Он быстро-быстро заморгал.
— Но у меня один вопрос!
Я уже говорил вам, что это был самый несносный юнец на свете? Он никогда не уступал. Я тяжело вздохнул и открыл было клюв, чтобы что-то сказать, но он не дал мне такой возможности.
— Я, конечно, согласился выковать боевые когти, но я понятия не имею, как ими пользоваться. Я никогда в жизни ни с кем не дрался.
— Научишься, если придется.
— Вот как? Но из-за тяжелых когтей я буду лететь, как неуклюжая утка! Одному Глауксу известно, как я буду разворачиваться, или круто снижаться, чтобы поохотиться!
— Можно подумать, тебе придется тащить эти когти на своем хвосте или на крыльях! Хватит дурака валять, Тео. Ты просто наденешь железные когти поверх своих собственных, вот и все. Кстати, с ними и дичь убить проще.
— Ты забываешь о проблеме равновесия. Проблема равновесия, вы слыхали? Порой Тео просто выводил меня из себя.
— Проблема не в равновесии, а в твоем упрямстве и отвратительной манере вечно спорить. Вот что мы с тобой сделаем, — медленно и серьезно сказал я. — Я дам тебе несколько уроков, чтобы ты смог…
— Чтобы я смог что? Убить кого-нибудь? Убить тебя?
Каюсь, тут терпение мое кончилось. Я все-таки сорвался.
— Может быть, ты все-таки захлопнешь свой огромный болтливый клюв и выслушаешь старшего? Я очень жалею, что согласился взять тебя в ученики. Надо было вышвырнуть тебя еще пару дней назад! — Вот теперь я по-настоящему взбесился.
— Извини, — быстро сказал Тео. — Продолжай, пожалуйста.
— Могу продолжать? Спасибо тебе за милостивое разрешение! Как это славно с твоей стороны! Так вот, до того, как ты грубо перебил меня, я хотел сказать, что научу тебя летать с боевыми когтями.
— Хорошо.
— Я сохранил кишки и сухожилия зайца, которого мы с тобой съели пару ночей тому назад. Используем их вместо веревок, чтобы носить когти.
— Хорошо. Отличная мысль, — покладисто ответил Тео. Я только глазами захлопал. Не так-то часто этот наглый юнец баловал меня своей похвалой!
— Ну вот, — сказал я через несколько минут, крепко затянув последний узел. — Готов?
— Кажется, да, — тихо ответил Тео.
— Тогда вперед! Все будет хорошо, вот увидишь.
— Хорошо? Вот уж не думаю, — пробурчал упрямец.
— Считай, что я этого не слышал, — ответил я. — Попробуй подняться в небо с камня на вершине нашей кузницы. Теплый воздух послужит тебе хорошим подспорьем.
Минуту спустя Тео был уже в воздухе.
— Отлично! — крикнул я ему.
— Я все понял! Нужно постоянно искать теплые течения. Эти когти ужасно тяжелые, так и тянут вниз. Убереги Глаукс попасть в поток холодного воздуха! Перепад давления может пагубно повлиять на баланс моих крыльев.
Я отметил про себя, что тяжесть когтей не оказала пагубного влияния на болтливость его клюва. Он без умолку трещал, кружась в потоке теплого воздуха, поднимавшегося из кузницы. Клянусь рулевыми перьями, я в жизни своей не встречал другого такого болтуна! Я подумал даже, что, наверное, мне не стоит особо тревожиться за его безопасность. Не позавидуешь тому хагсмару, который рискнет повстречаться на пути Тео! Мой ученик заговорит его до смерти, и поминай, как звали.
Я должен был вытолкнуть Тео из теплого потока, поэтому быстро поднялся вверх и подлетел к нему.
— Внимание, дружок, сейчас мы вытолкнем тебя из этого теплого воздушного гнездышка.
— Ох, Гранк, даже не знаю… Эти когти все-таки очень тяжелые.
— Послушай, все будет хорошо. Я просто тихонько подтолкну тебя.
— Л-ладно, — ответил он с легкой дрожью в голосе. — Ой-ой! — завопил он, заваливаясь на бок.
— Держись ровнее! Еще ровнее! — Я слегка поддержал его крылом, а потом с силой заработал обоими крыльями, взбивая мягкие воздушные подушки, чтобы поддержать Тео. — Все хорошо, ты молодец.
