С этими словами охотник нагнулся над кошёлкой и стал её развязывать. Оттуда сразу послышалось царапанье, возня, и не успел охотник приоткрыть крышку, как из-под неё мигом высунулись две серые мордашки и их розовые язычки энергично заходили по руке человека.
— Ну вот, сами смотрите, разве можно таких убить? — улыбнулся охотник, наблюдая за тем, как волчата неуклюже вываливались из кошёлки на пол.
И нужно сказать, что малыши сразу покорили сердца тех, кто находился в кабинете.
Лобастые, пушистые, они мигом бросились ко всем ласкаться: виляли хвостиками, лизали руки, а когда Пётр Александрович посадил волчат к себе на колени, они тут же полезли к нему «целоваться». Облизали ему лицо, нос, шею и уже совсем непочтительно принялись теребить бороду.
— Ну, ну, ну, — засмеялся Пётр Александрович. — Подлиз не люблю!
Но уже по тому, как он смеялся, как их гладил, мы поняли, что судьба волчат решена в их пользу.
Поместили волчат в небольшую клетку, которая стояла на служебном дворе Зоопарка. Клетка была тесновата, но малыши от этого совсем не страдали. Ещё издали увидев проходившего человека, они бросались к дверце, прижимали ушки и так умильно заглядывали, что как-то невольно хотелось доставить им радость и выпустить погулять.
Выпущенные на прогулку малыши бегали и резвились совсем как щенята.
Не всякий мог признать в них волчат — так они были ласковы. Бывало, присядешь на корточки и только позовёшь их: «Тютьки! Тютьки!» — как они тут же кончали свои забавы, бросались к тебе и старались лизнуть в лицо.
К осени волчата подросли и вытянулись. Зимой покрылись красивой пушистой шерстью и стали похожи на настоящих волков. Их уже никто не звал «тютьками». Волку дали кличку «Каскыр», а волчице — «Каскырка». В переводе с казахского на русский язык это означало волк и волчица.
Но самой красоты волки достигли лишь на третью зиму. Они стали уже настоящими зверями, в своей полной красе и силе. Особенно красив был волк — широколобый, с могучей грудью; ему, казалось, ничего не стоило сбить с ног взрослого человека. Впрочем, сколько раз он это делал играя.
Однако, несмотря на рост и силу, Каскыр и Каскырка были по-прежнему ручными и ласковыми. Правда, они не относились ко всем людям одинаково. Одних, кого знали лучше, встречали с бурной радостью, других более сдержанно, на третьих вообще не обращали внимания. Вместе с тем волков без всякой опаски можно было по-прежнему выпустить погулять во двор или водить на ремне по многолюдной улице и быть уверенным, что они никого не тронут.
Но больше всех любили волки Петра Александровича и своего служителя Лёню. Ещё бы: ведь Лёня кормил и ухаживал за волками, а Пётр Александрович частенько навещал своих любимцев, чтобы выпустить их погулять или просто приласкать.
Волки были такие послушные и так хорошо себя вели, что их даже стали брать на выездные лекции. Такие лекции Зоопарк проводил в школах, клубах, на заводах… Лёня показывал ручных животных, а лектор рассказывал о их жизни.
Сначала Лёня боялся, что с волками будет трудно справиться, но оказалось не так. Особенно хорошо держался на сцене Каскыр. У него даже были свои любимые лекторы, с которыми он не забывал при встрече «поздороваться».
Выводил Каскыра обычно Лёня. Подводил его к столу, который стоял посередине сцены, и зверь легко на него вспрыгивал.
Стоял он на столе спокойно, будто красуясь перед публикой.
Когда же лектор говорил о том вреде, который приносит серый хищник, и о том, сколько он уничтожает домашних животных, волк будто специально открывал пасть и показывал свои огромные острые клыки.
И нужно сказать, что такое поведение Каскыра всегда производило впечатление. «Ну и зверюга!», «Да, такому попадёшься на зубок — не вырвешься!» — слышались из зрительного зала возгласы.
Но вот о волке всё оказано. Лёня тихонько тянет своего любимца, и он послушно спрыгивает со стола. И вдруг все видят, что, вместо того чтобы спокойно уйти со сцены, волк, прижав уши, тянет за собой Лёню к лектору.
