2
![Город гнева i_007.jpg](https://litlife.club/books/139750/read/images/i_007.jpg)
![Город гнева i_008.jpg](https://litlife.club/books/139750/read/images/i_008.jpg)
3
![Город гнева i_009.jpg](https://litlife.club/books/139750/read/images/i_009.jpg)
![Город гнева i_010.jpg](https://litlife.club/books/139750/read/images/i_010.jpg)
Слушай, боец! Говорит страна!
Фашиста держи на мушке
И слушай.
Пусть западет в солдатскую душу
Все, что скажет тебе она.
Пусты бывали у нас закрома,
Давила нас белая кость — господа,
Мы им воздвигали дворцы, терема,
Свои соломой крыли дома,
Собак не кормили,
Но и тогда
Деревни свои, леса, берега,
Любой уголок родимой земли,
Душистого сена степные стога
И даже архангельские снега
От чужеземца-врага берегли.
А нынче, поправ былое житье,
Мы сами решали судьбу свою,
Везде находили родную семью.
Земля, ее слава,
Богатства ее —
Все стало втрикрат родное,
Свое,
И есть нам за что умирать в бою.
Мы не мешали жить никому,
Мы сами только учились жить,
Себя уважать,
За друга тужить,
В своей Отчизне, в своем дому
Учились большому делу служить.
И как бы мы научились жить,
Ковать во всю мощь,
Дышать во всю грудь!..
Людей отучили мы спины гнуть,
Мы сделали все, чтоб рабами не быть,—
Нас Ленин наставил на этот путь.
И нас никому с него не свернуть.
Волжанин! До Волги пробился враг.
Твой хлеб не сжат, твой город
сожжен.
Бей фашиста, чтоб света не взвидел он.
Руби его шашкой, донской казак.
На Волге-реке отомсти за Дон.
Пусть смоет она фашистов волной,
Пусть, гневная, выйдет из берегов,
Пусть смертью покроет наших
врагов,
Чтоб больше они не ходили с войной.
Пусть станет Волга гранитной
стеной,
Прославив Россию на веки веков.
4
![Город гнева i_011.jpg](https://litlife.club/books/139750/read/images/i_011.jpg)
![Город гнева i_012.jpg](https://litlife.club/books/139750/read/images/i_012.jpg)
Еще чадил разбитый город,
Багровым пологом накрыт,
А люди средь гранитных плит,
Среди деревьев и заборов
Уже устраивали быт.
Из щелей выползали дети,
В садах белели тут и там
Пеленки мокрые, как сети,
Раскинутые по кустам.
На табуретке у калитки
Осиротевший старичок
Свои немудрые пожитки
В железный прятал сундучок.
Спеша закончить до бомбежки,
Вся до бровей в муке, бела,
У обгоревшего ствола
Месила женщина лепешки
И тут же на костра пекла.
5
![Город гнева i_013.jpg](https://litlife.club/books/139750/read/images/i_013.jpg)
![Город гнева i_014.jpg](https://litlife.club/books/139750/read/images/i_014.jpg)
Русские люди в военные дни
Богатырям былинным сродни,
В крепости бесподобны.
Вновь показали миру они —
На что способны.
Вечером двадцать четвертого,
Утром
И в середине дня,
Жаром тревоги распертого,
В вихрях зелени и огня,
Борясь с тоской и обидой,
Впадая порой в забытье,
В отчаянной коловерти
Я видел само бессмертье,
Я русскую девушку видел,
Я счастлив, что видел ее.
В городе мирная жизнь умерла
С этого — в рамке кровавой — числа.
Кой-где еще на бульварах,
На улицах узких и длинных
И там, где одни руины,
Валялись узлы, самовары,
Простыни и перины.
Из пламени возрождаясь,
Вставал военный город
И жить начинал, сражаясь,
В гуле воздушных моторов,
Бессонный,
Неугомонный,
Подтянутый, деловитый
А в садике изрытом
Возник КП обороны,
В бетон глубоко укрытый:
Порох в гильзе патронной.
Группами и в одиночку,
Днем, когда тихо,
И ночью
В этот зеленый сад
К партийному обкому
С тракторного,
С «Баррикад»
Работницы шли и рабочие,
Сражавшиеся за Царицын.
Опять вставали стеной,