Магическая мозаика
Занятия в этот день не проводились, и Фемистокл был почти уверен, что и на следующий день их не будет. Было далеко за полночь. Он так устал, что борьба со сном стоила ему огромных усилий: он потратил на это уже пять или шесть заклинаний. Одно из них дало сбой, и Фемистоклу потребовался целый час на то, чтобы избавиться от стада блеющих овечек, внезапно появившихся в его кабинете. Остальные заклинания сработали и поддерживали его в бодром состоянии, хотя постепенно их действие стало ослабевать, и — как это всегда бывает после занятий магией — он почувствовал себя ещё более уставшим. Завтра утром ему понадобятся все его силы, чтобы пробудиться. Не говоря о том, чтобы приступить к обязанностям преподавателя (притом единственного) в волшебной школе.
Но зато он был очень доволен тем, что сделал за эти сутки.
Целый день и большую часть ночи Фемистокл посвятил тому, чтобы сложить вместе, по меньшей мере, десять тысяч кусочков, на которые разлетелся Магический Шар после падения на каменный пол.
Для этого ему понадобилась уйма волшебной силы (и ещё больше клея), но теперь он мог гордиться результатом своей работы. Магический Шар сверкал как новый. Не было видно ни малейшей трещинки, ни единой царапинки. Шар блестел так, будто его только что отполировали.
А функционирует ли он?
Фемистокл несколько раз порывался испытать его, но не мог припомнить ни одного заклинания, подходящего для данного случая.
По правде говоря, он немного побаивался.
Мало того, что магические шары не делали уже несколько столетий и его потеря могла стать серьёзным ударом, — испорченный Шар мог быть небезопасен. Ведь в этом предмете заключена огромная магическая сила.
Фемистокл размышлял ещё минуту и пришёл к выводу, что было бы разумнее перенести испытание на утро, после того как он выспится и отдохнёт, — на всякий случай: на тот невероятный случай, если всё-таки что-то пойдёт не так. Волшебник устало потёр глаза и зевнул во весь рот. Тут он услышал за дверью какой-то звук и удивлённо прислушался. Звук повторился: кто-то явно царапался в дверь.
Фемистокл встал, убедился в том, что тщательно склеенный Магический Шар надёжно лежит на своём месте, и подошёл к двери. На ней не было замка, но это была дверь волшебника, и никакая сила не могла открыть её против его воли. Фемистокл щёлкнул пальцами — дверь исчезла, и вместо неё появилась массивная стена из древних каменных плит.
Фемистокл оторопело захлопал глазами и снова щёлкнул пальцами. Стена растворилась в воздухе, и на её месте появилось что-то, похожее на старый сыр (причём с таким же запахом). Фемистокл испуганно охнул. Наверное, он на самом деле устал. Некоторое время он напряжённо рылся в памяти и, найдя подходящее заклинание, снова щёлкнул пальцами. Дверь появилась снова, теперь уже открытая.
За дверью в тесной прихожей, освещённой единственным факелом, сидел дракон. Хорошо, что это был юный дракон: взрослый просто не поместился бы в коридоре. Но и этот — от носа до кончика хвоста — был метра четыре длиной. И хотя неожиданный посетитель сидел, а не стоял, он всё равно был намного выше волшебника.
Фемистокл узнал его.
— Огонь? — с удивлением спросил он. — Что ты здесь делаешь?
— Но вы ведь меня звали, мастер Фемистокл, — ответил тот.
— Ах вот как?
Фемистокл задумался, но не припомнил, чтобы посылал кого-то за этим оболтусом. Да, старость не радость. В последнее время память стала его сильно подводить. Тем не менее, такое случалось редко — чтобы он забывал что-либо напрочь.
— А для чего я тебя звал?
— Я не знаю, мастер Фемистокл.
Огонь вывернул шею, чтобы разглядеть за спиной волшебника его кабинет Он стал громко втягивать носом воздух.
— Здесь пахнет сыром.
— И как долго ты здесь сидишь? — спросил Фемистокл.
— Со вчерашнего вечера, — ответил Огонь и стал снова принюхиваться. — Или овцами?
— Ты сидел здесь всю ночь? — воскликнул Фемистокл.
Огонь так сильно тряхнул головой, что из ветхой стены вывалился камень и звонко ударился о его красную чешую. Фемистокл поспешно отступил в сторону, и дракон, воспользовавшись его замешательством, ввалился в кабинет.
