— Это разумное решение, — кивнула я, довольно улыбнувшись.
Когда младший ларо Аэн исчезнет из столицы, многие мои трудности решатся сами собой.
Будущая встреча с ларэ Тьен не прибавила ему сколько-нибудь радости. Хотя бы потому, что завтра был праздник Сошествия богов, и этот день хотелось провести спокойно и с комфортом, без каких-либо дознавателей. Но оттягивать встречу тоже нельзя. Пока у этой стервы против него ничего нет, кроме собственных домыслов. При ином раскладе в гости шел бы он, а не она… Однако же где-то он успел подставиться, раз Тьен проявляет к нему повышенное внимание. Решено. Убрать ее нужно именно завтра, не дожидаясь, пока она с кем-нибудь поделится своими соображениями. У ларэ дознавателя репутация твари проницательной и по-своему честной, ее выводы выслушают и примут к сведению, даже если она не сможет подкрепить их достаточными доказательствами. А это означает конец его репутации и надежде подняться.
Наверняка драгоценная ларэ планирует заставить его как-то себя выдать: глупо было бы надеяться, что он вот так легко и просто покается ей в своих прегрешениях и будет на коленях умолять о возмездии. Змею можно назвать кем угодно, но уж точно не дурой. Но и его никто не упрекнет в слабом уме. Завтра ларэ Тьен войдет в его дом, чтобы никогда не выйти из него.
Ночь для меня выдалась неспокойной. Я заснула почти сразу, как только легла в постель, но сны мне снились странные, не дававшие отдыха. Я видела то ларо Риэнхарна в белом погребальном одеянии с обнаженными хаэзрами в руках, то охваченного пламенем, но еще живого Тарна, то ни разу не виденного мной Линха каэ Орона. По крайней мере, я почему-то была свято уверена в том, что брезгливо поджимающий губы мужчина, злобно смотрящий на меня, это именно Третий лорд Рысей.
И даже во сне не получилось забыть о завтрашней встрече. У меня такое иногда бывает. Так что я ни капли не удивилась, что утром не почувствовала себя отдохнувшей. Привычная усталость лишь немного притупилась, давая надежду, что я смогу использовать свои способности в полном объеме.
От мысли, что уже сегодня все закончится, я испытала такую радость, что даже приветливо улыбнулась своему снулому отражению в старом зеркале. Зеркало от моей радости не стало менее мутным, а моя физиономия — более привлекательной, однако же настроение стремительно улучшалось, наплевав на все.
Одевалась я с привычной тщательностью, но в честь встречи с драгоценным подозреваемым позволила себе вольность в виде расстегнутого ворота мантии. Кто знает меня, тот оценит, остальные мне безразличны.
Долго размышляла над тем, стоит ли брать с собой меч. Взять оружие безумно хотелось, но как его пронести незаметно от хозяина дома? Да и вряд ли командир гвардии фехтует хуже меня (такой феномен в принципе невозможен), соответственно клинок будет только мешать. Опять придется полагаться на одну только магию. Неприятно. Все же колдовство — слишком тонкая материя, чтобы никогда не давать осечек. Ладно, буду всю дорогу молить богов об удаче. Вдруг услышат?
В карман мантии я положила кристалл, наподобие того, что использовала ларэ Эстела. Подумала — и для надежности положила еще один, на этот раз в карман платья. Даже если один по какой-либо причине не активируется, останется второй, да и лучше будет, если сведения, которые я получу, будут в двух экземплярах.
На шею повесила несколько амулетов попроще, таких, которые не начали бы «фонить», войдя в контакт с магической защитой дома. А она будет, готова поставить свою жизнь против дохлой кошки. Небольшая помощь, вроде простенького щита, способного отклонить физическую атаку, мне точно не помешает. Безумно хотелось и что-то посильнее прихватить, но тот же амулет телепортации незамеченным точно не пронесешь.
Следовало бы и завещание написать. Я не пессимист, я просто слишком хорошо знаю, чем оканчиваются авантюры вроде той, в которую я решила ввязаться, а без завещания родителям придется не один месяц мучиться, чтобы получить мое имущество во владение.
