Улица, на которой стоял магазин, была пустынна. Два дома на ней были полуразрушены, в других отсутствовали стёкла в окнах. Недалеко в палисаднике, перевалившись через маленький заборчик, лежал труп мужчины и лежал видно давно. Перебравшись через низкую раму разбитой витрины, мы с Флюром попали в магазин, там везде был беспорядок, дорогие плазменные телевизоры валялись на полу.
Пол вообще был весь усыпан лазерными дисками, деталями компьютеров, какими-то проводами, но, тем не менее, товара оставалось ещё много, видно халявная электронная аппаратура и бытовая техника не пользовалась популярностью у местного населения и мародёров. Действительно, где же им было взять электричество, а от этой аппаратуры сыт не будешь.
У нас с Флюром глаза просто разбегались, хотелось взять всё, но мы решили брать только те вещи, которые нам были явно необходимы. Мы разделились, я пошёл в отдел фотоаппаратов, а Флюр начал разыскивать системы связи «Уоки-токи». Отдел фотоаппаратов, биноклей и другой оптической техники я нашёл довольно быстро, но, ни в витринах, ни на полках, фотоаппаратов и биноклей уже не было. Видно всю мелкую качественную технику, давно вывезли из магазина — валялись одни китайские фотоаппараты-мыльницы.
Я начал производить более детальный осмотр отдела и нашёл за одной витриной, импровизированный мини склад, там лежали несколько десятков коробок с цифровыми фотоаппаратами, видеокамерами, биноклями и другими товарами. Я даже был в затруднении, что же выбрать, потом подумал и взял две одинаковые видеокамеры Сони, большой цифровой фотоаппарат Никон и четыре бинокля с разной степенью увеличения.
Положив добычу в два больших пакета — их нашли целую упаковку у кассы, я начал проверять коробки дальше. И нашёл большую подзорную трубу, можно сказать, телескоп с подставкой и другими причиндалами, его я тоже решил взять.
Крикнув Флюру, я отнёс всё в машину и пошёл на второй заход. Сейчас решил брать два фотопринтера Эпсон — второй на всякий случай, ну, конечно, и жадность играла свою роль. Взял так же расходные материалы к ним — они были упакованы в небольшие коробочки вместе с фотобумагой, ими я набил три пакета. Пока Флюр искал «Уоки-токи» я сделал пять ходок, ещё принёс несколько коробок аккумуляторных батареек, их я нашёл в этом же мини — складе. Видно те, кто громил этот магазин, никогда не работали в торговле, потому, что нужный товар, был изъят только с видных и легкодоступных мест, а так же с центрального склада, в котором оставили только крупногабаритную технику, работающую от электросети.
Там я взял и принёс в машину шесть керамических, полуторакиловаттных норвежских обогревателей. Они мне понравились тем, что не потребляли кислород, и там было термореле, которым можно задать нужную температуру, ну и надёжностью, естественно. Ещё я взял два пятикиловаттных нагревателя той же фирмы, они были проточными и вдували тёплый воздух. Ими можно было гораздо быстрее нагреть нужное помещение.
Когда мы с Сашей укладывали нагреватели, наконец, появился Флюр, он всё-таки нашёл, правда, один комплект, переговорного устройства и то только потому, что «Уоки-токи» лежало под столом, заваленное сверху пустыми коробками. Кроме этого комплекта он был нагружен четырьмя набитыми чем-то пакетами. Там была целая куча лазерных дисков с фильмами и музыкой, четыре маленьких аудио плейера с памятью на «флешках», штук тридцать самих «флешек», несколько упаковок чистых лазерных дисков, а так же зачем-то электронный переводчик. На мой вопрос:
— Зачем он нужен? Где ты сейчас найдёшь хоть одного иностранца? Или ты собираешься читать в подлиннике Шекспира, а может быть Хайдеггера или Камю?
Флюр ответил:
— Да идите вы! Просто очень давно хотел такой агрегат, но было жалко денег.
Посовещавшись, мы решили ещё сделать пару заходов и по любому уезжать, здесь мы уже находились около двух часов, а нам ещё ехать сто километров по дороге, чреватой различными неожиданностями. Я захотел захватить ещё хороший, дорогой компьютер, два лазерных принтера и сколько унесём расходных картриджей к ним, а так же бумаги. Компьютеры, принтеры, как и расходные материалы к ним, практически были не тронуты, только растащили все ноутбуки. Бумагу, по-видимому, брали, её оставалось не так много, всего упаковок тридцать. Мы в течение двадцати минут перекидали всё это в машину.
