Гарретт был убит наповал. Эта девушка спрессовала полчаса оживленной беседы в несколько секунд.
— Джейн, это же не интервью, — протянул он, не сводя с нее глаз.
— Не поняла?
— Я хотел просто поговорить. О том о сем. Кстати, ты упомянула «настоящих» родителей. Тебя удочерили?
Джейн кивнула.
— Мои родители взяли меня, когда им было около сорока.
Ага, дело пошло.
— Так у тебя нет ни братьев, ни сестер?
Девушка покачала головой.
Единственный, несомненно любимый ребенок престарелых родителей. Кажется, теперь Гарретт начал понимать природу происхождения ее серьезности. Однако с таким же успехом она могла бы превратиться в избалованную девчонку.
— Ты часто думаешь о том, чтобы найти своих настоящих родителей?
— О, нет! — Девушка заметно расстроилась. По всей видимости, ей не хочется показаться неблагодарной по отношению к воспитавшим ее людям. — Они были еще подростками и вряд ли могли обо мне позаботиться. Думаю, сейчас у каждого из них своя жизнь. Конечно, мне бы хотелось на них посмотреть. Посидеть, поговорить, просто ради того, чтобы узнать, какими они были тогда. А сейчас… — Джейн повела плечом, — сейчас они просто чужие мне люди.
После того, как ему удалось хоть что-то о ней узнать, Гарретт не сомневался, что сумеет ее разговорить. Методично и осторожно пробирался он сквозь броню, которой девушка отгородилась от всех. Джейн постепенно расслабилась и начала открываться.
К концу ужина, за кофе, Гарретту удалось даже обнять ее за талию.
Ему нравилось ощущать ее близость. Плавные линии ее тела и нежная кожа, движения ее маленького, хорошо очерченного ротика приводили его в восторг.
Кроме того, ему было с ней интересно. Она умела слушать и, главное, не стеснялась высказывать свое мнение.
Кстати, когда он назвал ее привлекательной женщиной, она даже обиделась. Как выяснилось, внешность для нее — не главное. Так что его внешность они даже не обсуждали.
Разговоров о моде Гарретт избегал. Наверняка они закончатся обсуждением его семьи и работников агентства, а это сейчас неуместно.
Ресторан заметно опустел. И, отказавшись от очередной, третьей по счету чашечки кофе, Джейн взглянула на часы.
— О, да уже одиннадцать!
Ее удивленный возглас определенно порадовал Гарретта. Она забыла о времени, значит, ей тоже было хорошо.
— Ты права, нам пора идти, — неохотно согласился он. — Но обещай, что вскоре поужинаешь со мной снова.
Джейн кивнула. Тогда Гарретт встал, обошел стол и предложил ей руку.
Джейн замялась, потом убрала с колен салфетку, и его взору открылось обтянутое черными колготками бедро. Гарретт замер, а Джейн протянула ему руку. Стоило ей встать, как юбка вернулась на место. Но увиденное продолжало будоражить его воображение. В этом было что-то волнующее. Все равно что увидеть запретный плод, который, как известно, всегда сладок. Сам не понимая, почему, Гарретт был очарован. Вряд ли дело было только в ее бедрах. Может, особенно на него подействовало то, что все получилось случайно. Господи, сколько он перевидал ножек, но ног Джейн не видел никогда. Весь вечер они просидели, плотно прижавшись друг к другу, а он… Запоздалая реакция, вот как это называется.
Они вышли из ресторана и направились к стоянке. Гарретт любовался плавным покачиванием ее бедер. Туфли на высоких каблуках удивительно преображали ее поступь. На каждом шагу разрез на юбке открывался, и Гарретт упоенно затаивал дыхание.
Пышный блеск сороковых был слабостью Гарретта. И Джейн в своем костюме в стиле ретро и на высоких каблуках, сама того не подозревая, попала в самую точку.
Пропитанный ночной влагой воздух ударил в лицо. Гарретт умышленно держал паузу. Он просто молча следовал за ней.
— Вот мы и пришли, — сказала девушка, хотя это было очевидно. Вблизи ее серого седана не было других машин.
Гарретт по-прежнему хранил молчание. Девушка отключила систему сигнализации и открыла дверцу.
