— Положи мою девочку обратно, — вместо ответа приказал Рид.
Чтобы понять, кто это, девушке не требовалось подсматривать (хотя очень хотелось). Она узнала его на слух. Не в теле Ринго, а в своем собственном образе загадочный демон обладал просто удивительным голосом. Бархатным, обволакивающим, чарующе-красивым, и оттого пробирающим до самых костей.
— Это моя девочка, — нагло заявил Райс.
— Нет, моя!
— А я говорррю, моя! — в голосе монстра послышались угрожающие нотки, отдавать свою добычу он явно не собирался. — Решим споррр по-мужски?
"Сейчас порвут, гады", — обеспокоено подумала Лилигрим и мысленно застонала. Так быстро расставаться с новым телом ей не хотелось.
Не порвали! Более того, к ней даже не прикоснулись после того, как осторожно положили обратно на жесткую постель, где она благополучно и пролежала все время не долгого, но жестокого поединка. Естественно, Лили подглядывала: ибо пропустить такое зрелище она была не в силах. "Оборотень" возвышался над противником почти на целую голову и раза в два был его шире. Видимо, решив, что это дает ему преимущество, он и начал драку. Один короткий прыжок, взмах когтистой лапы и… в сжатых пальцах чудовища неумолимо тают лишь рваные клочья черного тумана, похожие на обрывки плаща.
— Да кто ты такой?! — взвыл монстр, обходя противника по дуге.
— Хозяин Карнаэла, Райс, — с коварной улыбочкой на бледном лице ответил демон.
— Очередной?!
— Единственный.
— Риденхарррд?!
— А кто еще?
— Ну, мало ли…
— Риденхард Хладнокровный. К Вашим усл… — мужчина запнулся, изображая грациозный реверанс, в процессе которого на него снова напали. — Дурак, — констатировал демон, вынимая из груди соперника заметно удлинившиеся пальцы, успевшие на время стать металлическими шипами.
Лили полностью разделяла его мнение. Ведь этот тип только что проткнул огромное чудище рукой, будто вилами, а затем стряхнул кровь со своей трансформированной ладони и спокойно пронаблюдал, как она вновь становится похожей на человеческую. И зачем глупец Райс полез в драку? Все-таки он не оборотень, а новичок-хранитель, ночная сущность которого оставила при нем разум, но напрочь лишила инстинкта самосохранения? Или не новичок? Лилигрим никак не могла вспомнить, почему имя его ей кажется знакомым. Упоминал кто? Или просто сочетание букв распространенное?
Полежав пару минут на полу, монстр медленно поднялся и уставился на Рида бешено горящими разноцветными глазами. На вытянутой морде расцвела кровавая ухмылка: кривая и дикая, а еще чуть-чуть виноватая. От ранения его слегка пошатывало, но умирать смертью храбрых дураков этот "осенний зверь" явно не спешил.
— Прррости, друг, — сплюнув кровь, рыкнул Райс. — Я должен был убедиться, что это действительно ты, а не очередная личина Эры, — он приподнял лапы в жесте "сдаюсь" и начал отступать к двери. — Раз у Карнаэла уже есть достойный Хозяин, я, пожалуй, пойду…
— А как же девочка? — ехидно поинтересовался демон.
— А отдашь? — с грустной иронией спросил проигравший.
— Нет, конечно! — скрестив на груди руки, усмехнулся Рид.
— Вот и я о том. Пойду?
— Иди.
И он пошел. Лили даже обидно стало, что от нее (от них с Катей) так просто отказались. И только она мысленно окрестила этого Райса предателем, как тот рухнул на пол, словно подкошенный, так и не дойдя до порога. А вокруг руки демона, стоящего за его спиной, заплясало синее пламя. Точно такое же как то, что таяло возле огромной фигуры поверженного "зверя".
— Не стоит доверять незнакомцам, — философски заключил Риденхард, и, скользнув взглядом по "спящей" девушке, направился к выходу.
"Не заметил?" — с надеждой спросила саму себя Лилигрим, сквозь полуопущенные ресницы всматриваясь в спину мужчины.
— Не ссстоит, — прошипел внезапно оживший покойник, хватая противника за ногу и дергая его вниз. — У меня иммунитет к силе Лу, сссволочь, — шипел монстр, раздирая тело демона острыми, как бритва, когтями. — Трусссливая тварррь! — рычал он, вгрызаясь в шею отчаянно отбивающегося Рида. Вокруг них бесновался синий огонь, всполохи которого тонули в алом зареве. Во все стороны летели брызги крови, ошметки плоти, обрывки черного тумана и золотистые клочья звериной шерсти. Звуки, которыми сопровождалась эта бойня, больше не содержали слов. Рык, шипение, вой, крик, стон… хруст, но никак не слова.
Девушке казалось, что она перестала дышать, глаза закрылись сами собой, и в этот момент она впервые позавидовала спящей Кате. Хорошо еще, что кровать стояла достаточно далеко от дерущихся мужчин. Иначе б Лили не выдержала. Нет, ей не было страшно, ее мучила подступившая к горлу тошнота. Живое тело реагировало на эмоции омерзения и брезгливости, которые захватили ее целиком. Опасаясь, что такие яркие чувства, мало похожие на удовольствие от чудесного сна, будут кем-нибудь замечены, девушка усилием воли заставила себя думать о приятном: Земля, лето, звездная ночь, скрипка в руках и… краснокожий "черт" с охапкой белых роз на ее балконе. Ммм… сказка. И эту самую сказку Лилигрим твердо решила воскресить. А потому придала лицу расслабленное выражение, позволив губам чуть изогнуться в легкой улыбке. Пусть думают, что ей сниться что-то хорошее. Хотя парочке, занятой взаимным убиением друг друга, вряд ли было до нее дело.
— Что здесь… — знакомый голос, вторгшийся в какофонию противных звуков, заставил Лили напрячься, а лязганье металла о каменную поверхность, прервавшее фразу очередного гостя — передернуться.
— Ничего осссобенного, — равнодушным тоном ответил Рид, с гадким хлюпаньем вынимая свои окровавленные руки из тела Райса. — Выясняли отношения… по-мужски.
— Ты кто такой? — застывший в дверном проеме Арацельс бросил настороженный взгляд на лежащую на постели девушку, и снова уставился на поднимающегося на ноги демона. Рыжее пламя вокруг его фигуры вспыхнуло ярче, добавляя красок и без того хорошо освещенному помещению. Кулаки мужчины сжались, а по белой коже расползлись черные дорожки проступивших вен.
— Твой информатор, мальчик. Не признал?
Он стоял спиной к Лилигрим, и она не могла видеть его лица, зато каскад эмоций, отражавшийся на физиономии первого Хранителя, ей удалось рассмотреть во всех подробностях. В свете огненных факелов сцена, развернувшаяся у входа в комнату, казалась особенно зловещей. В темной луже крови, разлившейся по полу, лежало мертвое чудовище, на обезображенной морде которого тускло светился один неповрежденный глаз. Прозрачно-синий, словно сапфир. А по обе стороны от изуродованного мертвеца стояли двое мужчин. Облаченный в черные одежды Риденхард был стройнее и ниже ночной ипостаси стража, но опасностью и силой от него веяло ничуть не меньше.
— А это… — Арацельс запнулся, разглядывая не подающее признаков жизни тело.
Да и откуда там жизнь? Демон разорвал в клочья грудную клетку несчастного и, как показалось Лили, еще и кадык ему вырвал. Что там говорил глупец Райс? Иммунитет к магической силе? А про физическую он, судя по всему, забыл. Кретин разноглазый! Мало того, что сам нарвался на мучительную смерть, так еще и в ловушку Дома угодил. Теперь будет очередным привидением Карнаэла, как раз вакантное место освободилось. От этой мысли Лили снова улыбнулась. Чуть-чуть… едва приподняв уголки своих новых губ. Она больше не призрак, она человек! Главное, теперь не выдать себя, а тихо-мирно дождаться, когда эти двое уберутся из каэры вместе с трупом. Арацельс в комплекте с Ридом на роль ее спасителя, увы, не котировался.
— Шпион-неудачник, — терпеливо пояснил демон, продолжая стоять напротив заметно шокированного Хранителя.
— Райссс? — в голосе мужчины, опознавшего труп по каким-то неизвестным Лилигрим признакам, проскользнуло что-то странное. Смесь раздражения и… сочувствия? Девушка так и не успела толком разобрать эмоции старого друга, ибо тот снова заговорил: — Что тут происходит? Почему моя Арэ здесссь?