«В этот субботний вечер, находясь в своих домах, в кругу своих друзей, давайте спокойно поразмышляем, что мы сделали и что мы можем сделать еще. Мы не отставим серьезных социальных завоеваний, но мы должны укрепить свою оборону… Мои друзья, в этот момент, когда большинство человечества испытывает печаль, я хочу поговорить с вами на несколько тем, которые прямо касаются будущего Соединенных Штатов. Представьте себе, что загорелся дом моего соседа, а у меня есть шланг. Если бы сосед мог взять этот шланг и присоединить к своему гидранту, пожар был бы потушен. Я мог бы сказать: мой шланг стоит пятнадцать долларов, и я мог бы попросить у соседа пятнадцать долларов. Но пожар разгорается. Я не хочу пятнадцать долларов. Я хочу возврата моего шланга после тушения пожара. Если шланг сохранился, сосед отдаст мне его, а если нет — то заплатит за него». Поставленная отметка — 50 тысяч военных самолетов в год — была фантастической для того времени. Как и всякая невозможная цель, эта цифра воспламенила воображение американцев. Рузвельт придавал значимость пафосу, понимал роль политического руководства как обязанного возбуждать эмоции, обязанного называть те цели, которые поражают воображение.
Девятого февраля 1941 года палата представителей одобрила законодательство по ленд-лизу. Одиннадцатого марта сенат проголосовал за ленд-лиз, и он обрел силу закона. Улыбающийся Рузвельт подписал закон о ленд-лизе. Словами Памелы Черчилль Гарриман, это было «одно из крупнейших предприятий американской истории». Главным администратором ленд-лиза стал Гарри Гопкинс, и Рузвельт провел много дней, обсуждая ход военной и экономической помогли тем, кто становился союзником.
Согласно программе ленд-лиза американская экономическая машина стала разгоняться еще больше на 33 млрд долл., предоставленных Британии, и 11 млрд долл., данных Советскому Союзу. Уже в 1940 году Соединенные Штаты выплавили 67 млн тонн стали (значительно больше, чем Германия, — 28 млн). Первая запрошенная Рузвельтом порция составила 9 млрд долл. В 1941 г. военные расходы Соединенных Штатов составили 29 млрд долл. — что унесло последние признаки Великого кризиса.
Раздел II Новый подъем и новый кризис
Глава седьмая Двадцать лет империи (1985–2005)
Американский век
Воспользовавшись ошибкой европейцев, взаимоисто-щивших свою мощь в двух мировых войнах, а затем не восприятствовавших распаду СССР, Соединенные Штаты стали мировым одиноким лидером нашего времени. В 1991 году, с крушением СССР, Соединенные Штаты достигли уникального могущества, и на горизонте, казалось, не было соперников на века. Феноменально успешное окончание XX века для США: за 1980-е годы США добавили к своему ВНП валовой продукт Германии; за 1990-е годы Америка прибавила к своему ВНП Германии и Японии. А прибывший из Вены Юджин Кляйнер создал полупроводниковую индустрию и венчурный капитал.
Французский министр иностранных дел Юбер Ве-дрин отчеканил подходящее определение — гипердержава. Ее три главных основания: несравненная военная мощь — половина мировых военных расходов, 60 военных баз на всех материках; преобладающая экономическая система — на 300 млн жителей США приходится треть мировой экономики, доллар — ведущая мировая валюта; привлекательный образ жизни, английский — наиболее важный язык, американская культура — наиболее имитируемая.
Английский историк Нэйлл Фергюсон со всей страстью стал доказывать, что только наличие гипердержавы способно остановить периодически возникающий на земных континентах геноцид, поставить в рамки гуманных приличий rogue states («агрессивные государства»), следить за сетями террористических организаций, установить на планете либеральный порядок. Американская демократия довела до совершенства идею прогресса; отныне речь может идти о пространственном распространении идеальной системы. Френсис Фукуяма возвестил о конце истории.
