Изменить стиль страницы

Большой дубовый стол, предмет антиквариата, который тетя отремонтировала много лет назад, просто блестел. Медные покрытия разделочных столов и отделка около мойки немного потускнели, но сияли безукоризненной чистотой. Стеклянные дверцы серванта если и не блестели, то по крайней мере были очищены от отпечатков пальцев. А вишневое дерево сохранило естественный красноватый оттенок.

Покрасив большую часть деревянных предметов в доме, Дора, слава Богу, не тронула кухню.

Оставалось надеяться, что и другие комнаты, которыми пользовалась Дора, — столовая, спальня и мастерская — сохранили первозданный вид. В мастерскую, любимое место тети, лучше заглянуть попозже, при дневном освещении.

Она начала выкладывать продукты. Пожалуй, три верхних этажа также подождут с осмотром. На чердаке всегда водились мыши; теперь они наверняка переселились и на нижние этажи. А в спальню тети Тея просто страшилась зайти.

К тому же предстояло еще позвонить отцу. Взяв пару яиц и зеленый перец для омлета, Тея поняла, что ей совсем не хочется посвящать отца во все подробности теперешнего состояния дома. Она отлично знала, как хорошо отец умеет разубеждать. Поэтому лучше сказать, что она еще не успела осмотреть дом.

Вздохнув, она взялась за телефон.

— Полковник Бёрч, — тут же отозвался Норман.

— Пап, это Тея. Я добралась.

— Ты должна была прибыть гораздо раньше. Там, наверное, уже девять.

Тея решила не признаваться, что не сразу бросилась к телефону.

— Надеюсь, я не разбудила тебя.

— Конечно, нет, Теодора, я же говорил, что дождусь твоего звонка. Челси недавно пошла спать, но просила разбудить ее, как только я поговорю с тобой. — Его голос звучал оживленно, но явно чувствовалось нетерпение. — Как дом? Надеюсь, никакого вандализма? Такое часто случается с пустующими домами.

— Нет, не волнуйся, здесь все в порядке, — успокоила его Тея. — Адвокат сказал, что нанял человека следить за домом.

— Теперь, когда ты увидела дом, сколько, тебе кажется, можно за него получить? — не сдержал своего нетерпения Норман.

Тея сжала зубы.

— Я не знаю. Говорю же, я только…

— Да, конечно, — перебил ее Норман. — Но ведь нетрудно заметить, в каком он состоянии.

— Чтобы подготовить его к продаже, нужно будет проделать огромную работу, — Тея попыталась уклониться от прямого ответа. — Сейчас уже почти стемнело, и я не смогла его тщательно осмотреть. Но уже ясно, что понадобится реконструкция.

— Жаль, — в голосе Нормана не прозвучало и капли жалости. — Тогда будет проще снести его и продать землю.

— Снести? — Тея была шокирована. — Снести дом тети Доры? Отец, я люблю этот…

— Теодора! — Норман быстро прервал ее протесты. — Постарайся не впадать в сентиментальность. Я так и знал, что не стоит отпускать тебя туда одну, зря ты меня разубедила. Только не говори, что ты опять подумываешь о своем отеле! — воскликнул он с отвращением. — Моя дочь — хозяйка гостиницы! Фу! Может, мне стоит вылететь и помочь тебе принять решение?

Отлично зная своего отца, Теодора нисколько не сомневалась, что он способен сесть на следующий же самолет.

— Нет, отец, спасибо. — Она не смогла удержаться от улыбки, представив, как Дэймон в доспехах из черной кожи, сойдя с мотоцикла, приветствует ее отца, упакованного в официальный костюм, белую рубашку и галстук. — Просто я действительно не могу дать оценку дому за несколько минут. И не забывай, это все-таки памятник архитектуры. Возможно, удастся ограничиться минимальными вложениями. Рынок недвижимости здесь, по-моему, переполнен.

Теодоре было неприятно говорить о доме Доры как о дополнении к банковскому счету. Но ни в коем случае нельзя допустить, чтобы сюда вылетел отец. Она не сможет так смело отстаивать свое мнение в его присутствии, особенно если он захватит с собой Челси.

— Отлично, — неохотно согласился Норман. — И помни, ключевое слово здесь — минимальные вложения — вложения денег, времени и твоих усилий. Не принимай все это слишком близко к сердцу, Теодора. Поменьше чувствительности.