Решено: как только вернусь от ларо подозреваемого, начну улаживать свои дела, на случай незапланированной кончины, пока она из вероятного будущего не стала неприятным настоящим. Вот Тарн так и не озаботился… А теперь поздно…
Дома все было как обычно, никакой напряженности перед судьбоносным для меня событием. Мама вязала на кухне, искоса наблюдая за тем, как ларо Таэллон драит сковородки. Моя родительница время от времени давала кахэ ценные, на ее взгляд, указания; в ответ молодой нелюдь раздраженно сверкал глазами, но утварь покорно чистил. Судя по размеренному стуку сверху, папа все же решил взяться за починку протекающей крыши. Давно пора — магией бреши в кровле надолго не прикроешь. И все же почему это никто не изъявляет даже тени волнения за мою жизнь? Единственная дочь идет, можно сказать, на битву с врагом, а родителям, похоже, все равно.
Ах да… Я же забыла предупредить их о своих планах. Только сказала, что расследование скоро закончится, и все. Ну и хвала богам. У мамы и так нервы пошаливают после многолетней работы с детьми, лишние потрясения ей ни к чему. Вот вернусь — тогда все и расскажу. Или не вернусь… Но тогда объяснение с моей семьей уже будет чужой проблемой.
— Завтрак себе сама разогреешь, — не отрываясь от вязания, сказала мама.
Ну вот. Как только я перестала быть похожей на труп — закончилось и мое счастье. Скоро готовить заставит наравне с ней. А я думала, мне дадут возможность еще немного полениться.
— Угу, — кивнула я и поставила кастрюлю с супом на плиту.
— Ты сегодня что-то поздно, — решила поддержать разговор с чадом мама. Чадо оценило героическую попытку.
— Я сегодня не в управу, так, пообщаться надо с одним ларо, — ответила я. В голосе было ровно столько небрежности, чтобы не вызвать подозрений.
— К обеду ждать?
Я задумалась. Сколько продлится разговор с подозреваемым, я точно не знала, но если дело выгорит, мне придется уйму бумажной работы переделать…
— Нет, мам, — решительно покачала головой я. — До обеда точно не управлюсь. Потом надо будет еще в управу заскочить.
— Ну хорошо. На вечер курицу в меду сделать?
— Да, — с радостью согласилась я, заранее предвкушая прекрасный ужин. Дай боги, чтобы мне довелось его отведать.
На встречу я особо не торопилась: мне было назначено на два пополудни, а сейчас только десять утра. Можно спокойно поесть, немного поговорить с мамой, еще и с Лэром нужно связаться, все-таки без страховки соваться на вражескую территорию будет верхом глупости.
Временами я искоса поглядывала на кахэ. Тот был спокоен и даже выглядел довольным жизнью. Вот так и происходит ломка мировоззрения. А я ведь считала, что за ночь он передумает и с утра пораньше устроит качественный скандал с битьем посуды и требованиями достать родича хоть с того света. Не устроил.
Лэр и раньше был в курсе, что желание пообщаться у его обожаемой подруги возникает в самый неподходящий момент. Но на этот раз Риннэлис умудрилась превзойти саму себя! Несчастный эксперт как раз добавлял к полученному образцу жидкости реагент, когда на краю сознания раздался тихий стук. Парень ругнулся под нос и продолжил заниматься работой, проигнорировав звук. Через пару минут попытка связаться с ним повторилась, но стук был таким же тихим. Алхимик посмотрел на колбу, в которой уже начала протекать химическая реакция, и решил, что раз неизвестный, желающий с ним связаться, действует столь ненавязчиво, то вполне сможет подождать еще пару часов. А может и все три. В конце концов, надо еще записать результаты исследования и отослать к дознавателю, подавшему запрос.
Лэр вообще любил все откладывать на попозже, особенно неприятные вещи, а разговор непонятно с кем приятным быть не мог, да и необязательно тратить свое личное время на постороннего. Третья попытка была столь же интеллигента и аккуратна, но, когда доблестный работник стражи проигнорировал и ее, на его сознание обрушился ментальный удар, который можно с чистой совестью сравнить с ударом кувалдой.