Вот он уже совсем близко, а лектор, не замечая опасности, продолжает беседу. Напрасно Лёня пытается оттянуть зверя — еще рывок, волк прыгает на грудь человека и… лижет ему лицо.
![Питомцы зоопарка i_031.jpg](https://litlife.club/books/139031/read/images/i_031.jpg)
Волка уводят, а публика ещё долго аплодирует ему вслед.
Возили Каскыра на грузовой машине. Он сам прыгал на машину и сам заходил в клетку, которая там стояла.
Когда после лекции Каскыра привозили в Зоопарк и вели на место, там его с бурной радостью встречала волчица. Волки были очень дружны между собою и если их разлучали, то очень скучали друг без друга.
Как-то раз Каскыра взяли на киносъёмку. Приехав на место, Каскыр в первый день вёл себя прекрасно. Когда его выпустили на небольшой огороженный участок леса, где должна была проводиться съёмка, он спокойно обошёл весь участок, обнюхал всё, что его интересовало. Познакомился и с людьми. Приветливо прижав уши, повилял хвостом оператору, дал себя погладить режиссёру. Одним словом, от волка все были в восторге и только жалели, что нельзя сразу приступить к съёмке, так как испортилась погода.
— Ну ничего, сегодня наш «артист» пусть отдохнёт, а завтра погода исправится, и мы его снимем, — сказал режиссёр.
И действительно, погода на следующий день исправилась, но настроение у волка испортилось. Он беспокойно метался по клетке, не стал есть мясо, которое ему дал Лёня, и всё к чему-то прислушивался.
Когда Лёня взял волка на привязь, чтобы отвести на съёмочную площадку, Каскыр заупрямился и никак не хотел туда идти. Он упирался всеми четырьмя лапами и всё тащил Лёню к своему ящику, в котором приехал сюда. Он делал это так выразительно, что Лёня не мог не понять зверя.
— Домой хочет. Соскучился, — перевёл Лёня режиссёру поведение своего питомца.
— Ерунда, — не поверил режиссёр. — Вот отснимем быстренько, и поедете.
Однако «быстренько отснять» не пришлось. Выпущенный на площадку Каскыр даже не отошёл от решётки. Сначала он старался её подрыть, потом схватил зубами и стал рвать. Зверь так нервничал, что о съёмке не могло быть и речи. Пришлось везти Каскыра в Зоопарк, не снявши ни одного кадра.
Зато сколько радости было при встрече Каскыра с волчицей! Оказывается, всё это время она тоже скучала без волка и отказывалась от пищи. Теперь же, очутившись наконец вместе, они с аппетитом поели свои порции мяса.
Вообще это была на редкость дружная пара. Когда им давали мясо, каждый брал свой кусок и не пытался отнять у другого. Если же волки ссорились, то Каскыр всегда уступал волчице, а если она всё же на него бросалась, то подставлял лишь плечо, хотя расправиться с волчицей ему не составило бы особого труда.
Часто, наблюдая за волками, думалось, как будут вести себя эти звери на свободе, уйдут они или нет.
Об этом мы даже часто спорили. Одни говорили — придут, другие — что не вернутся. Ведь не зря говорится в старой русской пословице: «Как ни корми волка, а он всё в лес глядит». Наши сомнения и споры разрешили сами волки.
Однажды в Зоопарк позвонили из пионерского лагеря и попросили привезти им на открытие лагеря медвежонка.
Лагерь был от Москвы совсем близко, и поехать туда было не трудно. Но случилось так, что в этот день все ручные звери уехали на лекцию и должны были вернуться поздно. Уехал с ними и медвежонок. Тогда мы решили заменить медвежонка Каскыром. Зверь он спокойный, ручной, да и ребятам будет интересно посмотреть волка.
Послали с волком меня и Лёню. Лёня должен был показывать Каскыра ребятам, а я — рассказать о жизни волка на воле.
Привезли Каскыра в легковой машине. Лёня сел впереди с шофёром, а я с Каскыром устроилась на заднем сиденье.
Пока мы ехали городом, Каскыр сидел около меня и спокойно смотрел в окно. Но вот Москва осталась позади. Потянулись поля, леса, перелески… Волк начал волноваться. Теперь он отодвинулся от меня, прижался головой к стеклу и всё искал носом щель.