— Ты прав, отец. — Тея готова была согласиться с чем угодно, лишь бы прекратить этот разговор.

Она не врала отцу с трех лет. И теперь делала нечеловеческие усилия, чтобы не прибегать ко лжи. Если ей удастся начать реставрацию до того, как он узнает о ее планах и примчится, чтобы отговорить ее, то у нее появятся несколько очков форы. И тогда будет гораздо легче спорить с ним при личной встрече.

— Оглашение завещания назначено на завтра?

— Да, папа.

— Позвони мне после этого — интересно, что мы имеем.

Мы? Теодоре хотелось заплакать. Разве ты получил письмо от адвоката Доры?

— Да, отец.

— Я скажу Джей Пи, что ты шлешь ему привет, — тоном, не терпящим возражений, добавил Норман и повесил трубку, как обычно, не попрощавшись.

Привет! Вот еще! Единственное, что я хотела бы послать этому куску вяленого мяса, так это кирпич, — думала Тея, заканчивая приготовление омлета.

Из всех претендентов на ее руку Джей Пи Кроуфорд был наихудшим, но отец к нему благоволил. А может, он благоволил к его фамильной брокерской фирме? Впрочем, какая разница: фирма и Джей Пи были неразделимы. Джей Пи все разговоры сводил к своей персоне и своим деньгам.

Но самым ужасным было то, что от малейшего его касания все ее тело покрывалось мурашками, словно к ней прикоснулся спрут. Ничего этого Джей Пи не замечал. Даже этот ужасный Дэймон Фри не мог сравниться с ним по… Тея никак не могла придумать подходящее слово, чтобы описать свое отвращение.

Хотя, надо признать, Джей Пи оказал ей немалую услугу.

Разве хватило бы у нее духу бросить вызов отцу, оставить работу и кинуться в погоню за призрачной мечтой, если бы над душой у нее не висел Джей Пи Кроуфорд? Независимость стала для нее во сто крат привлекательней, когда она осознала, что отец серьезно намеревается выдать ее за этого самодовольного идиота.

После ужина Тея включила люстры, которые должны были освещать широкую элегантную лестницу на второй этаж. Но большинство лампочек перегорели, поэтому верхние ступеньки так и остались погруженными во тьму.

Заглянув в тетину гостиную, она сочла ее вполне обитаемой, а мысль заночевать на старом кожаном диване совсем не показалась абсурдной. Немного поколебавшись, решила перегореть еще одна лампочка, поэтому Тея окончательно раздумала подниматься наверх, а зубы почистила над раковиной в кухне. К тому времени, когда ей понадобилась косметичка с туалетными принадлежностями, она настолько хотела спать, что ее не пугали даже бугры на старом диване.

Через несколько минут она и вправду уже спала. Но спустя еще несколько минут проснулась. Старый дом издавал столько непривычных звуков, что Тея то и дело пробуждалась, вслушиваясь в различные скрипы и трески, которые почему-то напоминали ей звук, издаваемый мотоциклом Дэймона. В полночь мелодия старых дедушкиных часов, которые тетя починила и вмонтировала в углу холла, окончательно разбудила ее.

В отчаянии Тея зажгла электричество и достала из сумки бухгалтерскую книгу. Ее веки тяжело опустились, только когда розовый свет начал показываться из-за гор на востоке.

Тея проснулась от громкого стука — кто-то дубасил в дверь. Она резко вскочила с дивана и в растерянности огляделась вокруг. Сквозь окна лился теплый солнечный свет.

Схватив халат и на пути к двери закутываясь в него, она осторожно спросила:

— Кто там?

— Черт возьми, а ты как думаешь? — Дэймона было отлично слышно даже сквозь толстую деревянную дверь. — Никто же не знает, что ты здесь. Кроме Силаса Торнтона, который и послал меня разведать, что с тобой случилось. — Он с силой задергал дверную ручку. — Ты собираешься открывать эту проклятую дверь? За семьдесят лет Дора ее не заперла ни разу.

Тея потуже затянула пояс халата и впустила его.

— Извини, проспала. Не могла заснуть до рассвета.

Многозначительно улыбнувшись, он поинтересовался: