Чтобы понять, с чем мы имеем дело, необходимо немножко погрузиться в современную индийскую киноиндустрию. Главную роль играет самый значимый человек в нынешнем Болливуде — Шахрукх Кхан. Он не только носит ту же фамилию, что и его герой, но и подвергся таможенному произволу в американских аэропортах во времена съёмок этого фильма — кинозвезду попросту не хотели пускать в Америку. К тому же в реальной жизни он, будучи мусульманином, так же женат на девушке-индуске, как и его персонаж. Об уровне его популярности может свидетельствовать тот факт, что американский режиссёр и сценарист Пол Шредер в компании с Мартином Скорсезе запускают новый проект, который будет сниматься в Индии, а главные роли сыграют Леонардо Ди Каприо и Шахрукх Кхан. И судя по всему, это кино оставит успех "Миллионера из трущоб" Дэнни Бойла далеко за бортом.
Шахрукх Кхан — актёр огромного обаяния. Если и требовался человек, способный с первых минут завоевать симпатии аудитории, то иного выбора представить нельзя. В первой половине картины — романтической, трогательной, овеянной кинематографическим ветром улочек Сан-Франциско — Шахрукх Кхан целиком и полностью подчиняет себе зрителя. И в актёрском мастерстве ничем не уступает Тому Хэнксу в оскароносном "Форресте Гампе". Но когда Каран Джохар, автор популярнейших мелодрам, ступает на стезю социально-политического кино, наступает крах и всё катится в тартарары. Всё, но не концепция.
Если смотреть на современность глазами простого человека, исповедующего ислам, то возникновение подобного фильма абсолютно оправдано. Понятно, что не все мусульмане — террористы. Но какими средствами, какими штрихами рисуется нам эта доходчивая мысль?
Единственными друзьями, которых находит Ризван в своём долгом пути, становятся негры-христиане, живущие маленькой общиной в самом сердце Джорджии. Видимо, по замыслу режиссёра ислам и христианство способны обрести альянс лишь в том случае, если представители этих конфессий — не белые. "Покрась это чёрным", — пела когда-то группа "Роллинг Стоунз", и, судя по всему, Каран Джохар последовал совету Мика Джаггера всерьёз. В финале эта мысль обретает совсем невиданный размах, но об этом позднее.
Затем Джохар показывает нам, как Ризван видит агрессивных мусульман, собирающихся в мечети. Он произносит речь о любви, пути которой должен следовать ислам, после чего звонит в ФБР и "сливает" радикалов властям. Однако именно его хватают и сажают в тюрьму по подозрению в терроризме. В любой другой стране он сгинул бы без следа, но свидетелями этой сцены стала парочка юных индийских телевизионщиков. В лучших традициях американского политического кино они производят журналистское расследование и добиваются освобождения Ризвана. Помогает им в этом опять же индийский представитель канала "Би-Би-Си".
С такой национальной поддержкой Ризван Кхан, сам того не подозревая, становится новым героем Америки. Именно он (и еще кучка представителей восточной расы) собственноручно восстанавливают деревеньку негров в Джорджии во время нашумевшего стихийного бедствия. И вот уже по всей стране мусульмане гордо следуют примеру Ризвана: провозглашают распоясавшимся белым американцам свои имена и то, что они не причастны к сентябрьским взрывам.
Тем временем выборы выигрывает Барак Обама. Белый президент, постоянно ускользавший от Ризвана и плюющий на то, что он — не террорист, сменяется очередным лидером. Он-то как раз не откажет мусульманину-аутисту в личной беседе. На этой смугло-чёрной ноте справедливость восторжествует. А кино закончится.
Ранее индийская киноиндустрия не раз обращалась к подобной теме. Но только в контексте внутренних конфликтов, которые, похоже, не перестанут трясти эту страну никогда. Был отличный фильм Камала Хасана "Дыхание времени" (там Шахрукх Кхан также сыграл мусульманина), посвящённый резне в Калькутте в сороковые годы, в ходе которой приверженцев ислама и индуистов погибло великое множество. И ряд других удачных и не очень, картин, в той или иной степени связанных с терроризмом. Но именно Каран Джохар, этот "золотой мальчик", не сходящий с обложек глянцевых журналов, как никто другой почувствовал конъюнктуру момента. И создал манифест.
Ведь это совершенно беспроигрышный вариант — сделать главного героя аутистом, невиновность которого априори определяется его болезнью. В результате зрителю не дано право выбора. Он обезоружен. Ведь против такого лома приёма нет. А для большего правдоподобия совершенно невероятной истории фрагментарно показаны радикально настроенные мусульмане. Те, которых Аллах так и не научил любви.
Самое удивительное, что весь этот индийско-негритянский цирк предназначается не для "внутреннего пользования", а для мировой аудитории. На главные роли приглашены суперзвёзды, в том числе и актриса Каджол (Мэг Райан индийского кино), сыгравшая Мандиру. Экранная магия Шахрукха Кхана и Каджол давно покорила не только восточный мир, но и добрую половину нашей планеты, не исключая Россию. Люди просто пойдут в кино, чтобы взглянуть на своих любимцев. И будут растроганы. Ведь хитро использованные наработки "Форреста Гампа" привносят в происходящее необходимый удар под дых.
Как говорится, без вариантов. При этом за всей душещипательной историей как-то забывается тот факт, что мы имеем дело с экспансией мусульманского мира, какие бы цели он ни преследовал. И сделан фильм не с привычной растерянностью и странным чувством вины, свойственным большинству европейских режиссёров, обращающимся к этой теме. А вполне с конкретным посылом.
Судя по картине, слияние двух культур ознаменует начало новой эры. И в ней вряд ли отыщется достойное место для кого-нибудь из нас. Если только мы не последуем примеру Майкла Джексона, но наоборот. Или не станем в срочном порядке совершать намаз в российской деревне, как герой Евгения Миронова в фильме "Мусульманин". Только судя по современной политике в нашей стране, исповедующих ислам там будет уже большинство.
Евгений Ликов ВОЗНЕСЁННЫЕ СОЛНЦЕМ!
Томск. По преданию, связанному с устными рассказами философа Дугина, в этом городе находится одна из семи башен Сатаны. По непроверенным данным, расположена она в районе Дома культуры железнодорожников (ДК ЖД). Проехав дважды по Стародеповской улице, я не обнаружил ДК. Это не значит, что его нет. Это значит: просто не обнаружил. Как и не значит, что нет Башни.
А вот что действительно есть.
Если встать на Юрточной горе и смотреть от Богородице-Алексиевского монастыря вниз, в сторону бывшей Почтамтской, а ныне проспекта Ленина, то по левой стороне некогда Ямского переулка, носящего сейчас имя неизвестного революционера Нахановича, в доме 15, мы можем найти Первый музей славянской мифологии.
Нужно преодолеть то ли семьсот, то ли семьдесят, а может, и всего семь ступеней вниз — и мы окажемся в мире глубокого сна, обнимающего наш стройный космос. В этой вселенной, сооруженной по чертежам Лавкрафта, нас встретят потрясающие картины, созданные во славу Иных богов, чьи лики и деяния запечатлены художниками-сновидцами для пробуждения наших воспоминаний. И что из того, что пробудимся мы в сновидение?
1
http://top.mail.ru/jump?from=74573