– Как здесь красиво, Герда, и такая тишина вокруг.
Настоящий Нейзер, повидавший в своей жизни многое, из всех пейзажей признавал только те, которые создали, под его руководством на острове Данин планетоделы. Герда, существовавшая в облике виртуального бойца на сотню лет дольше двойника варкенского принца, тихо ответила:
– Да, здесь очень красиво, Лео. – Заметив, что её напарник принялся строить потайной бункер под горой, она попросила – Не надо, Лео, давай проведём эту ночь на этой вершине. Тебя ведь не смутит такое жесткое ложе, милый?
Любовник Герды улыбнулся и сказал:
– Вообще-то оно должно смутить тебя, но мне очень нравится, когда ты находишься сверху, а вообще-то я прихватил с собой отличную надувную кровать. Правда, мне почему-то очень хочется заняться с тобой любовью не на ней, а прямо на этой скале. Солнце давно уже село, а она всё ещё горячая.
Уговаривать девушку ему не пришлось. Через пару секунд она уже лежала нагой на гранитной плите, отшлифованной ветром и манила его к себе. Лео быстро лёг рядом, но к любовным играм они не приступили, так как Герда шепнула ему:
– Лео, давай ты будешь наблюдать за тем, что делают Рико и Исабель, я знаю, всем парням нравится смотреть, как люди занимаются любовью, а я пригляжусь к этому баррио повнимательнее. Здесь, как я посмотрю, и кроме нас хватает полуночников. Какие-то ребята прочёсывают район к северу от нас.
Лео лёг спиной на горячий гранит привлёк к Герду, положил её к себе на грудь и нежно лаская тело девушки, особенно её круглую попку, простёр своё сверхзрение на сто тридцать два километра к северу, прямо в комнату, где Рико и Исабель разглядывали туристический атлас компании "Гэлакси Парадиз". По лицу девушки текли слёзы. Хотя Лео очень хотелось утешить это юное создание, он всё же повёл себя, как истинный архангел и быстро просканировал сознание влюблённых. Его так увлекли фантазии Рико и особенно Исабель, которая хотя и узнала о том, что за пределами Мундо дель-Танатос существует огромная Вселенная всего полчаса назад, уже так мечтала покинуть этот замкнутый мир, что ему невольно стало совестно перед ней за то, что он не может исполнить её желание немедленно. Глядя на Исабель глазами Рико, он негромко сказал:
– Герда, знаешь, за их счастье я отдал бы не только жизнь, но и всю кровь сцедил из себя по капельке.
– Что тебя всё равно не убило бы, милый. – Ответила ему девушка целуя в щёку и добавила – Я тоже, Лео. – Немного помолчав, Герда сказала – Знаешь, я помню себя начиная с того самого момента, когда Старшая Герда включила меня в первый раз. После этого вся моя жизнь проходила на арене сражений, но даже в горячке самого ожесточённого поединка со Стинко и его друзьями, я очень часто перебирала в своей памяти всё, через что прошла когда-то та Герда, которая родилась настоящим, живым человеком. Не знаю, какие они, другие виртуалы, Лео, но я точно создана особенной, ведь настоящая Герда доверила мне очень много своих личных переживаний и даже то, как она и Стинко были любовниками. Может быть именно поэтому, когда Стинко сказал мне, что он хочет сделать меня настоящим человеком, полностью свободным и совершенно самостоятельным, я сразу же согласилась. Правда, он хитрец, этот чёртов паскудник. Не знаю, как он сделал это, но он каким-то образом заставил меня мечтать о настоящей, а не виртуальной жизни. На борту "Европы", особенно в Райской Долине, всё сделано так, что лучше уже и не придумаешь, но мне почему-то здесь, на этом пыльном горячем камне всё же куда лучше, чем там. Этот мир, хотя он ничем не лучше той арены, на которой я сражалась столько лет, всё же настоящий, а не искусственный и я тоже чувствую себя совершенно настоящим человеком, хотя и понимаю что отношусь к породе Вечных. Вот и Рико с Исабель точно такие же парень и девушка, как мы с тобой в те времена, когда стали живыми. Они осознали, что за пределами этой чёртовой сферы, из-за которой на небе нет звёзд, лежит огромный мир и теперь мечтают вырваться из неё. Или с тобой всё происходило по другому, милый?
