На таких собраниях ни в коем случае нельзя в паузах спрашивать толпу "это вам понятно?". Даже если всем и всё понятно, вопросы посыплются, как из ведра, сбивая ритм и настрой, отвлекая на споры и перепалки. Вот мужчина, очень недовольно привстающий с места, чтобы пропустить девчонку, пробирающуюся к родителям, он явно горазд. Вот три тётки-шептуньи, писаное воплощение скепсиса, любят и умеют, только волю дай. Ораторов хватит до утра.
- Условие перед нами поставлено простое и ясное. До указанного времени нам нужно, опираясь на собственные силы и кадровый состав, создать и запустить действенный и действующий, работоспособный коллектив нашего поселения. Это всё, что от нас потребовали. В противном случае мы будем брошены на произвол судьбы и вскоре откатимся в каменный век. Мы сделаем это именно сейчас, без голосований и дебатов. Сделаем быстро, полным составом, или нет - я опять посмотрел на часы. И только после того, как мы наладим систему жизнеобеспечения замка и всего населения в нём, начнем спорить, думать и размышлять. Для этого будет создана научно-исследовательская группа.
Пока что я успевал предварять возникающие вопросы, выдавая на гора очевидное и заранее показывая места в массиве, где меня спрашивать бесполезно. Но кое-что прорвалось.
- У меня важный вопрос! - поднялась женщина в темных очках.
- Вы уверены, что пять минут разбора вашего "важного вопроса" в случае их нехватки после провала собрания стоят неполученного лекарства для простывших детей?
- А с едой что-то прояснилось? - не успел заметить кто.
- Дети давно уже есть хотят! Мы-то еще терпим, но малых надо кормить! - громко крикнул здоровенный мужик с бородой, стоящий вдали у колонны вместе со своей семьёй.
Хватит. Я сделал два шага вперед, чуть наклонил голову, стараясь зацепить взглядом за раз как можно больше лиц. Говорил медленно, раздельно забивая слова в плотный от нервного напряжения воздух.
- Я. Сотников Алексей. Потомственный енисейский казак. Взял командование в свои руки только потому, что имею необходимый опыт. Я знаю, что и как нужно делать, имею план и представляю возможности. Обещаю, что сегодня у нас будет еда. Хоть какая-то, хоть что-то! Но накормим всех.
И снова сумятица пересудов и оценок, на это раз с одобрительными нотками.
- Приоритетов на ближайшее время два и оба относятся к созданию системы жизнеобеспечения. Поясняю: нам просто нужно гарантированно выжить в ближайшие дни. Всем! После чего будем устраивать уже нормальную полноценную жизнь. Докладываю главные пункты программы, их три: это организация питания, в ближайшее время - котлового, и оборона замка от внешних угроз, для чего понадобится создание боеготового подразделения и создание медико-санитарного обеспечения.
Слушали почти все.
К этому времени народ расползся по залу кучками, это понять несложно.
Три семьи успели познакомиться, да пересели потесней - со всеми домочадцами получается уже приличный кластер… мать его, словечко такое…
Из общей картины выделялись трое молодых мужиков вдали, справа от меня. Они слушали мельком, больше переговариваясь между собой, поглядывая по сторонам. Судя по лицам, чеченцы или аварцы. Люди явно тревожные. За-ши-бись. С этими просто не получится. Наглые насмешливые взгляды расчетливых хищников. Для этой бациллы тут сейчас самый питательный бульон. Растерянные и пока разобщенные мужчины, напуганные женщины. Торопись, Лёшка, создавай костяк, мышцы потом нарастим.
- Моя личная задача: не должен погибнуть не один ребёнок и не пострадать ни одна женщина. Извините, мужикам я того же не обещаю, не для этого нас рожали.
- Когда голосовать будем?! - выкрикнула женщина из первых рядов.
- Никогда, - отрезал я. - На ерунду нет времени, его у нас осталось совсем мало, вспомните, что я вам говорил. Голосование требует ясности и сытости. - Предупреждая недовольство, я поднял лист с алфавитным списком переселенцев над головой. - Здесь у меня записаны все вы. Да, да, и такой документ подкинули. Серьёзный проект, говорю вам.
Тут выкриков стало побольше, но я их старательно не расслышал.
- Сейчас я начну вызвать сюда конкретных людей, буду предлагать им работу и должности. Согласие или несогласие выразите здесь, мне в глаза. Я понимаю, что времени для полного анализа своих или чужих решений просто нет. Доверьтесь же своим инстинктам, взвесьте всё, что услышали и что передумали сами, это особо относится к людям семейным, прежде чем всё-таки решитесь пойти искать в чёрном-чёрном лесу несуществующую электричку или никогда не забредавший сюда наряд полиции.
Повернув голову, я предупреждающе указал пальцем на одно из высоких окон собора, будто заметив через стекло нечто зловещее.
Переселенцы поневоле, по большей части, повернули головы друг к другу, советуясь и скоротечно споря. И я подлил в этот благодатный огонь последнюю чашку солярки.
- Напоследок скажу, что прекрасно понимаю, сколь невообразимо дорого стоит подобный проект переброски большой группы людей в заранее подготовленное место, тем более, такое экзотическое. Вдумайтесь, какие силы должны быть задействованы! На нашей Земле всё это просто не имеет и не может иметь никакого смысла. В случае, если я прав, и это не Земля… А это не Земля. В этом случае вспомните, что американцы отказались от лунной программы, в том числе, и по причине её чудовищной дороговизны. Американцы! Не потянули! Не потянули рейды крошечных жестяных коробок с бочкой пороха позади и тремя отморозками внутри. И очень наивно будет кому-то думать, что жалобы, слёзы и искреннее праведное возмущение заставят организаторов порвать акт приёмки проекта чудовищной стоимости и выпустить плачущих на волю. Зачем? Для того ли всё делано-устроено? Так что, объединяемся, друзья! А с остальным разберемся, где наша не пропадала.
И тут совершенно неожиданно для меня кто-то захлопал в ладоши. Почин подхватили и вскоре хлопали хоть и далеко не все, но многие. Большинство, как мне показалось. А у меня отказали ноги. Заметил, как по залу пошёл Сашка я двумя мальчишками, имена которых я не знал. В руках у них были длинноносые кувшины с водой и глиняные чашки. И кто в этом сообществе первые молодцы? Решено, сделаю из них своих телохранителей-кунаков.
Оперившись на стол, я глянул в список и выкрикнул первых двух:
- Лагутина Елена Михайловна, директор пансионата "Лесные Зори", Новосибирская область! Бероев Руслан Владимирович, капитан, командир мотострелковой роты, 77-ой гвардейский мотострелковый полк.
Поцеловав свою жену, первым к подиуму добрался капитан. Высокий, крепкий, лет тридцати на вид, мужчина в длинной зеленой куртке и почти такой же, как у меня, кепке. Внимательный человек. Он и сидел поближе к наглому оратору. Поздоровались с ним за руку.
- Ну что, капитан, берешь командование несуществующим гарнизоном на себя?
Военный незаметно лизнул губы и молча кивнул. Надо вручать ему атрибуты. Я показушно снял с себя коричневую кобуру и протянул ему, шепотом пробормотав:
- Там ракетница, не доставай, Просто загляни, типа проверил. - Бероев понятливо кивнул, заинтересованно глянул в кобуру, после чего распахнул куртку и на глазах у всех быстро и легко выпростал из джинсов широкий офицерский ремень, после чего нацепил главное средство нашей боевой мощи поверх куртки.
- Представляю всем, капитан Бероев, наш воевода, командир гарнизона! Отвечает за внешнюю безопасность замка. Подчиняется непосредственно мне.
Радостно вскрикнула дочка капитана, но мать осадила девочку, что-то зашептала на ухо.
- Капитан, начинай комплектование, вот что я тебе скажу. Тут список, ФИО, должности, кое-какие пометки я поставил, извини, что успел. Обрати внимание на этих офицеров и прапора. Нужно создать кадрированное подразделение постоянной готовности. Об ополчении потом поговорим, тут сложно будет. Спецов гражданских специальностей не трогай, офисный планктон подбирай весь, обучим, что теперь делать… Но пара-тройка толковых бойцов вроде есть, уже не помню. Боевые задачи: караульная служба на стенах круглосуточно и у ворот днем. Может быть, караульную службу и типа быстрого реагирования что-то, - тут я споткнулся, наткнувшись на чуть насмешливый взгляд военного спеца.