Насколько элегантны драконы в воздухе, настолько они неуклюжи на земле, и Огонь не был исключением.
— Но вы же меня звали, — сказал он, принюхиваясь и оглядываясь с нескрываемым любопытством. — Всё-таки сыром или овцами? — спросил он и облизнулся. — Обожаю жаркое из овцы с сырным соусом.
— И всё-таки не могу припомнить, чтобы я тебя звал, — озадаченно возразил Фемистокл. — Кроме того, сейчас уже довольно поздно. Почему бы тебе не подойти ко мне утром после уроков — тогда и поговорим!
— Как пожелаете, мастер Фемистокл, — сладко пропел Огонь, но не сделал ни малейшей попытки уйти. Наоборот, он продолжал осматривать комнату, отчего Фемистокл чувствовал себя неловко: ведь он не отличался аккуратностью, и в кабинете царил страшный беспорядок. Папильотка однажды сравнила его жильё с мусорным контейнером.
— Есть ещё кое-что, мастер Фемистокл, — вдруг смущённо сказал Огонь.
— Что? — спросил волшебник.
— Я… эээ… — Огонь замялся, но было ясно: он тянет время, чтобы внимательнее всё осмотреть.
— Я знаю, что в последнее время я вёл себя довольно плохо, — продолжал он. — И вот я… собственно, пришёл, чтобы извиниться перед вами, мастер Фемистокл.
— Извиниться? — переспросил Фемистокл, не веря своим ушам. — Ты?
Огонь робко кивнул.
— Отец меня пристыдил, — объяснил он. — И он прав. Я в самом деле, кажется, слегка переборщил. Но я обещаю впредь вести себя хорошо. Правда!
— Прекрасно, — сказал Фемистокл. Он был в смятении: Огонь хотел извиниться? Юные драконы славятся своим буйным нравом и ни в чём не знают меры, а Огонь, как известно, был самым отпетым хулиганом во всём Драгентале.
— И всё же поговорим об этом завтра, — продолжал Фемистокл. — Уже действительно слишком поздно. Я немного устал, и ты тоже давно должен спать.
— Да, в самом деле, — согласился Огонь и так тряхнул головой, что Фемистокл предусмотрительно отступил на шаг назад.
Но дракон не двинулся с места.
— Вы же верите, что я говорю искренне?
Он продолжал пристально осматривать комнату, и Фемистоклу показалось, что он что-то ищет.
— Мне на самом деле очень жаль, если я доставил вам неприятности.
Фемистокл вздохнул: пора его наконец выпроводить.
— Огонь, — сказал он, — теперь ты на самом деле должен…
— А что это такое? — перебил его Огонь.
Фемистокл проследил за его взглядом и вытаращил от удивления глаза.
Его Магический Шар вновь ожил.
Сам по себе. От волшебника не потребовалось ни малейшего звука, ни самого захудалого заклинания, он даже ни разу не щёлкнул пальцами! Это было совершенно невозможно, ничего подобного магические шары ещё не делали!
Но тем не менее этот Магический Шар заработал. Внутри него заклубились светящиеся облака, засверкали разноцветные искорки — и Фемистоклу вдруг даже померещилось, что он видит целую вращающуюся галактику, и будто это не стеклянный шар, а совершенно другая вселенная.
С нехорошим предчувствием Фемистокл медленно подошёл к письменному столу, Огонь последовал за ним. Но когда они почти приблизились к Шару, в нём вдруг появилось страшное зелёное лицо гнома, показывающего язык.
Фемистокл испуганно отпрыгнул, даже дракон подскочил на месте и нервно ударил хвостом. Хвост задел скамейку, которая со свистом пронеслась через комнату, сметая всё на своём пути, и ударилась о противоположную стену, расколовшись на куски.
![Магический шар pic05.jpg](https://litlife.club/books/138903/read/images/pic05.jpg)
— Огонь! — строго сказал Фемистокл. — Довольно! Ты должен уйти.
Юный дракон пропустил эти слова мимо ушей. Он застыл на месте в странной позе, приподняв одну лапу и правым глазом глядя на пол. Другим он смотрел на Фемистокла — у драконов глаза могут двигаться независимо друг от друга, как у некоторых ящериц или хамелеонов.