К концу 80-х годов культовые картины, в которые могла бы влюбиться вся страна, выходили все реже и реже. Может быть, само кино стало задыхаться в атмосфере застоя? А потом грянула перестройка, и... началось. Страну захлестнул буквально шквал ранее запретной информации, в том числе и зарубежной. Рухнул "железный занавес", а вместе с ним и наш прокат. Появилось много плохого американского кино, расцвело махровым цветом видеопиратство. На лучшие американские картины, к сожалению, денег не было и в этой обстановке отечественное кино стало постепенно угасать. Наступила эра кооперативного кино. А те бюджетные ленты, которые, как блины, выпекались одна за другой, ни в какое сравнение не шли с прежним нашим кинематографом. Кинозалы в одночасье опустели, иссяк и поток экранных "фенечек", которые целых 60 лет пополняли нашу лексику. Но свято место пусто не бывает и эту нишу стала постепенно заполнять телереклама. Она - такой же признак того времени, как и появившиеся оптовые рынки, нищие на улицах, "сникерсы" и "тампаксы" в ларьках. И осталось грустным символом всего кинематографа начала 90-х годов название самого знаменитого документального фильма Станислава Говорухина "Так жить нельзя".
В 1996 году, вопреки всем прогнозам, наконец-то появился фильм, которому завоевать сердца зрителей не помешал ни развал страны, ни распад проката. Количество цитат из этого фильма, пожалуй, напомнило о "Белом солнце пустыни". С тех времен не было в нашем кинематографе такой картины, которая так бы разошлась на цитаты. Их повторяли и простые работяги, и старые интеллигенты, и "новые русские", и даже депутаты Госдумы. Режиссер Александр Рогожкин все-таки сумел найти тему, объединившую зрителей независимо от места жительства, социального статуса, возраста, и даже пола. Его фильмы "Особенности национальной охоты", "Особенности национальной рыбалки" по рейтингу в СНГ, пожалуй, в состоянии задвинуть даже "Титаник". Что ж, выходит, рано еще хоронить отечественный кинематограф?
Конец эпохи "немого кино"
К 1929 году "немое кино" достигло своего апогея - оно стало международным языком. Если фильм снимали, к примеру, в Германии, то его могли понять, почувствовать и пережить в Америке, в Англии, в Италии, во Франции. Но появление телефона требовало, чтобы кино "заговорило". Неужели "говорящие фильмы" уничтожат международный язык? Неужели они сметут все, чему научился кинематограф в эпоху "немого кино"? Это произошло не сразу. Какое-то время "немые фильмы" существовали параллельно с "говорящими".
Двумя годами раньше, с выходом на экраны "Певца джаза" (1927), в Америку пришло звуковое кино. В Европе фильм первоначально был показан в немой версии, чтобы его озвучить была использована система Vitapfone - звук на отдельной пластинке был синхронизирован с изображением. Джордж Пирсон, режиссер, смотрел "Певца джаза" в Лондоне: "Я сидел рядом с женой и я сказал ей: "Дорогая, ты знаешь, мы присутствуем при кончине немого кино"."
Но "немые фильмы" никогда не были немыми - их показ всегда сопровождался живой музыкой, иногда в исполнении полных оркестров. Что произошло, когда музыке пришлось остановиться? Тысячи музыкантов оказались без работы. Питер Хопкинсон, ассистент оператора: "Возле вокзала играл на скрипке приличного вида господин в хорошем, но поношеном костюме. На мостовой возле его ног лежала шляпа, в которую прохожие бросали монеты. На его груди висела табличка с надписью "Разорен говорящими фильмами"." Музыканты были первыми жертвами звукового кино.
Выход на экраны Лондона "Певца джаза" вынудил крупные кинокомпании пойти на эксперимент. На студии "BIP" снимался фильм "Китти" (1929) с Джоном Стюартом и Эстер Броуди в главных ролях. Он вышел в прокат как немой фильм, но было принято решение переснять последнюю часть со звуком. В 1928 году на этой студии не было звукозаписывающего оборудования и режиссер с актерами отправился в Нью-Йорк... На зрителей это произвело ошеломляющее впечатление. Они смотрели совершенно немой фильм с титрами, и вдруг с экрана раздались голоса. Все были поражены, весь зал был потрясен. Эксперимент имел такой успех, что компания решила приобрести американскую аппаратуру для записи звука на пленку. Сарай для хранения реквизита переоборудовали под кустарную звуковую студию. Звуковые эпизоды снимал Фрэдди Янг, впоследствии ставший самым известным английским кинооператором.
