Так, все мои одежды у Файты, но появиться у кибитки циркачей сейчас подобно моральной смерти, не выдержу я сейчас расспросов и утешений. В конце концов сама виновата. Меньше надо было мечтать, лучше бы по сторонам смотрела, да помнить - короткая дорога не всегда самая лучшая. А тот кто рядом - не всегда друг.
Успокоившись я пришла к циркачам. К тому моменту мной было принято решение - доигрываю в эти божественные игры и сваливаю домой, к интернету с его дружбой на расстоянии, к привычному уюту родного дома, к санаторно-курортному отдыху раз в год, к большим городам, полным мальчиков-мажоров, к горячему душу, к электрическому чайнику и новостям в восемнадцать тридцать. К родителям которые всегда примут своего ребенка таким как он есть, объясняя все свои попытки засунуть его в определенные рамки только желанием счастья. К своему домашнему зоопарку. К кнопочкам компьютера. Ох... да там столько всего! Пирожные в кофе с подружками, неожиданные поездки, кидание попкорном в кино!
Вот. И зачем мне менять всё это на какого-то Вареника, который и сам не ам и другим не дам. Тьфу на него! Герой-любовник мне тут нашелся.
Вместо всех этих раздумий я опять по самые длинные ушки закопалась в тряпках. Эх, понеслась душа в рай! На этот раз мы выбрали для меня шутовские штаны, сшитые из ярких лоскутов, одевать которые было сущим наказанием из-за хвоста, белую рубашку с широкими рукавами, с внутренней стороны которых было полным полно тайных карманчиков со всякой шутовской мелочью. И в довершение всего зеленую жилетку. Файта помогла мне забрать волосы в два высоких хвоста и нарисовала широченные стрелочки у глаз, отчего они стали еще более лисьими.
Мне понравился этот маскарад. Да и окружающим тоже. Теперь я могла спокойно запрыгнуть на спину Мики и закричать - "Покатай меня, ба-альшая черепашка", что четырехрукий с удовольствием делал.
Весь вечер мы с Нелли с удовольствием куролесили по лагерю полукровок, отрываясь на невинных ребятах за их сволочного командира. А что, это же просто шалости. Тут колышек от палатки ослабить, там хвои поколючей на сиделку подложить, кому за пазуху червяка запустить, а кому и целую лягуху, мне то что - я их не боюсь. Правда, над поваром было решено не шутить, а то у него в руке нож и поварешка - опасное это дело! Зато дозорных можно подразнить, шишками в них покидаться. Так что когда уже при свете костров Мики решил показать полукровкам фокус с ножами, половина присутствующих уже очень хотела ему помочь... ну или осечки, пока я готова подставляться. Еще и уговаривают меня:
- Лисочка, ну высунь язык, а?
А еще я снова не удержалась, и позорно плакала пока этот ушатый паразит пел. Кто ему вообще дал гитару? Вот садисты! Прямо по оголенным нервам и таким голосом. С такими интонациями, что мне выть хотелось... и в то же время дыханье замирало в груди и болело где-то там, в самой душе.
И как прикажете забывать такого мужчину? Ладно бы я точно знала, что он сволочь и мерзавец, которого на тот свет не берут из брезгливости. Так ведь... Вареник вполне живой, со своими чувствами, мыслями и принципами. Он искренне любит своего сына и защищает своих друзей. Просто я не вхожу в этот перечень своих.
Так уж сложились обстоятельства.
- С добрым утречком, барышня!
Я протерла глаза еще раз и попыталась поймать отваливающуюся челюсть.
Ну ладно, после снов об электрических чайниках и будке где вместо нашей привычной Лапушки сидит лиса, можно допустить глобальный глюк, но не в таких же масштабах! И раз уж я проснулась не в лесу, и даже не на своей домашней кровати, то при чем здесь деревенская изба?
Белая печка, деревянные столы и лавки, вышитые ручники на стенках, и идол какого-то божка в пятом углу. Куда я попала и где мои тапочки? А также память за прошлую ночь.
Хозяйка дома, дородная женщина с платком на голове завязанным с "ушками", усадила меня за стол, налила в стакан травяного отвара, пододвинула стопку тонюсеньких блинчиков, смачно политых маслом, поставила рядом крынку сметаны, а прямо передо мной таганку со скворчащей яичницей, посыпанной свежей зеленью. Мне здесь уже нравится!
Калина, ну и имечко ей дали, с умилением смотрела, как я уплетаю яства, а сама рассказывала.
Оказалось что я тут совсем не по волшебному мановению или из-за удара очередного рояля. Сюда моё бессознательное тело рано утром привезли полукровки, которые частенько наведываются в деревню Калины пополнить запас провизии и так просто, развлечься. О последнем хозяйка рассказывала чуть краснея и упоминая какую-то вдовушку и местных девок-бесстыдниц, которым точно попадет от отцов и мужей, вернувшихся с промыслов по осени. Но меня определили не к кому-то, а к жене местного головы, весьма почтенной женщине, которая не допустит вольностей в своём доме.
Во время этих слов в дверях застыла молоденькая русоволосая девица с ведрами в руках. На ее щеках загорелся румянец, а я внутренне хихикнула - ой не досмотрела ты хозяйка за этой красавицей.
Зачем я тут мне тоже порядком не объяснили, сказали полукровки потом расскажут. А вот за околицу выходить запретили. Одели в юбку до пола, в расшитую рубаху тонкого хлопка, дали плошки и послали вместе с той самой красавицей, старшой хозяйской дочкой, ягоду собирать. Росла она на высоком кусте и напоминала чернику, только покислее немного.
Девушка ничего так оказалась, стеснительной немного, но добродушной. А уж улыбка у нее - Мона Лиза обзавидуется. И так мне понравилось на ту улыбку смотреть, что я постоянно пыталась повеселить Янку. Очень скоро в огород забежали младшие детки и начали таскать у нас из плошек вкусные ягодки. Мы конечно покрикивали на них, но не особо препятствовали - после зимы это просто синенькие витаминки.
Ближе к вечеру в пятистенок заявился гость из полукровок. Не успел он и войти, как Янка покраснела и низко опустила голову над лепкой вареников. Ага, так вот кто тайный поклонник сей красавицы - высокий и красивый Аскольд, обладатель раскосых монгольских глаз и светлой копны волос. Вместе с ним пришел Мики, на котором я с удовольствием повисела под бдительным оком хозяйки, пусть на меня лучше отвлекается. Перекинувшись парой слов с Калиной, они отозвал меня в сторонку и попросили не безобразничать, если хочу остаться. До лагеря полукровок отсюда не так уж и далече, деревеньку давно приспособили под свои военные нужды, но всё же не на границе, где сейчас уж очень опасно. Тем более таким непоседливым вертихвосткам как рыжая хвиса. Это максимальное послабление какое мне может дать лэй`тэ. И если меня увидят ближе к границе чем околица деревни - выпорят хворостиной по тому месту на которое я вечно ищу неприятности, и незамедлительно отправят в замок, вслед за Нелли, Файтой и Фартом.
Мики, как оказалось, решил остаться с полукровками. У него расчет простой - Файта уже не девочка вообще-то, да и самому четырехрукому дом хочется и детишек растить не в цирковой кибитке. А наше графство место не хуже других, с Нейллином он сдружился, так что может надеяться. Рейвару же возможность оставить рядом с сыном надежного нелюдя вполне устраивала, они-то с Мики как-то сразу друг другу понравились. Файта правда от такого не в восторге оказалась, зато Фарт очень даже за - ему тоже хочется для будущих племянников родной дом, а не вечной дороги. Вот Микель теперь и отрабатывает доверие.
Елна кстати тоже в деревне, неподалеку. Она мне вчера и подлила сонного зелья, чтобы я не упрямилась и не сбежала раньше времени. Старая калоша!
На прощанье я велела передать Рейвару, что сейчас леплю вареники, а потом самым мстительным образом их съем.
Мики, знавший как я величаю главу полукровок, ухмыльнулся:
- Он лэй`тэ, а значит привык нести ответственность за свои решения. И привык что его действия - правильны, потому что могут быть только такими.