ему рукой, удалилась в сторону своего автомобиля.
Оставшись один в своей машине, Юргенд впервые задумался над своим поведением в отношении девушек, делая критический анализ своим поступкам. Первый и последний поцелуй Региты, который он заработал своим
тактичным поведением, показал ему неразведанную, но желанную дорогу к сердцу женщины через
откровенность, доброту и самоотверженность. К своему разочарованию, он вынужден был признать, что у
избранника сердца Региты этих качеств по сравнению с ним было в явном преобладании.
Вытащив зеркало заднего вида из гнезда и взяв его в руки, Юргенд через него стал рассматривать на своем
лице место прикосновения губ Региты. Если бы его друзья сейчас увидели и узнали, чем он в данный момент
занимается, то их смеха хватило бы на несколько недель, но Юргенду было несмешно. Ему скорее всего
хотелось плакать от бессилия, что прозрение к нему пришло слишком поздно.
Пускай оно будет ему последним Регитиным подарком в долгой жизни, дорога которой открылась перед ним в
начале самостоятельного пути.
Глава 11
После венчания молодых в христианской церкви свадебное торжество было продолжено в ресторане
«Уставший ковбой», которому сваты из всех, имевшихся в Нью-Йорке ресторанов, сделали предпочтение.
На свадьбе Константина с Регитой, кроме родственников, среди приглашенных были супружеские пары
Ричарда Простона, Клода Уильямса, Брюса Харнера, Альфреда Скота, ну и, конечно, Локман Якоб Давидович с
Хаимом Якобовичем и их супруги.
Близкое знакомство Константина с этими людьми, тем более что ему предстояло развивать свой бизнес в
Нью-Йорке, было жизненной необходимостью.
Все вышеуказанные господа были крупными предпринимателями, владельцами фирм, недвижимости. Их
деньги были уже давно отмыты и не пахли, а поэтому друзья Гончарова-Шмакова были приняты родственниками
Эриксон в свой круг как равные.
Будущее молодоженов на много лет просматривалось безоблачным и радужным. Так оно сложилось и в
действительности. Крепкий материальный фундамент под новым семейным союзом, а также опытные руки
наставников сделали из Константина достойную замену постепенно уходящим из жизни его учителям.
Любовь и искренность обеспечили взаимопонимание Региты с Константином, дали реальные плоды в их
семейной жизни. В течение пяти лет у них родилось двое детей: белокурая, в мать, Жанна и темно-русый
карапуз, которого они назвали в честь деда Виктором. Пускай он побеждает в жизни всех своих противников.
Не исключено, что в будущем у них еще будет пополнение в семье, но так как я больше не намерен
сопровождать их личности своим вниманием, то пускай они идут по ступеням жизни без моего описания.
Глава 12
Брат Константина Антон, окончив среднюю школу, тоже поступил учиться в МВТУ им. Н.Э. Баумана. Внешне
Антон мало чем отличался от своего брата, разве что только возрастом. Нельзя сказать, что братья были похожи
друг на друга, как близнецы, но из десятка разных парней их возраста, среди которых будут они, легко можно
было узнать, что они вышли из одного «источника» жизни и являются родственниками.
Обучаясь в вузе, Антон был под постоянным вниманием своих родителей. Его проведывала то мать, то
навещал отец. Родители привозили ему разные деликатесы, подкармливая его «истощенный» организм. Против
такой поддержки он не возражал, так как она ему шла только на пользу. После таких посещений вторым меро-
приятием для «предков» было нанесение визита своим кумовьям Малащенко. В этом случае Антон был
обязательным членом данной делегации. Такие визиты могли со временем стать каторжной обязанностью, если
бы не одно НО.