Вторыми жертвами звукового кино стали актеры, прекрасные актеры, не имевшие хорошо поставленного голоса или говорившие с акцентом. Лилиан Хилл-Дэвис была великой актрисой немого кино, когда она потеряла работу, то покончила с собой, перерезав себе горло. Во Франции жертвами звука стали, в основном, русские эмигранты. Шахатунин почти не говорил по-французски и ему пришлось стать гримером. Иван Мажухин утратил свою огромную популярность, но продолжал сниматься на вторых ролях не смотря на сильный акцент. Даже многие французские актеры уже не могли сниматься в определенных ролях, потому что у них не было "настоящего парижского произношения". В немом же кино все они были "звездами" - их никто не слышал.
Самым масштабным из ранних европейских звуковых фильмов был "Атлантик" (1929), поставленный немцем Эвальдом Дюпоном, и был основан на гибели "Титаника". В Берлине его считали первой стопроцентно немецкой звуковой картиной. Но на самом деле он был снят на студии "BIP". Американцы надеялись с помощью звукового кино сделать английский язык международным, но эта идея вызвала негодование европейцев. "Атлантик" был первым фильмом, снятым в трех языковых версиях. Работать с Дюпоном был приглашен лучший американский кинооператор, выходец из Англии, Чарльз Рошер. Немецкая и английская версии сильно отличались по уровню режиссуры. Работая с английским языком Дюпон чувствовал себя менее уверенно. Немцы предпочитали более медленный ритм. Дюпон делал все по-немецки тяжеловесным, все было чуть-чуть замедленным, но актеры доверяли ему и немецкая техника киносъемок стала служить примером для всего мира. Фильм "Атлантик" привлек огромное количество зрителей, и в Лондоне он показывался в двух языковых версиях, в немецкой и в английской.
В немецкое кино начали возвращаться те, кто в эпоху немого фильма уехал в Америку. Эмилю Янингсу, завоевавшему в Голливуде "Оскар", пришлось вернуться в Германию из-за того, что он недостаточно хорошо говорил по-английски. По иронии судьбы, его пригласили в фильм "Голубой ангел" (1930) на роль учителя английского языка. Для съемок этого фильма Янингс порекомендовал голливудского режиссера Джозефа фон Штернберга, котрый снял пробы многих актрис, прежде чем остановился на Марлен Дитрих. Она, кстати, всегда утверждала, что это был ее первый фильм, но на самом деле уже снялась в семнадцати немых картинах. Немецкая и английская версии "Голубого ангела" имели такой успех, что компания "Уфа" впервые, после длительного периода, получила прибыль.
Немецкая актриса Лени Рифеншталь была теперь, с приходом звука, знаменитой кинозвездой и хотела сама поставить фильм по горной легенде. Продюссеры отговаривали ее: "Лени, забудь об этом, из этого ничего не выйдет. Чтобы снять фильм так, как ты хочешь, нужно много денег". Лени хотела снимать фильм на натуре, но получить стилизованный результат. Ей сказали, что этого можно добиться только в студии за большие деньги. Но Лени нашла выход из сложившейся ситуации. Она думала несколько дней и вдруг ей пришло в голову простое решение: она покрыла скалы искусственным туманом, и когда через него проходил свет, он казался нереальным, как и должно было быть по сценарию. В итоге были найдены ответы на все вопросы и Лени смогла добиться в своей картине ощущения сказки. Премьера состоялась в кинотеатре "Уфа Палас". Фильм стал сенсацией. Самая влиятельная киногазета "Фильи-критик" писала: "Рядом с этой картиной меркнут все фильмы Голливуда".
Все фильмы в Европе старались снимать на трех языках, чтобы конкурировать с Голливудом. Такие фильмы были нужны, потому что после краха Уолл-стрита по Европе распространялся экономический кризис. Эпоха немого кино завершилась. Снимать фильмы, на которые не пойдет зритель - это преднамеренное банкротство. Кинематограф вступил в новую эпоху, Эпоху звукового кино.