На самом деле, все было даже лучше, чем я думал. Тео летал просто превосходно, он словно родился в воздухе. Я понял это вскоре после того, как взял его в ученики, и с тех пор он не переставал поражать меня своими способностями. Минуту спустя он уже полностью овладел собой и уверенно держал равновесие.
— Попробую порулить, — крикнул он. «Вот так-то лучше! — подумал я про себя. — В нем просыпается азарт».
В следующий миг Тео ловко развернулся и описал в воздухе идеальную петлю.
Когда урок закончился, и мы спустились на землю, я сразу понял, что Тео полностью доволен своими успехами.
— Думаю, тебе больше никакие уроки не потребуются. Ты прирожденный…
— Прирожденный кто? — немедленно перебил меня Тео. — Прирожденный убийца?
— Глаукс! Ты дашь мне слово сказать или нет? Прирожденный летун!
— Строго говоря, мы все прирожденные летуны. Мы же птицы, а не рыбы какие-нибудь.
Я тихонько засмеялся.
— Нет, на этот раз тебе не удастся втянуть меня в спор! Возьми с собой мой мешок для угля. Надеюсь, ты доверху набьешь его нужной породой. Глауксом тебя заклинаю, будь осторожен и поскорее возвращайся назад. Да хранит тебя Глаукс, малыш.
— Спасибо, Гранк. Спасибо тебе за все, — он помолчал, а потом вдруг спросил: — Знаешь, кто ты такой?
— Откуда ж мне знать?
— Ты прирожденный учитель.
Я даже прослезился от неожиданности.
Я смотрел вслед улетающему Тео, пока он не растаял в густом тумане, окружавшем наш маленький остров.
Туман и раньше порой нагонял на меня страх, но в ту ночь мне было особенно не по себе. Кто знает, какие опасности притаились за этим колышущимся пуховым маревом, внезапно окутавшим весь мир своей густой непроницаемой белизной?
![Первый угленос i_043.jpg](https://litlife.club/books/141235/read/images/i_043.jpg)
Сив учится летать
![Первый угленос i_044.jpg](https://litlife.club/books/141235/read/images/i_044.jpg)
— Ровнее, ровнее… а теперь попробуем разворот с креном… заходи на вираж! Жестче держи хвостовые перья!
Кстати, о прирожденных учителях. Признаюсь честно, мне было далеко до Свен-ки. Милые мои читатели, вы можете представить себе такое чудо? Полярная медведица учила летать сову с изуродованным крылом! Видели бы вы это крыло, дорогие мои! Скажу откровенно, от него мало что осталось.
Самое забавное, что как раз в то время, когда я обучал Тео летать с боевыми когтями, медведица Свенка пыталась преподать Сив урок летного мастерства. Вы спрашиваете, как я узнал об этом? О, это целая история, причем по-своему интересная. Сейчас расскажу.
После того, как Тео улетел, я впервые за долгое время остался совсем один. Не успел мой ученик скрыться в тумане, как я почувствовал жуткую пустоту. Никогда прежде я не испытывал ничего подобного. Это было не простое одиночество. Я всем телом чувствовал его тяжесть, и бремя это едва не раздавило меня.
В конце концов, я решил развести костер и почитать пламя.
Я уже давным-давно не заглядывал в огонь в поисках образов, и не испытывал никакого желания этого делать. В последнее время пламя служило мне только для экспериментов с металлами. Тео учился так быстро и делал такие потрясающие открытия в металлургии, что я и думать забыл о своих способностях огнечея. Впрочем, дело было не только в успехах Тео.
Честно признаюсь — меня останавливал страх. Я боялся узнать, что моя Сив погибла. Я не хотел ничего знать о ее смерти, потому что не знал, как буду жить после этого.
Но через несколько часов после отлета Тео одиночество едва не свело меня с ума, и я все-таки развел костер. Когда огонь разгорелся, я заглянул в светло-желтую верхушку пламени и увидел какое-то огромное белое пятно. Я всмотрелся внимательней. Жар опалил мое лицо. Во время кузнечной работы я никогда так низко не наклонялся над горном, но чтение огня дело другое. Постепенно образы в огне обрели отчетливость, и рассказали мне свою историю.
Я увидел полярную медведицу, которая плыла на спине вдоль айсберга. Медведица смотрела куда-то в небо и время от времени что-то кричала смутному пятнышку, парившему над ее головой. Это была птица! Внезапно птица спиралью спустилась к самой воде, и я невольно ахнул. Птица оказалась совой со страшно изуродованным крылом, и я не сразу понял, каким чудом она держится в воздухе.