— После общения с Эрой все происходило как в тумане, — сказал зеленоглазый Хранитель, двое других согласно кивнули.
— Это были чары, очень мощные чары существа невероятной силы, — снова заговорил Арацельс. — Настолько древнего, что сложно осознать его возраст. Колдовство подействовало на всех мужчин, кроме меня и Иргиссса, — он пристально изучал профиль друга, но синеволосый даже головы не повернул, напрочь игнорируя упоминание о своей персоне. — Можно предположить, что я был под защитой дриады, или же влияние ритуала Единения сказалось. Хотелось бы еще узнать, откуда невосприимчивость седьмого Хранителя к магии Мастера Снов? А, Иргис? — алые глаза мужчины сузились, пряча за стеной ресниц золотой блеск. — Очередной загадочный иммунитет, как с кровью галур?
— А вдруг воздействие было выборочным? — предположил Смерть.
— А вдруг нет? — не сдавался мой муж.
— А вдруг Маю там убивают, пока вы здесь анализом ситуации занимаетесь?! — не сдержалась я и заерзала, намереваясь слезть-таки с рук супруга, чтобы проверить, насколько устойчиво мое тело.
— Она в порядке… пока что, — дрогнувшим голосом возразил Смерть. — В противном случае я бы тоже был мертв. Мы же связаны ее метками.
— В порядке, — подтвердил Арацельс, не очень-то спеша спускать меня на землю. — Я, как ее кровный брат, тоже почувствовал бы опасссность.
— Ключевое слово "пока", — наконец, соизволил вступить в разговор синеволосый. Он мрачно усмехнулся, не поднимая головы.
— Но зачем Мастеру моя галуррра?! — с бессильной яростью воскликнул крылатый.
— Твоя? — почему-то взвился Иргис и хмуро воззрился на друга. Голубые глаза его горели так же ярко, как во время левитации.
— А чья ж еще? Моя головная боль, — пожал плечами Смерть.
— …и моя сестра, — сказал Арацельс.
— …и моя защитница, — прошептала я.
— …и, как выяснилось, моя слабость, — устало вздохнул седьмой Хранитель, массируя круговыми движениями пальцев виски, затем поднялся на ноги. — В Карнаэл пойдете одни, я должен вернуть малышку. В конце концов, она тут совершенно не причем.
— А кто причем? — муж все-таки опустил меня на землю, хоть и продолжал придерживать сзади за плечи и талию. — О чем ты с ней говорил, Иргис? Куда она тебя звала? И что… обещала?
— Не трогать твою Арэ, — прямо взглянув на собеседника, ответил синеволосый.
— А мою, значит, можно трогать? — возмутился четери.
— Твою?! — снова повторил мужчина, и мне показалось, что его голубые глаза полыхнули ледяным бешенством.
М-да… подрастерял Хранитель свое фирменное спокойствие после того, как Мастер Маю у нас из-под носа свистнул. А ведь у него, похоже, какие-то планы на маленькую кровницу, и права Смерти на ее пушистые хвосты в них не входят.
— Прекратите! — я повысила голос, стараясь привлечь к себе внимание. — Все мы раздражены и расстроены. Не надо ссориться. Пожалуйста! Прошу вас. Нужно просто спокойно решить, что каждый из нас будет делать дальше, и…
— Нет, Катенок, — мою ладонь накрыла рука мужа, и я мысленно отметила, что она гораздо больше напоминает человеческую. Значит, и его застревание в образе монстра было проделкой фиолетовой стервы? Вот ведь… тварь лицемерная! — Сначала мы проясним один очень важный вопрос…
— Угу, который нам озвучит самый умный и всезнающий Арацельс, — съязвил Райс. — С тренировкой ты уже наворотил дел, теперь пытаешься строить из себя…
— Заткнисссь! — эйри отмахнулся от своего бывшего соотечественника, как от назойливой букашки и, повернувшись к синеволосому, спросил: — Огненный волк — это ты, Иргис?
Я чуть было не ляпнула, что этот тип больше смахивает на змея цвета индиго, нежели на мохнатого лесного зверя, но вовремя передумала, решив оставить пока подобные комментарии при себе. Вдруг благоверный прав? Вон какие "пируэты" выделывали Мастер с Иргисом, кружа по поляне, когда остальные мужчины, не считая моего, напоминали зомби. А его недоверие к ней? На чем-то же оно должно быть основано, кроме банальной осторожности. А… да что там! Все произошедшее навевает подозрения. Причем не только у Арацельса и меня. Остальные тоже притихли и внимательно так уставились на своего голубоглазого сослуживца. Тот скользнул по ним усталым взглядом и с легкой насмешкой на губах произнес:
— А сам-то что думаешь, первый?