Поразительно то, что «век Америки» длился всего двадцать лет: от триумфа первой войны против Ирака, когда президент 'Буш на Пенсильвания-авеню принимал парад победителей, до 2006 года, когда стало ясно, что второй войны в Ираке американцам выиграть не удастся. Начало этого века удивило тех, кто рассчитывал после победы в холодной войне увидеть возвращение Америки к ее традиционной внешней политике — отходу к изоляции, характерной для США до Второй мировой войны. Все ждали, что Буш-старший поднимет якорь и отправится в свои гавани. Но нет: президент Джордж Буш-старший отправился в ООН и объявил, что Америка берется за решение следующей задачи — создание Нового Мирового Порядка. Что бы это значило? Американский президент разъяснил: наказание агрессоров, сохранение мира, полицейские функции на всей планете, служба всему человечеству. При этом Белый дом не спросил американский народ, которому предстояло платить налогами и кровью за крепость Нового Мирового Порядка, не спросили и огромный внешний мир.
Двадцать лет мир живет под крышей американской гипердержавы. США отчаянно стремятся сохранить эту позицию на максимально долгое время. Гипердержавы существовали и прежде. Понять причины внезапного подъема государства — дело сложное, но не менее трудно определить слабые места гипердержав, теряющих положение гегемона.
Откуда можно ожидать удара, где прячется слабое место гипердержавы? Фукидид назвал демократию причиной гибели Афин [18]. Эдуард Гиббон считал главной причиной падения Римской империи христианство [19]. Американский историк Пол Кеннеди считает главной причиной упадка «имперское перенапряжение» [20]. Джерид Дайамонд видит главную угрозу в крушении здоровой окружающей среды [21]. В современном ожесточенном споре в США и других странах аргументы вращаются вокруг вопроса: крепить твердое основание сложившейся нации (нативисты) или открыть ворота (антинативисты) рвущемуся в гипердержаву потоку из обездоленных стран?
Империя
Британская империя в работе английского историка Нэйлл Фергюсона разглядывает способности своего наследника и в целом удовлетворена гиперимперией: «…утверждается не только то, что Соединенные Штаты являются империей, но и то, что они всегда были империей. У меня нет принципиальных возражений в отношении Американской империи… для многих частей мира американское имперское владычество будет благотворным. Пусть только это будет либеральная империя». Главная проблема — может ли имперская Америка быть либеральной. «Не являются ли Соединенные Штаты гигантом Самсоном, безглазым в секторе Газа, привязанным нерушимыми обязательствами к Ближнему Востоку и в конечном счете способным только на слепое разрушение?» Весь мир задается этим же вопросом.
При этом империи всегда норовили внести свою культуру в жизнь народов, на чьи богатства они посягают. «Англия, откуда римляне вывозили серебро и свинец, была романизирована, равно как Южная Африка, откуда вывозили алмазы, была англизирована. Вывозя с Ближнего Востока нефть, Соединенные Штаты стремятся трансформировать политическую культуру этого региона» [22].
Римская империя существовала полторы тысячи лет, Британская империя — полтора столетия; американской империи отведено несколько десятилетий. Почему?
Во-первых и прежде всего, потому, что в отличие от классических империй американцы не заселяют завоеванные или зависимые страны. «Несмотря на огромные богатства страны и на грандиозную военную мощь, американцы не склонны к тому, без чего подлинная империя не бывает долговременной. Они не хотят «идти туда» — и если они все же обязаны идти, то считают дни до возвращения домой» [23]. Они игнорируют зависимые страны, они привязаны к метрополии. Но это, увы, не способствует созданию имперской сплоченности.
18
Фукидид. История Пелопоннесской войны. М., 1983.
19
Гиббон Э. История упадка и падения Римской империи. М.: Терра,1997.Т. 3. С. 982–983.
20
Kennedy P. The Rise and Fall of the Great Powers: Economic Change and Military Conflict from 1500 to 2000. N. Y.: Vintage Books, 1989.
21
Diamond J. Collapse: How Societies Choose to Fail or Succeed. N. Y Penguin, 2005.
22
Ferguson N. Colossus. The Price of American Empire. N. Y: The Penguin Press, 2004. P. 106.
23
Ibid. P. 202.