157
Р. Григорьев — с.-д. литератор. Во время войны был сотрудником умеренно-интернационалистского журнала «Летопись», издававшегося Горьким. В последнем он помещал главным образом корреспонденции из Италии. В дни керенщины Григорьев был сотрудником "Новой Жизни". Как и большинство новожизненцев Октябрьскую Революцию он встретил с неприязнью, а позже занимался на страницах этой газеты резкой критикой Советской власти. В годы гражданской войны Григорьев подвизался на Украине, как умеренный меньшевик, ужившийся при режиме Деникина.
158
Телеграмма была направлена начальнику контрразведки в Харбине Луцкому, сочувствовавшему тогда нашей партии. Позже Луцкий стал большевиком и был одним из активных работников приморской области. В 1920 г. он был расстрелян японцами.
159
История предательства харбинских властей такова:[25]
После февральской революции образовалось два центра: Совет и управляющий дорогой — реакционный генерал Хорват. До поры до времени иностранные империалисты терпели Совет. После же Октябрьской Революции, и особенно после попыток Совета заменить Хорвата своим человеком, консульский корпус решил принять решительные меры для устранения Совета. 8 декабря, с явно провокационными целями, был арестован и избит комиссар Совета по охране города, Аркус. 10 декабря китайцы предъявили требование Совету, под угрозой военной кары, вывести за пределы Манчжурии военные силы Совета и выслать своих руководителей. Не располагая достаточной военной силой, Совет решил уступить. Утром 13 декабря солдаты стали сдавать оружие. В этот момент — провокация N 2 — началась пулеметная и оружейная стрельба. Эта история была использована для ввода китайских войск. В связи с этим, Луцким была послана следующая телеграмма, ответом на которую и является приказ Троцкого:
"Местные русские официальные власти и вдохновляемые ими официальные русские газеты, распространением слухов об ожидаемых солдатских беспорядках, добились ввода в Харбин иностранных войск. В действительности харбинский гарнизон был настроен крайне мирно и никаких даже малейших эксцессов не было. Снеситесь с министерством иностранных дел принятием к расследованию обстоятельств, вызвавших это повсеместное вмешательство иностранцев".
Приказ Наркоминдела не был, конечно, осуществлен и вряд ли сам Наркоминдел рассчитывал на это. Его опубликование преследовало агитационные цели.
160
Карпинский — один из старых большевиков. Большую часть своей деятельности провел за границей, работая главным образом в Женеве. Несмотря на назначение его советским представителем, Карпинский не мог, конечно, выполнять эту миссию, ибо швейцарское правительство не признало большевистского агента. По приезде в Россию Карпинский работает в качестве члена редакционной коллегии «Правды» и «Бедноты». Одновременно Карпинский активно участвует в разработке вопросов работы в деревне. Его перу принадлежат интересные очерки "Электрификация голов", написанные в связи с лозунгом Ленина о шефстве над деревней.
161
Литвинов — старый большевик. Один из активных агентов социал-демократической газеты «Искра». В 1905 г. участвовал на майском съезде большевиков. Большую часть своей эмигрантской деятельности в годы царизма провел в Англии. В годы войны Литвинов был твердым интернационалистом. В 1915 году он был послан Центральным Комитетом на Лондонскую конференцию антантовских социал-патриотов, а которой огласил декларацию большевиков. В годы Соввласти работал в Наркоминделе, в качестве замнаркома и члена коллегии.
162
Этой нотой начинается борьба советского правительства за мир, возвещенная декретом о мире 2-го Съезда Советов. Нота была практическим мероприятием правительства в этой борьбе. За ней незамедлительно последовало обращение к нейтральным странам и началась подготовительная работа к мирным переговорам.
Нота произвела большое впечатление в рабочих кругах Германии и Австрии. Последующие выдержки из с.-д. газет, примыкавших к оборонческому большинству (венская же "Рабочая Газета" была с.-д. газетой чистой пробы), несомненно написаны под влиянием тех настроений рабочих масс, которые были вызваны борьбой советского правительства за мир.
Вот, наприм., изложение статьи "Лейпцигер Фольксцейтунг", помещенное в газете Рабочего и Крестьянского правительства, N 23:
"Лейпцигер Фольксцейтунг" в N от 11 ноября, в статье "Срочное решение", разбирает значение ноты т. Троцкого, формально предложившего всем воюющим немедленно приступить к переговорам о заключении всеобщего перемирия, и придает ей громадное значение. Теперь Берлин и Вена принуждены ответить: «да» или «нет». По словам газеты, действия русского правительства произвели громадное впечатление на французские трудящиеся массы и под их непосредственным влиянием произошла известная демонстрация в Лионе. Французские с.-д. послали полные энтузиазма приветственные телеграммы русскому правительству. В комментариях ноты т. Троцкого газета отмечает стойкость русского правительства в вопросе о мире сместившего немедленно неверного генерала Духонина и доказавшего свою непоколебимость в достижении своей демократической программы мира. Проникнутый классовым сознанием пролетариат Германии поддерживает всецело такую программу и так же, как истинные представители русского народа, стремится к миру в духе циммервальдских принципов. Газета протестует против стремления основываться при заключении перемирия на военном положении и требует, чтобы предложение русского правительства рассматривалось только с точки зрения достижения согласительного мира. Она заключает свои комментарии следующими словами: "Обращение Правительства Советов не есть обращение скрежещущего зубами поверженного противника, а апелляция к воле, к миру германского правительства. Этому правительству надлежит решить"
Приводим изложение статьи венской «Arbeiter-Zeitung» — "Бьюкенен и Троцкий", помещенное в той же газете за 2 (15) декабря 1917 г.
"Общий смысл сводится к тому, что такой революционер, как Троцкий, которого еще несколько месяцев тому назад европейские правительства лишали права жительства и который в последнем году ознакомился с французскими, испанскими, английскими и русскими тюрьмами, теперь стоит во главе великой России. Бьюкенен, который еще несколько месяцев тому назад так бесстыдно оклеветал Троцкого и который является орудием англо-американского капитала, стремящегося сломить волю русского народа к миру и подчинить русский народ опять своим интересам, теперь имеет своим величайшим противником Троцкого, который теперь решит судьбу англо-русского соглашения.
Бьюкенен является представителем сторонников "войны до конца", а Троцкий — уполномоченный мирной воли русского рабочего класса, стремящегося разорвать железно-золотую цепь, которой его заковал английский капитал.
Поединок этих двух лиц, это — символ великой борьбы нашего времени: борьбы пролетариата с капиталом. Газета также приводит краткую биографию Троцкого за период времени 1905–1917 г.г."
Совершенно иначе отнеслась к этой ноте русская "социалистическая пресса". Идейно, а подчас и материально связанная с буржуазной Россией, сплошь пропитанная антантофильством, все время поддерживавшая империалистическую политику правительства Львова и Керенского, — эта пресса встретила ноту с нескрываемой злобой. В один голос эта печать заявляла, что политика мира Совнаркома ведет Россию к расчленению, предает ее в руки австро-немецких империалистов.
25
Фактический материал нам доставлен отделом Дальнего Востока Наркоминдела (в том числе письменное воспоминание б. председателя Харбинского Совета тов. М. Рютина).