— Спасибо за вечер. Все было замечательно, — сказала она, поворачиваясь к нему лицом и как-то очень официально протягивая ему руку.
Гарретт взял ее руку, но вовсе не для того, чтобы пожать. Слегка приоткрыв губы, Джейн вопросительно посмотрела ему в лицо.
Мягко, но в то же время настойчиво Гарретт притянул Джейн к себе и положил ее руку на свое плечо. Затем, обхватив за талию, завладел ее губами.
Он думал, ее парализует от удивления и она вырвется из объятий. Однако, когда свободная рука Джейн обвилась вокруг его шеи, а ее губы и тело плотно прильнули к нему, удивление парализовало его самого. Но это длилось недолго. Он крепко прижал ее к себе. Разве он не мечтал об этом весь вечер?
Некоторое время он просто наслаждался ее близостью. Ее мягкое тело не имело ничего общего с костлявыми телами длинноногих моделей из агентства, и, надо сказать, это было ее большим плюсом. Кроме того, в девушке угадывалась страстная, щедрая и чувственная натура, хотя она и пыталась скрыть это.
Ее поцелуй оказался куда слаще, чем он представлял. У нее был маленький твердый ротик, гораздо меньше, чем у популярных сейчас губастых моделей. То, что надо. Гарретт провел языком по ее нижней губе.
Джейн не сопротивлялась, и Гарретт воспользовался этим. Ее губы еще хранили запах кофе и чего-то еще, наверное, так пахла сама Джейн.
Их поцелуй становился все крепче, а руки Джейн уже скользили по его плечам.
Так, держа друг друга в объятиях и целуясь под галогенными лампами стоянки, молодые люди простояли довольно долго. Пока наконец до размягченного страстью рассудка Гарретта не дошло, что Джейн не собирается останавливаться.
Значит, остановиться должен он. Хотя этого ему хотелось меньше всего на свете. Но именно по этой причине он должен взять себя в руки. Сейчас же. Или…
Гарретт резко оторвался от ее губ.
Джейн так и осталась стоять с закрытыми глазами. Ее губы были слегка приоткрыты, а лицо хранило какое-то мечтательное выражение. Несмотря на жгучее желание целовать ее губы снова и снова, Гарретт запечатлел легкий поцелуй на ее лбу.
Джейн очнулась и открыла глаза.
— О… — только и смогла произнести до ужаса смущенная девушка. Неуклюже убрав руки, она отступила и наткнулась на дверцу своего автомобиля. Неуверенно рассмеявшись, Джейн плюхнулась на сиденье, мелькнув напоследок ножками. Это было последнее, что удалось увидеть Гарретту до того, как они скрылись за захлопнувшейся дверцей автомобиля.
Это был лишь сон. Вот и все объяснение.
Она провела самый напряженный вечер в жизни. Бесконечное стремление удержать профессиональный имидж, постоянное сдерживание своих чувств. Только потому, что, по ее мнению, это был лишь официальный деловой ужин, не имевший ничего общего с романтическим свиданием. Ведь Гарретт даже не подозревает о ее фантазиях, это ее личное дело. А потом… они сидели так близко, весь вечер его ноги прижимались к ее коленкам. Он был так любезен, как мило, что он пригласил ее туда… Любая женщина ей позавидовала бы.
Подойдя к машине, она осознала, что пришло время расставаться. Ей безумно хотелось, чтобы он поцеловал ее на прощание. Нет, она не должна, и вряд ли он захочет… Девушка протянула ему руку…
Дальше все было как в тумане, до этого поцелуя в лоб. Как последняя дурочка, она обвила руками его шею и представила себе самый страстный поцелуй, преследовавший ее по ночам, она ощущала его ласковые губы, руки, которыми он нежно прижимал ее к своей груди…
Оставалось только надеяться на то, что он решит, будто она ухватилась за его плечи, чтобы не упасть.
На следующее утро она остановилась у агентства «Венус», чтобы забрать бухгалтерские книги. Поприветствовав Мики, Джейн проскользнула в кабинет и, захватив документы, быстро покинула здание. Не то чтобы она избегала встречи с Гарреттом, просто у него и так много дел, говорила она себе. Сегодня в агентстве кастинг, и модели уже толпились в холле. Лучше она поработает у себя, в спокойной обстановке.