Теперь можно было ехать домой, до начала сумерек оставалось не менее часа. Взятым товаром из магазина мы забили багажник фургона полностью, даже заложили левое заднее сиденье коробками до самой крыши.
Вёл машину Флюр, он вообще был очень неплохой водитель, и зрение у него было отличное, у меня со зрением было не ахти. Я сел на переднее пассажирское сидение, поставив между ног свою Сайгу. На всякий случай, в связи с выстрелами в городе, я снял её с предохранителя и был настороже. Стрельба стала слышна чаще. Время близилось к вечеру, и всякая нечисть вылезла на добычу. На заднем сидении расположился Саша со своей новой игрушкой, пулемётом — по-видимому, он в него влюбился, по крайней мере, наглаживал его, покачивал и что-то приговаривал, было смешно на него смотреть. Пулемёт он зарядил и сказал:
— Всех порвём! С такой игрушкой, готов отразить атаку любой банды. Так, что Батя, спрячь свою пукалку — ей только людей смешить.
Так со смешками и подначками, в приподнятом настроении мы отъехали от магазина к себе домой. Я сидел и думал. Отчего мы с таким маниакальным упорством хватали всё, что попадалось на глаза. Этими вещами мы запасались, наверное, не только из жизненной необходимости. Просто, в такой невообразимо жуткий жизненный момент, набитый под завязку фургон с дорогой по прежней жизни техникой — грел душу.
Глава 11
До выезда из города мы ехали минут двадцать, больше нигде не останавливались, машина была загружена полностью. Я оглядывал окрестности в шестикратный бинокль, взятый в магазине. На том же месте, недалеко от выезда на Симферопольское шоссе, так же как и утром стоял милицейский УАЗик. И вокруг суетилось пять человек — трое в форме, а двое в гражданском, но почему-то все с автоматами. Меня насторожила реакция гражданских, когда они увидели наш приближающийся автомобиль, они спрятались за УАЗик, чтобы мы их не увидели. Ещё больше насторожило то, что невдалеке стояло, по крайней мере, две знакомые машины, которые я хорошо запомнил ещё с утра. Особенно микроавтобус Фольксваген, у него было промятое левое заднее крыло. Из него утром постовой грубо вытаскивал пассажирку. Утром в самом микроавтобусе было видно много разных коробок и пакетов, он был загружен примерно, как теперь наша машина. Сейчас никаких пассажиров и груза не было видно, а в бинокль можно было всё хорошо рассмотреть.
Ещё добавляла несуразности с этим постом ситуация в городе, где был полный бардак и мы за целый день, так и не видели ни одного поста милиции. А тут вдруг обычная патрульно-постовая служба, даже без гаишников, досматривает машины, тем более не на стационарном посту ГИБДД, да ещё с вооружёнными гражданскими лицами.
Воспоминание о перестрелке с Пущинскими милиционерами — когда они начали стрелять, без всякого предупреждения и сразу на поражение, было ещё свежо в памяти. Поэтому я предупредил Сашу:
— Если нас остановят, ты сразу открываешь боковую дверь и начинаешь стрелять из своего пулемёта по людям, сидящим и спрятавшимся за милицейский драндулет. Двух легавых, которые стоят у дороги и будут нас останавливать, я возьму на себя…
Внимательно прислушивающемуся Флюру сказал:
— Если нас будут тормозить, ты остановишься так, чтобы было удобно целиться и мне и главное, Саше стрелять из боковой двери.
Всё-таки выучка у ребят была отличная — никто из них даже и не попытался что-то выяснить, или тем более вступить в пререкания. Когда мы приблизились к УАЗику метров на семьдесят — на край дороги вышел один из милиционеров и жезлом начал показывать, что требует остановиться. Метрах в пяти от него стоял другой милиционер с автоматом наизготовку. Я решил сначала стрелять в него, потому что тот, который с жезлом по любому не успеет выбросить его, схватить автомат и прицелиться — тут у меня будет несколько секунд форы.