— То есть ты не отрицаешшшь… — в голосе мужа послышались шипящие нотки.
Собеседник лишь пожал плечами, явно не желая прямо отвечать на вопрос. Гм… но и опровергать такого рода заявление он не спешил! А что из этого следует? У Иргиса три личины? Человеческая, демоническая и… волчья? Неплохо Эра себе стражей подбирала: полудемон, чистильщик… Интересно, остальные тоже ребята с сюрпризом или только эти двое такие оригинальные экземпляры? Помнится, что-то там говорил Арацельс про Хранителя, способного делать шоколад из подручных средств. Правда, не сказал, кто именно этот маг. У хозяйки Карнаэла губа не дура, собрала себе знатный "зверинец", гадина многоликая.
— Мне любопытно, почему ты так решил? — Иргис прямо смотрел на собеседника, в то время как остальные мужчины продолжали молча смотреть на него.
— Я наблюдал за вами.
— И?
— И задал тебе вопроссс… ты Волк?
— Да.
Ну, вот и подтверждение. Момент истины, дамы и господа! А… где же овации?
— Ты гад, — констатировал мой муж, покачав головой.
Вот уж не поспоришь… Точно гад: синенький такой и скользкий. В жизнь бы не догадалась, что он еще и волчара огненная по совместительству. А вообще любопытно, что за помешательство у высших сил на теме семейства псовых? Из портала волкообразные лиловые твари лезли, чистильщики миров — тоже с характерными внешними признаками данного вида… Дьявол! Даже Боргоф при своих осьминожьих щупальцах имел физиономию… да, да, именно что волчью. Скажите на милость, как это понимать? Демиурга слегка заклинило во время создания нашей связки или вся таосская братия не представляет своей жизни без комнатных/сторожевых/бойцовых/прочих "собачек"?
— Пусть так, — повел плечом Иргис.
— Ты хоть с нами или против нассс?
— Был бы против, не стоял бы сейчас тут.
— И как тебе верить после многолетней лжи?
— Я никому никогда не лгал, Арацельс! Я просто не отвечал на вопросы, которые мне никто не задавал.
— Что-то я запутался в этой истории, — перехватил разговорную эстафету Лемо, устраиваясь на корне дриддерева (как раз там, где ранее сидел его сослуживец), и уставился на друга снизу вверх. — Мало того, что про сверхъестественных чистильщиков мы только недавно узнали, так еще и… — он фыркнул, отвернулся, раздосадовано махнул рукой, а потом резко вскинул голову и с искренним любопытством поинтересовался: — Скажи, седьмой, какого это быть Огненным Волком?
— А какого это быть самим собой? — вопросом на вопрос ответил мужчина.
— Полагаю, приятно.
— Без "рабского ошейника" было бы еще приятней, — недобро улыбнулся Иргис, взглянув на собеседника.
— Ошейник? — зацепился за слово Смерть.
— Это образно. Я имел в виду свой рабочий контракт с Мастером Снов, — пояснил Иргис.
— То есссть это профессия у тебя такая — миры уничтожать, а в душе ты мягкий и пушистый плюшшшевый песик? — не удержался от сарказма мой муж.
— Что тебя так бесит, первый? — без особой враждебности, хоть и заметно натянуто спросил его синеволосый.
— То, что некоторые знакомые мне личносссти на поверку оказываются не теми, за кого сссебя выдают.
— Ну, просто твой случай! А, малыш? — кривая усмешка Райса была довольной и злорадной одновременно.
— Ты, кстати, в этом сссписке на первом месте, — холодно ответил на его реплику Арацельс и с раздражением добавил: — Надень уже повязку на свою наглую рожу, приятель. В противном ссслучае, я заставлю синий глаз закрыться другим ссспособом.
— Это каким же? — эйри продолжал нагло скалиться, мой супруг — закипать, Иргис — мрачнеть, Смерть, судя по ходящим на лице желвакам, злился, я же начала потихоньку впадать в панику (как их разнимать-то, если вдруг сцепятся?), и тут Лемо с любопытством ребенка, познающего мир, выдал: