— Вот… — на столик у кресла плюхнулось несколько фолиантов и две перевязанных тонкими веревками папки.
— Спасибо, посмотрим, что у нас есть… — Андрей взял в руки первый фолиант.
Два фолианта из трех оказались подделками, трехмерные схемы на рисунках не просматривались никак, остальное было не отличить от оригинальной древней книги, работали люди на совесть. В третьем фолианте было множество статей по теории магии и давалось два десятка рунных схем. Книга легла в сторонку. Эльф внимательно следил за Андреем и как он проверяет выданный товар. В папках лежали куски книг и отдельные, непонятно откуда выдранные, листы. Из всей кипы бумаг было отобрано не более десяти листиков и кусок одной книги.
— Это я забираю. Сколько с меня?
— ? — хозяин поперхнулся слюной и языком. Андрей выхватил из «кармана» один кошель с золотом и бросил его на прилавок. — Фолиант и листы стоят в три раза больше! — преодолел немоту ошеломленный эльф.
— Будем считать, что мы сторговались за мою цену, или есть желание поторговаться еще? — Букинист отрицательно замахал руками.
— А что с этими? — ладонь осмелевшего эльфа легла на не прошедшие отбора книги.
— Подделки, рунные схемы в них простая мазня и не читаются. Надеюсь вы сохраните в тайне мой визит? — бросил он, выходя из лавки. — Я совсем не хочу убивать такого гостеприимного эльфа.
Букинист мелко затряс головой, он тоже совсем не хотел чтобы его убивали. Вот и прекрасно.
Покинув заведение эльфа, Андрей направился в сторону арсенала, к которому норманны и выделенные им в помощь военные переносили тела погибших стражников и наемников. Разоруженные повстанцы, под наблюдением десятка магов и полусотни солдат, громыхая цепями, разбирали завалы и развалины на близлежащих улицах.
У самых ворот крепости он заметил орчанок, стоящих на коленях перед лежащими на земле телами. Ильныргу прижимала к себя Тыйгу. Увидев Андрея, девочка вырвалась из объятий «волчицы» и бросилась к нему. Андрей подхватил плачущую малышку на руки и остановился на месте, он уже знал, кого увидит на земле. Лицо полуорка было преисполнено спокойствия, глядя на него можно было подумать, что наставник погрузился в транс и вот-вот откроет глаза, но все портил бело-матовый цвет кожи, в которой не осталось ни одной кровинки и поселился замогильный холод, темными точками угадывались еле заметные стежки на веках и губах… Смерть Берга совсем не желала укладываться у него в голове и холодной льдинкой в груди ломала все планы. Недавно он назвал Тыйгу крестной дочерью или, на местный лад, осененной кругом, теперь он за нее в ответе. Словами на Иланте не разбрасываются. Тем более такими словами. Мастер, мастер, что же ты наделал, Берг?
Ильныргу поднялась с колен и подошла к Андрею, в глазах «волчицы» он прочел немой вопрос.
— Меняем маршрут. — ответил Андрей на невысказанные слова и прижал девочку к себе. — Уходим сразу после похорон. Сначала идем до Тройда, как и планировали, оттуда, порталом, переходим в Киону. До Тройда пойдем через предгорья, на караванной дороге могут быть эльфийские недобитки и разбойники.
— Я не поняла, куда мы пойдем в конечном итоге? — перебила его Иль.
— В долину, к моим родителям.
— Почему не подождать пока восстановят портал в Ортаге?
— Потому, что его восстанавливают военные маги и переправлять будут только военнослужащих и армейские грузы, я уже интересовался.
— Тарг! А другая причина?
— Другая? Рыжий Олаф шепнул мне на ушко, что армейские боевики и комендант упорно интересовались у сотника по одному вопросу. Кто и как спалил магов? Некоторые оказались несдержанными на язык. Теперь ребята в форме хотят познакомиться с самородком. Ты сама знаешь, чем заканчиваются близкие знакомства с военными. Сначала лесть и обещания, потом угрозы и меч у горла, оно мне надо?
— Ты то откуда все знаешь?
— Наследство от Ало Троя. Не хочу, а знаю. Идем собирать вещи.