– Герда, девочка моя, у меня всё случилось точно так же или почти так. – Ответил ей Лео – Как и ты, я тоже думал, поначалу, что Нейзер создал меня особенным виртуалом, но когда поговорил с ним, то он сказал, что поступил практически точно так же, как его тесть, император Борн, когда он, впервые за миллион лет, сотворил первого а-человека по своему собственному подобию, только Нейз, в отличие от него, дал мне гораздо больше от себя, чем Борн дал своим сыновьям. Вообще-то наш настоящий отец это всё-таки Стингерт Бартон, ведь это он потребовал от самых лучших и благородных воинов, каких он только знал, сделать нас такими, чтобы им не пришлось потом стыдиться перед ним. Мне кажется, что он уже тогда решил сделать нас настоящими людьми. Ну, а что касается всех остальных виртуалов, то ты можешь быть спокойна на их счёт, как раз в них-то и нет ничего человеческого. Мне об этом, не так давно, Гендальф рассказывал.
Герда, не прекращая наблюдать за окрестностями, легла на Лео полностью и ещё двое влюблённых принялись заниматься любовью. Одни в небольшой комнатке в кузнице, а другие на плоской вершине горы. Бывшие виртуалы нуждались в этом куда больше, чем все остальные, кто находился на борту "Европы". Но при этом они ни на минуту не забывали, кем являлись в первую очередь, и оставались архангелами, а потому Герда уже очень скоро определила истинную цель поисков барона Хорхе де Гадо и через несколько минут после того, как испытала оргазм, Лео был очень искусным любовником и умел доставлять ей наслаждение, да, к тому же совершенно не скрывал, что влюблён в неё, девушка чуть ли не плачущим голосом промолвила:
– Ну, что за проклятье лежит на этом мире, Лео? Сейчас я нашла одного парня, который больше всего боится, что дон Рамирес своей мягкостью по отношению к пеонам навлечёт на баррио дель-Соль гнев этого долбанного Танатоса. Ради этого он готов пойти на любую подлость, чтобы отстранить того, кого так искренне любит и уважает, от власти и закрутить гайки покрепче, заставить остальных идальго не давать спуска пеонам, хотя сам больше всего на свете любит не сражения, а возиться в земле, выращивая розы. Кстати, это из его сада Арни упёр букет роз, когда делал предложение Риванне. Этот Хорхе не дурак и давно уже смекнул, что юная Исабель завела себе любовника среди пеонов, а это считается здесь преступлением. Он подозревает троих парней и среди них Рико. Завтра он собирается лично проверить двоих, одного пастуха и горшечника, а своего сына, Хесуса, хочет отправить в Пуэбло дель-Торро, чтобы тот как следует прокачал Рико. Этот Хесус хотя и редкостная бестолочь, всё же относится к нашему подопечному довольно неплохо, но своего отца он слушается беспрекословно. Боюсь, что завтра Рико ждут большие неприятности, ведь Хорхе хочет устроить ему весьма опасную ловушку. Чёрт, как же это неприятно, знать что Рико и Исабель угрожает опасность и ничего не делать, чтобы спасти их от этого только потому, что тем самым мы можем раскрыть своё присутствие на Терре.
– Не волнуйся, девочка. – Успокоил Герду Лео – Рико не так прост, как это кажется на первый взгляд. Он не только редкостный по здешним меркам силач и красавчик, но к тому же и хороший сенситив, как и его друг Анхель, так что я не думаю, что он попадёт в ту ловушку, которую хочет устроить ему Хорхе. Поверь, не смотря на молодость, он очень умный и осторожный парень и Хесусу его не поймать. Так что давай не будем пугаться раньше времени, Герда. Пусть всё идёт своим чередом, а если им что-нибудь станет угрожать, то мы для того здесь и находимся, чтобы подстраховать их в трудную минуту.
Лео прижал Герду к себе покрепче и они оба погрузились в полудрёму, не сон и не бодрствование. Такой оказалась ещё одна способность Вечных. В таком состоянии кое-кто, эксперимента ради, умудрялся находиться до полугода, впадая в полное оцепенение, но при этом сознание человека продолжало действовать. В состоянии такой сверхглубокой медитации Лео за каких-то полчаса вырубил под горой удобный грот-убежище, разобрал всё снаряжение и приготовил удобное ложе для себя и Герды. На него они и перенеслись с вершины горы за два часа до восхода солнца. Не выходя из медитации, они внимательно и зорко наблюдали за тем, что происходит в Пуэбло дель-Торро и за теми людьми во всём баррио, кто словом или мысленно вспоминал о сеньорите Исабель и кузнеце Рико, которому осталось недолго ходить в одежде пеона. В этот день дон Рамирес намеревался сам прилететь в пуэбло, чтобы известить сына своего друга, так рано ушедшего из жизни, о том, что ему надлежит вернуться в кандадо дель-Сессар на правах его полновластного хозяина.