У Малащенко, которые были ему крестными родителями, была очаровательная дочка, всего лишь на три года
моложе его и еще училась в выпускном классе средней школы. Наташа для несовершеннолетней выглядела
довольно-таки взрослой. Она была высокого роста, со стройными длинными ногами, плоским животом, маленькой
талией, приличным, несмотря на возраст, бюстом. Весь ее внешний вид говорил, что она созрела для любви. Она
была голубоглазая, с правильными европейскими чертами лица, со смуглой, как у отца, кожей. Вот далеко не
полный портрет нашей героини.
Если посещение им с родителями супругов Малащенко первоначально для Антона было как бы данью
вежливости и бесполезным времяпрепровождением, то в течение второго года его учебы в вузе их отношения с
Наташей переросли в любовь, которой родители молодых людей не мешали, а только приветствовали и тайно в
душе своей поощряли.
Однако Лесник, видя увлеченность Антона Наташей, строго его предупредил:
— Сынок, я вижу, что ты дружишь с Наташей, и поэтому не препятствую. Малащенко — твои крестные и мне
самые близкие друзья, поэтому если у тебя на Наташу нет серьезных планов на будущее, то оставь ее и не
вздумай обидеть.
— Да я ее и не обижаю, — смущенно заверил его Антон.
— Поэтому я с тобой именно сейчас веду разговор, чтобы поздно не было. Если по-глупому обидишь ее, то я
тебе, как барану, голову откручу, — без дипломатии строго, можно сказать, даже грубо, предупредил Лесник
сына.
В такой категорической форме Лесник со своими сыновьями говорил редко, и они знали, что если отец
проявляет к ним строгость и ставит условие, то его лучше не нарушать, так как будет строгое наказание
нарушившему его запрет.
Сейчас Антон на строгость своего отца не обижался и был даже доволен, что отец завел с ним разговор о
Наташе, так как в противном случае через несколько дней, недель ему самому пришлось бы заводить с
родителями беседу на эту тему.
— У нас с Наташей любовь, а поэтому о глупой моей выходке в отношении ее можешь не беспокоиться.
Заверение Антона оказалось пустым звуком. Через неделю после состоявшегося разговора с отцом он под
большим секретом сообщил Альбине, что Наташа от него забеременела и ждет ребенка.
Слушая признание сына, Альбина видела в его глазах растерянность и страх. К удивлению последнего, мать
новость восприняла очень спокойно.
— Я знала, что твоя дружба с Наташей именно на этом и кончится, — улыбнувшись, заметила она Антону. —
Эту проблему я сама не смогу решить, тебе придется поделиться своей новостью с отцом.
— Он меня не убьет? — испуганно спросил Антон мать.
— Думаю, что не должен, — несколько успокоила она сына перед предстоящей беседой с отцом.
Вызванный по телеграмме в Москву, Лесник, сидя за столом в квартире сына вместе с Альбиной, выслушал
исповедь Антона.
— Ну и что ты теперь намерен делать?
— Не знаю! — растерянно произнес Антон. — Вот сейчас советуюсь с вами.
— Правильно делаешь, что советуешься с родителями, — похвалил его Лесник, — но только плохо, что за
советом к родителям ты поздновато пришел. Прежде чем услышать мое решение по своей проблеме, я хотел бы
узнать от тебя лично твое отношение к Наташе.
— Мы любим друг друга, и я не хочу ее терять.
— Что ты этим хочешь сказать? — не выражая внешне своего удовлетворения ответом сына и
складывающейся беседой, вновь спросил Лесник, подводя сына к ответу на главный интересующий его вопрос.
— Мы хотим с Наташей пожениться, — наконец-то выпалил Антон свою главную новость.
— У нас с тобой получается, как у одного героя классического произведения: «Не хочу учиться, а хочу
жениться». Такой выход для тебя мне не нравится, так как он хреновиной попахивает.
— Я же не говорил, что, женившись на Наташе, брошу учебу, — заметил резонно Антон.
— Ты этого важного для меня момента стараешься не касаться, а он для меня, но в большей степени для
тебя, не праздный, а очень важный и серьезный.
— Папа, кровь из носа, но вуз я закончу. Учеба мне дается легко, да и учиться осталось не так уж много.