Орчанка недоверчиво посмотрела на Андрея, но перечить не стала, признавая в нем командира. Об Ало Трое он рассказал оркам на одном из переходов по пути в Ортаг. Подробности знакомства были опущены, в новой версии Трой обучал его только Алату, до этого дракон знал одну Эдду.
С поминального пиршества они ушли как начало темнеть, а норманны набрали необходимый градус. Ильныргу переглянулась с сотником и получила короткий кивок головой. Старый ветеран был трезв как стеклышко. «Волчица» отловила его днем и, отозвав в укрытый от армейских магов уголок, потолковала о возможности незаметно покинуть гостеприимный Ортаг. К чести сотника он не стал задавать лишних вопросов, ветеран стрельнул глазами в сторону Андрея и приподнял одну бровь.
— Да. — шепотом ответила орчанка.
— А девочка? Она тут причем? — сорвалось у воина с языка. Острый стилет коснулся горла наблюдательного и слишком умного северянина. — Понял, не дурак. Убери железо, не то порежешь ненароком. Я и половина моих людей обязаны вам жизнью и будем молчать. После вечерних склянок… — сотник отодвинул руку орчанки и развернувшись пошел к своим людям. — На тинге решено похоронить мастера Берга по обычаям норманнов, вы не возражаете? — резко остановился он.
— Почтем за честь. — поклонилась Ильныргу.
На выходе из пиршественного дома их перехватил Олаф.
— Тихо. Ваши лошади и хассы здесь. Идите за мной.
Викинг узкими переулками довел маленький караван до южных ворот и три раза стукнул в оконце караульного помещения.
— Погодь. — из караулки вышел похожий на Олафа норманн. — Пошли, я подпоил солдат настойкой «быстросна», минут двадцать будут спать крепче мертвых. Твои лошади. — В руку Олафа лег повод гнедого жеребца, следом била подковами по мостовой заводная.
— Я с вами. — пояснил северянин свои действия.
— Мальчик мой, ты ничего не попутал? — раздался из темноты ехидный голос Ильныргу.
— Нет. — насупился норманн.
Андрей успокаивающе поднял руку и подошел к взобравшемуся в седло Олафу.
— Ты твердо решил? — кивок в ответ. — Тебе придется дать мне клятву верности и клятву на крови. — второй кивок. — Хорошо, ты сам решил. Он идет с нами, я сказал.
Привратник опустил мост и открыл калитку, орчанки, укрытые пологами невидимости и звуковым, слезли с седел и по одной прошли через ворота. За городом расставлены военные секреты и светиться было не с руки.
— Справная девка! Упустишь, я те яйца сам оторву! — услыхал Андрей горячий шепот стражника, обращенный к Олафу. — Прощай. Вернись живой.
— Брат? — ориентируясь по специальному маячку, чтобы укрытые пологами всадники друг друга не потеряли, подъехав к рыжему и став стремя в стремя, спросил Андрей нового члена их спаянной группы.
— Дядя.
— Ну и по кому ты сохнешь? — прямо спросил он викинга. Парень блеснул глазами из-под рыжего чуба, пожевал губами, досадуя, что его тайна так быстро открылась и тихо ответил:
— Слайса мне в сердце запала. — норманн покаянно склонил голову. — Хотел скрасть ее, но не будет такая противу воли с мужем жить. Можешь бить меня, но не гони, я…
— Не бери в голову. — перебил его Андрей и хлопнул парня по плечу, одной проблемой меньше, нашелся кавалер для орчанки. Викинг заткнулся, видимо переваривая, как это не брать? — Слайса воин и, — короткая, завораживающая пауза. — неравнодушна ко мне, но я не буду тебе мешать. Так что все зависит от тебя, а девка она и вправду справная. — Рыжий радостно улыбнулся. — Утром принесешь клятвы. — закончил Андрей, вмиг став серьезным.
Пятый день они пробираются через сопки, с каждым днем становящиеся все выше и выше, горы на горизонте становятся четче, белые снежные шапки сверкают сильнее и сильнее. В первый раз, проскакавший всю ночь и большую часть дня, маленький караван устроил ночевку в небольшой деревушке. Жадные до новостей местные жители предоставили путешественникам в полное распоряжение здоровенный сеновал, взамен потребовали рассказать, что происходит в королевстве. Рассказы были безрадостные. Мужики неверяще качали головами, бабы охали. Андрей расспросил местных охотников о тропах.