Класс напряжённо молчал. Все уже достаточно изучили повадки этой тигрицы, и никто не хотел испытывать судьбу.
— Отлично, — пробасила Транчбул. — Посмотрим, как вы усвоили таблицу умножения на три или, иными словами, проверим, насколько плохо мисс Хани вас научила.
Транчбул стояла перед учениками, широко расставив ноги и уперев руки в бока, и сердито смотрела на мисс Хани, молча стоявшую в противоположном конце класса.
Матильда, неподвижно сидевшая на своём месте во втором ряду, терпеливо ждала.
— Ты! — крикнула Транчбул, ткнув пальцем размером со скалку в мальчика по имени Уилфред.
Он сидел справа в переднем ряду.
Уилфред встал.
— Отвечай таблицу умножения на три наоборот, — рявкнула Транчбул.
— Н-н-наоборот? — заикаясь, спросил Уилфред. — Но мы не учили её наоборот.
— Вот как! — торжествующе вскрикнула Транчбул. — Она вас ничему не научила. Мисс Хани, почему вы ничему их не научили за целую неделю?
— Это неправда, мисс Транчбул, — ответила мисс Хани. — Они все умеют умножать на три, но я не вижу никакого смысла в том, чтобы учить таблицу наоборот. Всё в жизни движется вперёд. Если я рискну попросить вас произнести по буквам слово «плохо» наоборот, то я очень сомневаюсь, что вы сумеете это сделать.
— Не дерзите мне, мисс Хани, — огрызнулась Транчбул и снова переключилась на бедного Уилфреда. — Итак, — сказала она, — реши-ка задачу. У меня есть семь яблок, семь апельсинов и семь бананов. Сколько всего у меня фруктов? Быстро! Отвечай!
— Это же задача на сложение! — воскликнул Уилфред. — Это не умножение на три.
— Кретин! — заорала Транчбул. — Гнойная болячка! Вшивая поганка! У тебя три разных вида фруктов по семь штук каждого. Трижды семь будет двадцать один. Неужели не ясно, ты, тупая вонючка! Ладно, дам тебе ещё один шанс. У меня есть восемь кокосовых орехов, восемь грецких и восемь ореховых болванов вроде тебя. Сколько всего орехов? Быстро отвечай!
Бедный Уилфред совсем растерялся.
— Стойте! — закричал он. — Подождите! Я успел сложить только кокосовые и грецкие орехи… — Он стал считать на пальцах.
— Ты, лопнувший волдырь! — взвилась Транчбул. — Мерзкая козявка! Это не сложение, это умножение. Ответ будет — трижды восемь. Или восемью три. А ну, быстро отвечай, какая разница между трижды восемь и восемью три, поганый червяк! Отвечай!
Но Уилфред от страха потерял дар речи.
Одним махом оказавшись у него за спиной, Транчбул сделала какую-то немыслимую подсечку то ли из дзюдо, то ли из карате, и несчастный Уилфред подскочил как на батуте. Не успел он сделать полный кувырок, как директриса схватила его за лодыжку, и он повис вверх ногами у неё в руке, как ощипанный цыплёнок в витрине магазина.
![Матильда i_093.png](https://litlife.club/books/144050/read/images/i_093.png)
— Трижды восемь, — кричала Транчбул, раскачивая Уилфреда из стороны в сторону, — это то же самое, что и восемью три, то есть двадцать четыре! Повтори!
В этот самый момент Найджел, сидевший в другом конце класса, вскочил на ноги и завопил, возбуждённо показывая на доску:
— Мел! Мел! Посмотрите на мел! Он сам пишет! Крик Найджела был таким пронзительным, что все, включая Транчбул, уставились на доску И действительно, новенький мелок застыл в воздухе около доски.
— Он что-то пишет! — кричал Найджел. — Мел что-то пишет!
И правда, на доске появилась надпись:
Агата
![Матильда i_094.png](https://litlife.club/books/144050/read/images/i_094.png)
— Что за чёрт! — выругалась Транчбул. — Она была потрясена тем, что чья-то невидимая рука написала её имя. От неожиданности она уронила Уилфреда на пол. — Кто это? Кто это пишет? — вопила Транчбул.
Мел продолжал писать:
Агата, это Магнус.
Это Магнус.
![Матильда i_095.png](https://litlife.club/books/144050/read/images/i_095.png)
Все в классе услышали, как из горла Транчбул вырвался хрип.
— Нет, нет! Этого не может быть! — вскричала она. — Это не может быть Магнус!
Это Магнус.
Тебе лучше
Поверить в это.
![Матильда i_096.png](https://litlife.club/books/144050/read/images/i_096.png)
Мисс Хани стояла в конце класса и не отрываясь, в упор, смотрела на Матильду. Та сидела за партой, держа спину очень прямо, высоко вскинув голову, губы крепко сжаты, а глаза светятся, как две звёздочки.
Тем временем мелок написал:
Агата, верни дом
моей Дженни.
![Матильда i_097.png](https://litlife.club/books/144050/read/images/i_097.png)
Теперь все почему-то смотрели на Транчбул. Лицо её побелело как снег, она с трудом дышала и хватала ртом воздух, как выброшенная из воды рыба.
Верни моей Дженни
её жалованье.
Верни ей дом
и убирайся отсюда.
Если ты этого не сделаешь,
я приду и расправлюсь с тобой.
Я расправлюсь с тобой так же,
как ты расправилась со мной.
Я слежу за тобой.
![Матильда i_098.png](https://litlife.club/books/144050/read/images/i_098.png)
Мел перестал писать. Провисев в воздухе несколько мгновений, он шлёпнулся на пол, расколовшись пополам.
Уилфред, успевший за это время занять своё место в переднем ряду, крикнул:
— Мисс Транчбул упала! Мисс Транчбул на полу!
Это была самая настоящая сенсация! Дети повскакивали со своих мест, чтобы лучше видеть. И правда, на полу лежала растянувшаяся в полный рост гигантская туша директрисы.
![Матильда i_099.png](https://litlife.club/books/144050/read/images/i_099.png)
Мисс Хани подбежала к Транчбул и опустилась на колени рядом с поверженным гигантом.
— Она в обмороке! — воскликнула мисс Хани. — Она потеряла сознание. Быстро позовите медсестру!
Трое ребят выбежали из класса.
Найджел, всегда готовый действовать, схватил кувшин с водой.
— Мой отец говорит, что холодная вода — лучшее средство при обмороках, — сказал он и вылил воду на голову Транчбул.
Никто не возражал, даже мисс Хани.
Матильда же неподвижно сидела за своей партой. Она ликовала. Она чувствовала, что прикоснулась к чему-то неземному, нереальному, что так же недосягаемо, как самая далёкая звезда.
Она испытала необыкновенное ощущение, будто в голову ей ударила тёплая волна, в глазах вспыхнуло и стало обжигающе-горячо, горячее, чем прежде, а затем мел поднялся и стал писать на доске. Казалось, чем больше усилий она прикладывает, тем легче у неё получается.
Медсестра ворвалась в класс в сопровождении пятерых учителей — трёх женщин и двоих мужчин.
— Господи, наконец-то её уложили! — воскликнул один из мужчин. — Мои поздравления, мисс Хани.
— Кто вылил на неё воду? — спросила медсестра.
— Я, — гордо ответил Найджел.
— Молодец! — похвалил его второй учитель. — Может, повторим?
— Хватит, — сказала медсестра. — Давайте просто отнесём её в комнату для больных.
Общими усилиями они подняли огромное тело директрисы и вынесли его из класса.
Мисс Хани обратилась к детям:
— Думаю, вам лучше пойти во двор и проветриться до следующего урока.
Затем она подошла к доске и стёрла всё, что написал мелок.
Дети гуськом стали выходить из класса. Матильда шла вместе со всеми, но, проходя мимо мисс Хани, остановилась, и её сияющие глаза встретились с глазами учительницы. Мисс Хани бросилась к девочке и, крепко прижав её к себе, обняла и поцеловала.
Новый дом
Несколько дней спустя по школе распространилась новость, что директриса, оправившись от обморока, ушла из школы бледная, поджав губы.