На остром деревянном носке, торчащем из снега, был нарисован земной шар с вертящейся вокруг искоркой - спутником.
Он попятился. Потом торопливо развернулся. Над головой прошелся ветер. Руслан заспешил назад, по своим следам, похожим больше на глубокую колею, нежели на лыжню. Упал. Лыжа затрещала. Руслан встал, не отряхиваясь, подхватил палки и побежал, хлопая пятками о лыжи, вниз, за поворот. Мимо зеркала. Мимо рощицы с белками. Мимо…
Уже стемнело, когда он, едва двигаясь, вышел к корпусу. Ярко горели, приветствуя его, два фонаря. Руслан покачнулся, готовый упасть и замерзнуть здесь, не доходя до здания каких-нибудь пятисот метров…
Там, у перевала, глухо хлопнуло. Загудела земля, порыв ветра накрыл его снегом, Руслан неуклюже грохнулся в снег - и наконец-то сломал правую лыжу.
Он принял горячий душ, но тут же снова замерз. Лег под три одеяла. В кабинете начальника было жарко, Руслан пил горячий чай из стакана и чувствовал, как зубы бьются о стекло.
Заснуть не удавалось. В полночь он пробрался в медблок и притащил оттуда аптечку первой помощи. Нашел термометр. С головой ушел под одеяла.
Тридцать девять и девять. Вот дрянь, подумал Руслан. Я простудился.
Стуча зубами, он принялся рыться в аптечке. Она была новая, укомплектованная согласно последним международным требованиям, и ампул было больше, чем таблеток. Руслан растерялся, увидев надписи на упаковках лекарств: вязь, вроде арабская. Пупырышки шрифта Брайля для слепых. Коды с цифрами и латинскими буквами. Ни одной надписи хотя бы по-английски.
– Откуда это? - спросил он сам себя.
Аптечка была маркирована ярко-желтой лентой с кодом. Кажется, такие комплекты рассылались в развивающиеся страны. Или нет? Руслан беспомощно разглядывал таблетки, не умея найти среди них хотя бы аспирин.
– Погоди…
Он встал. Накинул на плечи одеяло. На дрожащих ногах прошел через комнату и взял из шкафа свой рюкзак. На дне большого кармана лежали завернутые в цветной полиэтиленовый кулек шесть таблеток парацетамола в упаковке и капсулы от поноса, четыре штуки.
Он взял с собой лекарства, уходя из дома, и чудом пронес через все кордоны и досмотры. Наверное, потому что большой карман рюкзака был с секретом: несведущая рука, шаря в нем, не могла ничего нащупать. Надо было знать о дополнительном клапане и уметь его открыть. Правда, спустя месяцы неприкосновенный запас слегка подрастрясся, особенно это касалось средства от поноса…
Он проглотил таблетку парацетамола. Хотел сэкономить, взять полтаблетки, но в последний момент рассудил, что в его положении экономить незачем. Пусть температура упадет. Завтра, возможно, она поднимется совсем чуть-чуть, а послезавтра и вовсе не поднимется. Ничего страшного: поболеем немного.
Он влез в постель, скорчился под одеялами и уснул.
Весь следующий день он провел в постели. Сил не было дойти даже до туалета. Выручал ночной горшок из медблока.
Температура, слегка снизившись утром, к полудню поднялась опять. Руслан глотал таблетки парацетамола, эффект был коротким и раз от разу все слабее. И начал болеть живот.
Стемнело. Снаружи выл ветер. В горах, наверное, обвал следовал за обвалом; Руслан бредил вполглаза. Ему казалось, что он идет на лыжах вперед и вперед, перевал уже близко.
Он выключил свет, оставил только ночную лампу. Яркий свет заставлял глаза слезиться.
Поздно вечером зазвонил телефон. От его звука резко заболел затылок.
Звонок. Звонок. Звонок. Руслан накрыл голову подушкой.
Звонок. Это замыкание в аппарате. Сейчас закончится. Надо переждать.
Звонки прекратились. Руслан вздохнул с благодарностью и вытянулся на диване. Тянула и болела каждая мышца.
Что-то треснуло в коридоре. Он содрогнулся и сел. В коридоре, за дверью, явно слышался звук, которого не было раньше.
Динамики. Во всем здании динамики. Руслан еще мечтал запустить по ним музыку…
– Мальчик, - без выражения сказал глухой слабый голос. - Возьми трубку.
Динамики пошелестели и умолкли. И почти сразу, снова зазвонил телефон.
Звонок. Звонок.
Я, наверное, брежу, сказал себе Руслан. Потянулся с дивана. За провод подтащил к себе телефон. Старый пластмассовый аппарат. Трубка на витом шнуре. Антиквариат.
Трубка показалась очень холодной. Внутри не было ни гудка, ни дыхания.
– Что. С тобой. Случилось?
Руслан не мог сказать, что не так с этим голосом. Наверное, все дело в дыхании. И не очень подвижном речевом аппарате. Но онемевшие губы и неуклюжий язык бывают и у живых. А вот говорить не дыша - это уже эквилибристика.
– Что с тобой случилось? - снова повторил чужой голос.
– Ничего, - сказал Руслан.
Нечего признаваться чудовищу в своих слабостях.
– У тебя хриплый голос. Ты весь день не выходил из комнаты. Ты заболел?
Руслан молчал.
– Температура есть?
Руслан выпустил трубку, и она повисла на шнуре. Голос продолжал звучать - тоньше, тише, но различимый:
– Какая?
– Сорок и пять, - сказал Руслан.
– У тебя аптечка, - после короткой паузы отозвался голос.
– Я ничего не могу понять, - безнадежно признался Руслан. - Тут по-арабски написано… и коды.
– Что на ящике? Какого цвета маркировка?
– Желтая.
– Найди ампулы с кодом три-девяносто семь-Ди.
Чужой голос говорил с уверенностью, которая могла бы напугать, если бы Руслан еще сохранил способность бояться. Преодолевая головокружение, он опять потянулся к ящику. Картонная упаковка нашлась почти на самом дне.
– Здесь не ампулы. Здесь стеклянные баночки с крышками.
– Тем лучше. Сломай жестяной защитный колпачок. Возьми шприц на два кубика. Надень иглу. Проткни резиновую крышку. Набери два кубика…
– Я не умею делать уколы, - признался Руслан и содрогнулся.
– Внутримышечно. Элементарно, - сухо отозвался голос. - Когда наберешь лекарство, поменяй иглу. Ты делаешь?
– Да.
– Надави на поршень, чтобы наверняка выпустить воздух. Коли в бедро. Место укола продезинфицируй спиртом.
– Водка подойдет?
– У тебя что, там водка? - после паузы спросил голос.
– Да.
– Можно водкой. Хотя в аптечке должен быть пузырек со спиртом. Ты делаешь?
– Я не умею. - У Руслана кружилась голова. - Может, здесь есть таблетки?
– Это элементарно. Захвати одной рукой кожу, другой резким движением втыкай иглу.
– Я не могу…
– Тогда я приду и помогу тебе, - в голосе прорвалось нечто, похожее на раздражение. - Ты этого хочешь?
– Нет!
– Тогда делай.
Ночью с него сошло семь потов. Он кое-как стянул с себя мокрый насквозь свитер, футболку и спортивные штаны. Каждое движение давалось с трудом, приходилось долго отдыхать.
Потом он заснул как убитый. Его разбудили короткие гудки - трубка висела на шнуре, пунктирно пищала, динамик работал очень громко, оглушительно.
Руслан ухитрился взгромоздить ее на телефон. Это усилие показалось ему сравнимым с покорением Эвереста.
Телефон зазвонил опять, когда солнце снаружи село, а Руслан кое-как налил себе в стакан горячей воды из чайника.
– Как? - без приветствий спросил чужой голос.
– Вчера упала, - сказал Руслан. - Сегодня… Вроде опять поднимается.
– Как ты себя чувствуешь?
– Я не могу встать, - признался он. - Ну, могу, наверное. Но только трудно.
– Живот болит?
– Нет.
– Значит, так, - помолчав, сказал голос. - Мне нужна твоя кровь на анализ.
– Зачем? - напрягаясь, спросил Руслан.
– Чтобы знать, что у тебя.
– Простуда.
– А если воспаление легких?
– Вы врач? - тихо спросил Руслан.
– Был, - коротко сообщила трубка. - Теперь слушай меня и делай, что я скажу.