Суверов Е. В
ЗАПАД — ВОСТОК
Записки советского солдата
1987–1989 гг.
![Запад – Восток. Записки советского солдата 1987–1989 гг i_002.jpg](https://litlife.club/books/142357/read/images/i_002.jpg)
От автора
Осень 1987 года. Желтые листья не спеша падают на влажную землю. Дни становятся все короче и холоднее. А в ноябре в Барнауле уже вовсю властвует зимушка-зима, с морозами, сугробами, метелями. Сибирь, одно слово. Все мои одноклассники уже служат.
Круг знакомых значительно сократился: друзья уже «тащат» службу в разных уголках нашей необъятной родины — СССР (Союза Советских Социалистических республик).
С 1985 года во главе нашей страны стоял Михаил Сергеевич Горбачев. Он начал так называемую «перестройку». Пытаясь перестроить гигантскую государственную машину, не справился с управлением, бросил все на самотек, что привело к распаду СССР, — одна из причин, но далеко не единственная. Но все это будет потом, в 1987 году в такое мало кто верил. Горбачев М. С. начал претворять в действие «гласность», программу на свертывание цензуры. В прессе и на телевидении стала все чаще появляться разнообразная информация, зачастую расходившаяся с генеральной линией коммунистической партии. Горбачев решительно повел борьбу против «пьянства» и «алкоголизма». Резко сократилась продажа спиртных напитков. В целом эта мера имела положительные моменты — пить стали меньше, жить стали дольше. Хотя и здесь шло не без перегибов. В угоду новому вождю на юге нашей страны были вырублены виноградники. В некоторых вузах проводились рейды в общагах: если в комнате находили пустые бутылки из-под алкогольных напитков, студентов ждало суровое наказание — отчисление. По телевидению часто показывали комсомольские безалкогольные свадьбы. Как выяснилось позже, на свадьбах в самовар наливалась водка, и гости под видом чая наливали в свои чашки «огненную воду» и наслаждались «чаепитием».
После окончания школы № 102 в городе Барнауле Алтайского края в 1986 году я, не поступив в институт, работал фрезеровщиком на местном моторном заводе. Трудовую биографию начал в 16 лет. На нашем заводе изготавливались тракторные двигатели. С раннего утра на огромный завод, расположенный на окраине города, стекались массы людей. Работы было много, трудились в две смены, часто и по субботам. А иногда в случае аврала рабочие оставались в ночь (третья смена). Правда, меня не допускали до ночных работ — не положено по законодательству, ведь мне не было тогда восемнадцати лет.
На заводе, узнав, что меня призывают в армию, один из молодых рабочих, недавно отслуживший в армии, подошел ко мне, похлопал по плечу и сказал: «Кайфуй пока, скоро плакать будешь». Оптимистическое напутствие, ничего не скажешь.
Отношение к службе у меня было положительное. Все служат, и я должен служить. Кому-то надо. Конечно, были разговоры про дедовщину, неуставные взаимоотношения, но это воспринималось как должное и особо не пугало. Было множество знакомых и родственников, когда-то служивших или еще находящихся в армии. Все понемногу что-то вспоминали, делились наблюдениями. Хотя картина была недостаточно ясной. У всех всё было по-разному.
Моего одноклассника Андрея Киселева призвали сразу после окончания школы. У нас была достаточно активная переписка. Он попал служить в учебную часть связи, расположенную в городе Омске. Писал, что катастрофически не хватает времени, хочется послушать музыку и покушать чего-нибудь вкусненького. Запомнился его родной брат Олег, отслуживший в войсках ПВО (противоздушной обороны) где-то под Комсомольском-на-Амуре. После возвращения домой он почему-то стал беспричинно агрессивным.
Вот так, все мои одноклассники служили или начинали служить. Этой же осенью в Ташкент уехал Витёк Куйдин. Встретил я его перед отправкой в часть у нашего продуктового магазина, с несколькими колясками копченой колбасы и десятком пачек папирос «Прима» в руках.
— Витёк, где будешь служить? — спросил я.
— Стройбат, Ташкент. Там тепло, хорошо — солнце, фрукты! — весело сказал он мне.
Спустя два года при встрече на мой вопрос, как служба прошла, он ответил лаконично — отмотал два года общего режима, стройбат одним словом.
Чуть позже отправился в войска другой мой однокашник, Андрей Парфёнов. Стояли холодные ноябрьские дни, было много снега. Провожая его на железнодорожном вокзале, его брат Виктор подсчитал год «дембеля» — 1989-й. С ума можно сойти! Да, действительно, что будет через два года?
Призвался в армию я последним из класса, в конце ноября 1987 года. Все десять парней нашего класса уже служили в армии, и со многими я переписывался. Андрей Киселёв служил в войсках связи (г. Новосибирск), Александр Щукин — в космических войсках (Байконур, Казахстан), Андрей Парфёнов — в ракетных войсках стратегического назначения (Белоруссия), Бородин Сергей — в ракетных войсках стратегического назначения (г. Новосибирск), Виктор Куйдин — в строительном батальоне (г. Ташкент), Евгений Мезенцев — в космических войсках (Байконур, Казахстан), Андрей Задорожный — в морской пехоте (военная база во Вьетнаме), Николай Ягодкин — в войсках связи КГБ (Московская область), Сергей Устюгов — в строительном батальоне (г. Ташкент).
В это время в Афганистане шла война. В конце 1979 года советские войска вошли в эту страну, как тогда говорили, для оказания интернациональной помощи афганскому народу. На самом деле в мире шло серьезное противостояние двух сверхдержав — США и СССР. Афганистан находится в центре Азии. Страна горная, дикая. В Афгане существовало сильное влияние ислама, безграмотное население проживало в нищете. Типичное средневековье.
Все наши попытки построить социализм в Афганистане оказались тщетными, афганцы ну никак не хотели становиться другими людьми. Война шла практически против целого народа. Наша армия несла потери. Афганское правительство было марионеточным и фактически держалось на наших штыках. Масло в огонь подливали «заокеанские друзья». Американцы снабжали душманов — моджахедов или, по-нашему, бандитов новейшим вооружением, обмундированием.
Но наши воины, несмотря на сложившуюся ситуацию, показали себя с лучшей стороны. Терпеливо несли службу в тяжелых природных условиях, нанося противнику ощутимые потери. Наша армия воевала в Афганистане 10 лет и ушла непобежденной. Ни одного сражения мы не проиграли, потери среди личного состава были сравнительно невелики. В автомобильных автокатастрофах в России ежегодно погибает значительно больше, чем за десяток лет в Афгане. Но правду о той войне в Союзе не знали, все тщательно скрывалось от своего народа. Лишь иногда в населенные пункты приходили закрытые гробы (афганцы глумились над трупами наших солдат или ранения были ужасные) с останками погибшего воина.
Часть наших ребят не вернулись с той войны. Из жизни преждевременно ушли молодые люди, у них сейчас могли бы быть свои семьи, дети и внуки. О той войне почти не помнят, а некоторые и не знают.
Я же был молод и беспечен. Служба в армии казалась мне чем-то необходимым, бесспорным. О негативных последствиях службы практически не задумывался.
Что я знал о службе в армии? Моё мнение формировали рассказы отслуживших, фильмы, книги, передачи. Большое влияние оказали письма уже служивших товарищей. Понимал, что будет трудно, — нужно быть физически готовым к выполнению различных задач. После окончания девятого класса каждый день ходил заниматься на турнике. Было стыдно висеть на турнике, как мешок, а впереди — служба. В конце лета уже свободно подтягивался 12 раз. Как я был горд тем, что в начале учебного года достойно выполнил норматив по подтягиванию! Начал понемногу бегать, по утрам. Готовился к службе, хотя эта подготовка могла быть значительно лучше.
Несомненно, большое влияние в моем познании роли армии в государстве и обществе оказала любовь к истории. История нашей страны (как, впрочем, почти всех государств) неразрывно связано с войнами. Что думали воины перед сражением? Они шли и умирали молодыми, становились инвалидами ради своей Родины, семьи, религии. Куликово поле, Полтавская битва, Бородино, кровопролитные сражения Великой Отечественной войны — не перечесть больших и маленьких, победоносных и проигранных сражений. Сколько пролито крови. Ради чего? Ради жизни.