот. Его главным назначением было поддерживать и снабжать атаковавшую с суши армию Масламы. Зиму 716/17 года провели на сицилийском побережье. Весной корабли вышли в западном направлении, затем повернули на север. Прежде чем войти в Мраморное море, они бросили якоря у Абидоса в Гёллеспонте. 15 августа Маслама начал осаду города, и к 1 сентября огромный флот, состоявший якобы из 1800 кораблей, встал под стенами города: часть у стен на западной стороне Босфора, часть у европейского побережья на севере Золотого Рога. Феофан говорит, что арабские корабли оказались бесполезными, потому что были перегружены. Стояла хорошая погода, и они продвинулись вверх по Босфору. Это было большой ошибкой. Император Лев III, надзиравший за маневрами из акрополя и направлявший их, выслал против арабских судов брандеры, и флот превратился в пылающие факелы. «Некоторые еще горели, когда разбились о дамбу, другие же затонули на глубине, с людьми и всем прочим, а еще другие, пылая, дошли до островов Оксея и Платея» (современные Принцевы острова в Мраморном море). Осажденные ликовали, в то время как нападавшие дрожали в ужасе «перед мощью жидкого огня». Некоторые корабли арабов избежали пожара, и император попытался заманить их в Золотой Рог, опустив цепи, протянутые между городом и Шлатой. Командующий арабов боялся, что стоит им войти, как цепи поднимут, и они окажутся запертыми в капкан. Поэтому они прошли выше по Босфору и перезимовали в бухте на европейском побережье, там, где теперь стоит великая оттоманская крепость Румели-Гиссар.
Зима выдалась очень суровой. Снег покрывал землю сто дней, и мусульмане на берегу жестоко страдали от голода и холода. Следующей весной прибыло подкрепление: 400 нагруженных провиантом купеческих судов из Египта под началом Суфйана, и за ними — 260 судов из Северной Африки с оружием и припасами. Оба командующих уже знали, какую опасность несет греческий огонь и, не приближаясь к городским стенам, держали свои корабли в безопасном отдалении, у азиатского берега Мраморного моря.
Многие моряки в обоих мусульманских флотах были христианами-коптами из Египта, и по крайней мере некоторые из них решили, что они больше обязаны верностью единоверцам-христианам Византийской империи. Однажды ночью они забрали с купеческих кораблей легкие лодки и пробрались в город, объявив, что они верны императору. Они сообщили императору о флотах, скрытых у южного берега моря, и тот, приготовив два огнемета, погрузил их на военный корабль и на «двухэтажный корабль». «С Божьей помощью, — записывает благочестивый летописец, — и вмешательством Его Пречистой Матери враг потонул на месте. Вещи и припасы с арабских кораблей были захвачены».
Конец наступил 15 августа 718 года, когда пришло послание от благочестивого халифа Умара И, всегда относившегося с подозрением к честолюбию успешных военачальников.
Его приказ отправлял Масламу в отставку. Опять на помощь византийцам пришло божественное вмешательство:
Когда экспедиция возвращалась обратно, на них пала ужасная буря: послал ее Господь, благословенный Богородицей. Бог утопил их всех у Проконесса, а других на Апострофе и у других мысов. Те, что остались, шли через Эгейское море, когда на них обрушился гнев Божий, вспенив морские воды. (Это могло быть связано с землетрясением, случившимся в то время в Сирии). Едва сошла смола их кораблей, корабли ушли на дно вместе с людьми и добром. Только десятеро выжили, чтобы поведать нам и арабам о том, что сотворил с ними Бог.
Неудача морского флота мусульман под стенами города и победа константинопольского флота определили серьезное изменение в балансе сил между арабами и Византией. До конца XI века мусульманские корабли больше не осмеливались выходить в Мраморное море. Флот спас Константинополь и предотвратил окончательную победу мусульман.
Кроме того, в период первых завоеваний мусульмане активно действовали на море у берегов Северной Африки и Сицилии. Первая морская экспедиция мусульман на Сицилию была организована в 652 году, задолго до основательного завоевания Северной Африки. Мусульманский флот силой в 200 кораблей месяц разбойничал у берегов острова, захватывая сокровища церквей и монастырей, после чего вернулся в Сирию. С основанием Туниса арабы начали превращать Северную Африку в морскую базу Город, вероятно, основал наместник Хассан в 700 году, сразу после падения Карфагена. Неясно, почему он избрал новый участок, вместо того чтобы просто использовать византийскую гавань в Карфагене. Возможно, у него были и другие причины, однако, скорее всего, его привлекла лагуна, соединенная коротким каналом с открытым морем, на которой стоял Тунис. Здесь город был менее уязвим перед атаками византийцев, и его проще было оборонять. ГЬрод процветал, будучи главной стоянкой африканского флота, хотя правительство оставалось в глубине суши, в Кайруане.
Вскоре после того мусульмане начали захватывать средиземноморские острова, начав со взятия Пантеллерии, произошедшего, по всей видимости, в 700 году. Несколькими годами позже, возможно, в 703-м, большой египетский флот под командованием Аты ибн Рафи прибыл в Северную Африку. Была уже осень, ожидался сезон штормов. Наместник, Муса ибн Носсейр, советовал не начинать кампании в этом году, но Ата думал только о богатой добыче, ждавшей его на островах, и не хотел ждать. Решили начать с рейда на Сардинию. Все прошло хорошо, но на обратном пути, когда они уже почти достигли родного тунисского порта, налетел внезапный шторм, разбивший большую часть кораблей. Сын наместника Абд аль-Азиз собирал на берегу трупы утонувших, обломки кораблей и груза. Уцелевшие корабли и их команды укрылись в тунисском порту, где о них позаботился Муса. Может быть, благодаря милосердию, проявленному им к этим людям, они стали ядром морских сил, с которыми Муса девять лет спустя высадился на Иберийском полуострове.
81
Olster D. Theodosius Grammaticus and the Arab siege of 674678. P. 23-28.