В концертах принимал участие житель и уроженец Сычевки Козлов Михаил Борисович, 1928 года рождения.
Военнопленные мужчины использовались на погрузочно-разгрузочных работах, на ремонте дорог, на каменоломне, а женщины на работах внутри лагеря.
Среди военнопленных женщин немало было задержанных разведчиц из разведотдела штабов 22-й, 29-й, 30-й, 31-й и 39-й армий.
Несмотря на то, что на сторожевых вышках стояли часовые, некоторым военнопленным удавалось бежать из лагеря. Так, в начале декабря 1942 года из лагеря бежали: Громова Анна Алексеевна, 1916 года рождения, уроженка и жительница д. Жуково Ржевского района и с ней летчик Басов Иван Ефимович, танкист Мартынов Виктор Петрович, 1921 года рождения, уроженец г. Казани, которые до освобождения Сычевского района в марте 1943 года находились в партизанском отряде «Родина», дальнейшая судьба их, за исключением Громовой, неизвестна.
Кроме этого лагеря в Сычевке в м. Юшино был другой лагерь, так называемый «СД-17».
Располагался он в одном километре от станции Сычевка, в одном большом двухэтажном доме. Дом имел около восьми комнат, где содержалось около двухсот заключенных. Дом огорожен колючей проволокой в один ряд, высотой два с половиной метра. Внутри зоны в дневное время ходил один часовой, а ночью два. Охрана находилась в отдельной комнате. Примерно в пятнадцати метрах от двухэтажного дома, в одноэтажном здании, были размещены немцы и проживал заместитель коменданта шарфюрер Шульц, и размещалась канцелярия. Комендантом лагеря был оберштурмфюрер Гусман. Начальником лагеря — обершарфюрер Лешнер. При штабе лагеря работал немец из республики немцев в Поволжье Делингер Константин, хорошо владевший русским языком.
Комендантом лагеря из русских являлся Божуков Николай Иванович, 1899 года рождения, уроженец д. Абрамово Кимрского района Калининской области, в оккупации сначала работал в полиции г. Зубцова Калининской области.
В лагере было три переводчика: Майер Якоб, Фельде Генрих, 1919 года рождения, уроженец д. Рузенберг республики немцев в Поволжье, и Оберет Каспар, 1902 года рождения, уроженец с. Фанвер Саратовской области, житель с. Горшечное, Курской области. Некоторое время переводчиком также являлся Чернов Григорий Антонович.
В охране лагеря состояли: Луньков Алексей Филиппович, 1901 года рождения, уроженец г. Ржева, Кайченко Илларион Романович, 1913 года рождения, уроженец д. Дубино Бельского района Калининской области, Куликов Сергей Андреевич, 1906 года рождения, уроженец и житель г. Зубцова, Арсеньев Яков Кузьмич, 1923 года рождения, уроженец д. Боблево Зубцовского района, Кудрявцев Игорь, житель г. Зубцова, Суслов Иван, житель г. Ржева, Соловьев Николай Федорович, 1924 года рождения, уроженец д. Масленниково Ржевского района, Гаран Петр Максимович, 1924 года рождения, уроженец д. Дорожаево Погорельского района Калининской области, Голубев Виктор Алексеевич, житель г. Зубцова и несколько жителей Сычевки и Сычевского района.
Что касается Голубева, то на самом деле это был Голубев Николай Алексеевич, 1916 года рождения, уроженец г. Москвы, житель Зубцова, в Красную Армию не призывался.
Со слов бывшего старшего полицейского лагеря «Юшино» он знал Колчигина Виктора Алексеевича, который из Юшино при отступлении немцев бежал в Понизовье, где женился и перестал работать в полиции. Из Понизовья выехал в Германию. Действительно, Голубев Николай, находясь в Германии, дважды менял свою фамилию, то выдавал себя за Корнеева, то за Бондаренко и несколько раз арестовывался. А находившаяся в лагере учительница из Ново-Дугинского района Смоленской области Андреева Анна Степановна в своем заявлении в августе 1946 года писала: «…из русских очень усердствовал начальник полиции в Юшино Голубев Виктор Алексеевич, лет тридцати пяти, высокого роста, тонкий и Голиков, маленького роста, короткая шея, короткий, крупный нос. Оба жители Зубцова, оба очень сурово и зверски обращались с русскими. За малейшую провинность и даже без вины».
Секретарем полиции был Панков Федор Григорьевич, уроженец г. Ржева.
В лагере содержались лица, заподозренные с связях с партизанами и члены семей партизан, а также около двухсот детей, оставшихся без родителей.
Врачом лагеря была военврач из ППГ № 556 31 армии Хорькова Ксения Петровна, 1912 года рождения, уроженка д. Сергеево Вязниковского района Ивановской области. В лагере она имела отдельную комнату. С ее слов комендант Фукс бывал у нее, иногда ходил в камеру больных и спрашивал: «Чем болеет, скоро ли начнут работать?» Он слабо знал русский язык и поэтому ходил с переводчиком. Говорил: «Лекарства нужны раненым немецким солдатам, а русские могут обойтись и без них». Детей морили голодом, били. Умерло около пятидесяти детей и взрослых. В отношении Фукса имеются данные, что ему было лет тридцать пять, имел звание фельдфебеля, среднего роста, лысый шатен, нос небольшой, прямой, лицо красное, часто употреблял спиртные напитки.
Вопросами снабжения лагеря занимался Рихтер Герман 1919 года рождения, выше среднего роста, рыжеватый, полный. Кормили баландой из гнилой свеклы, мороженой картошки. Спали на голых нарах, в баню не водили, белья не меняли, больных не лечили.
Осенью 1942 года расстреляли мужчин, лет пятидесяти, которых вели в кальсонах, босых, в рваных рубашках. Один мужчина, лет под сорок, страдал язвой желудка и ему было не до умывания. У него оказались грязные руки и Майер Якоб избил его до потери сознания так, что он на другой день умер.
Старостой лагеря был Лебедев Павел Ильич, 1895 года рождения, уроженец д. Ларино Оленинского района Калининской области, который в лагере носил фамилию Петров, а писарем — Кузенков Ефим Семенович. Расстрелы в большинстве производил ефрейтор Густав, лет тридцати, высокого роста, волосы русые, лицо красное.
Имеются сведения что некоторые жители Сычевки занимались предательством патриотов. Так, например, Кутамова Валентина, уроженка Сычевки проживавшая в центре города у Красной церкви, работавшая прачкой или Шендровская Анна, работавшая в подсобном хозяйстве, проживавшая на северной окраине города, занимавшаяся спекуляцией, имела связь с переводчиком ГФП-580 Вальдемаром Киндом.
Если немцы за любой факт кражи у них без какого-либо расследования расстреливали советских граждан, то кражи совершенные самими немцами оставались безнаказанными. Так, в одном из отчетов говорилось: «Ночью 14 марта 1942 года в Сычевке немецкие военнослужащие проникли в три квартиры, где жили русские и украли шестнадцать килограммов муки и пять овец. При этом они избили и надругались над владельцами украденного. Результаты следствия по этому делу ни к чему не привели из-за отсутствия полных доказательств». А в разделе отчета «прочее» указано: «Во время налета на Сычевку 23 марта 1942 года бомба попала во двор с местом парковки около двадцати автомашин, стоящих почти вплотную. Осколком бомбы была повреждена грузовая машина, принадлежащая железнодорожной части, в кузове которой находились четыре противотанковых мины. В результате их взрывов двенадцать машин полностью или частично повреждены. Четыре человека получили ранения».
Летом 1942 года началось наступление частей Красной Армии подо Ржевом. Немецкий военный комментатор Юрген Шюддеконф в газетной статье «Ржевский рубеж» так описывал Ржевское сражение: «Все началось 30 июля с многочасового ураганного огня артиллерии и с беспрерывных атак советских бомбардировщиков. И вот эта битва длится 60 и более дней, никто уже и не видит конца ее, снова и снова начинается атака в каком-нибудь месте — битва за Ржев внесена в календарь немецких пехотинцев как жестокое, последовательное, требовательное время кровавых жертв и сильного напряжения… Задействование сил большевиков соответствовало их намерениям. Противник имел в своем распоряжении более полумиллиона пехотинцев и многочисленные танковые бригады подо Ржевом и к юго-востоку от него. Для них в эти длинные недели горьких битв Ржев стал ужасным кладбищем. Ржев стал для Советской армии кровавым испытанием. Но битва с большими потерями и тупая безнадежность неустанно продвигаемых вперед атак, ослабили также и боевую мощь вражеских войск».