Я поставил свой роллер рядом с первым, укрепил на голове прозрачный шлем и включил систему автономного питания скафандра. Потом осторожно открыл дверь и тихонько вылез на астероид.
В куполе Карпена не было окна, и я не знал, заметил ли он мой приезд. Я постучал своей металлической перчаткой по обшивке и услышал какое-то движение.
Но открывать мне не торопились. Заснул он там, что ли! Наконец дверь приоткрылась. Я наклонил голову и вошел. Подождал, пока наполнится воздухом шлюз, и отвинтил внутреннюю дверь.
Прямо на меня глядело дуло револьвера.
Я остановился, чуть приподняв руки. Меня вовсе не устраивало получить для начала дырку в животе.
— Кто вы? — спросил Каопен.
Директор в Атроник-сити был прав: Эйб Карпен являл точную копию старателей, которых я видел у него в приемной. Маленький, сухой, без возраста. Ему можно было дать и сорок, и все восемьдесят, если бы я не знал, что ему под пятьдесят. Негустые волосы начинались почти сразу же над бровями. Морщины делали лицо похожим на вспаханное поле. Рот был тонок, почти без губ. Жилистой рукой он сжимал револьвер.
![Искатель. 1972. Выпуск №2 i_020.png](https://litlife.club/books/132312/read/images/i_020.png)
Засаленная майка, протершиеся брюки, неровно обрезанные по щиколотку, старые сандалии на ногах. Был полный резон так одеваться, потому что температура под куполом не опускалась ниже тридцати двух градусов — наружное покрытие, даже новое, плохо отражало солнечные лучи.
Я глядел на Карпена. Револьвер как-то не вязался с его внешностью. Мысль, что этот старый мизантроп нашел в себе достаточно энергии, чтобы отправить на тот свет компаньона, показалась мне абсурдной.
Должно быть, я простоял так довольно долго, потому что он переспросил: «Кто вы?» — и сопроводил вопрос нетерпеливым движением дула.
— Стентон, — ответил я. — Джед Стентон из «Танжерской всеобщей страховой компании». Я могу показать вам удостоверение, но оно во внутреннем кармане.
— Достаньте. Только без резких движений.
— Договорились.
Избегая, согласно инструкции, резких движений, я вылез из комбинезона, запустил руку в карман, извлек бумажник, открыл его и показал удостоверение с фотографией, подписью и отпечатком большого пальца. Удовлетворенный, он кивнул и отшвырнул револьвер на кровать.
— Приходится быть начеку, — сказал он. — Здесь у меня колоссальная жила.
— Я слышал, — приветливо бросил я. — Поздравляю вас.
— Благодарю. Вы, наверное, по поводу страховки Джефа, да?
— Совершенно верно.
— Я так чувствую, вы не хотите платить… Что ж, я не удивлен.
Терпеть не могу старых ворчунов!
— Меня послали уточнить кое-что.
— Понятно, понятно. Хотите кофе?
— Спасибо.
— Можете сесть в кресло. Это Джефово.
Я осторожно опустился в складное парусиновое кресло, а он направился в кухонный угол сварить кофе.
Под куполом было одно помещение диаметром примерно в четыре с половиной метра. Стены шли вначале вертикально до высоты двух метров, затем легонько изгибались к центру, смыкаясь посередке.
Купол стоял прямо на астероиде, пол поэтому был неровен и шероховат. Я заметил два стула и стол справа от входа, немного далее — кухонный угол и загроможденная кладовая. Посреди царила отопительная система, но сейчас, слава богу, она бездействовала. Пот градом стекал у меня по шее. Я стянул через голову рубашку и вытер ею лицо.
— Жарко у вас, — сказал я.
— Привыкаешь, — буркнул он.
Но я ему не поверил.
Карпен принес кофе. Горький, мерзкий, вполне в характере этого отшельника. Но вслух я произнес:
— Отличный кофе.
![Искатель. 1972. Выпуск №2 i_021.png](https://litlife.club/books/132312/read/images/i_021.png)
— Да, — кисло подтвердил он. — Может, перейдем к делу?
С заскорузлыми стариками есть только один способ общения: жесткая атака.
— Речь идет о следующем, — начал я. — У нас, разумеется, нет никаких претензий, но правление фирмы хотело бы убедиться, что все сделано по правилам, прежде чем перевести на ваш счет десять тысяч дублезонов. Ваш компаньон заполнил формуляр с требованием возвратить эту пенсионную сумму и тут же умер… Согласитесь, это необычное совпадение.
— Почему же? — Он отхлебнул из чашки и исподлобья взглянул на меня. — Мы нашли жилу. И убедились, что на сей раз это верное дело. Ведь Джеф выплачивал деньги как раз на тот случай, если мы ничего не найдем. Но когда мы убедились, что попали в яблочко, он мне сказал: «Слушай, зачем мне сейчас пенсия?» И заполнил формуляр. Потом мы откупорили бутылку. А вскоре он убился.
Послушать Карпена, все выходило просто и естественно. Слишком естественно.
— Как произошел несчастный случай? — спросил я.
— В точности я не могу вам сказать. К этому времени и уже как следует набрался. Могу рассказать, что я видел. Джеф надел комбинезон и сказал, что пойдет пометить астероид. Он с трудом держался на ногах. Я сказал ему, что дело вполне терпит до завтрашнего утра, лучше проспаться. Но он меня не послушал. Я тоже, ругаясь, натянул на себя комбинезон и вылез к нему. Тут-то все и произошло.
Он сделал два жадных глотка.
— Что произошло?
— Он шел, держа в руке банку с краской, и пытался распылителем нарисовать «X». Но здесь полно острых выступов. Он, видимо, споткнулся, потерял равновесие и плашмя упал вперед — на один из маленьких пиков. Тот пропорол ему комбинезон.
— А я слышал, он исчез.
Карпен подтвердил:
— Да, он еще успел встать, воздух под давлением стал выходить из дыры, его отбросило — и все.
На моем лице явственно читалось недоверие. Карпен добавил:
— Мой мальчик, здесь такое маленькое притяжение, что играть в чехарду не рекомендуется — тут же улетишь с астероида.
Он был прав. Даже сидя в кресле, мне приходилось все время держаться за подлокотники кресла. Глупо, конечно, но я никак не мог привыкнуть к слабой гравитации.
Я задал еще несколько вопросов:
— Вы не пытались достать тело?
— Пытался, как не пытаться. Ведь старина Джеф Маккен был моим компаньоном ни много ни мало пятнадцать лет. Но я, повторяю, был под большим газом. Я боялся, что тоже потеряю направление и не смогу вернуться на астероид.
— Честно говоря, я не очень смыслю в вопросах гравитации. Но разве тело Маккена не должно было начать вращаться по орбите вокруг астероида? Как оно могло затеряться!
— Могло, еще как могло! Здесь вокруг полно астероидов с большей массой, чем наш, — его тут же притянуло. Клянусь вам, ни один астронавт не смог бы высчитать траекторию полета бедняги Джефа. Он сделал несколько оборотов, потом на глазах стал удаляться и скоро исчез из виду… Вы думаете, в космосе плавает один его труп?
Я напряженно думал, покусывая губу. Трудно было определить, правдива ли версия Карпена. Приходилось полагаться на интуицию. За восемь лет, что я выслушивал рассказы клиентов страховой компании, я научился инстинктивно чувствовать неправду.
Вся эта драматическая история с трупом, облетевшим по орбите астероид, прежде чем умчаться в бесконечность, все это было из области литературы. А серия чудесных совпадений годилась прямо для рождественского рассказа. Не успели они открыть жилу, как Маккен погибает. А за час до смерти он вдруг заполняет формуляр о возвращении пенсионного фонда! И опять-таки по случайному совпадению его труп исчезает, так что никто больше не в силах проверить случившееся.
Но что бы там ни говорил мой внутренний голос, с формальной стороны все было безупречно.
Что делать? В рассказе Карпена не было ни малейшей щели или зазорины. Но не зря же, черт возьми, я добирался до этого планетоида! Надо искать, искать! Какую-нибудь деталь, которая не ложилась бы в слишком гладкий рассказ Карпена.
— Вы сказали, Маккен вышел, чтобы нарисовать «X», — начал я. — Он нарисовал знак?
Карпен покачал головой: