Изменить стиль страницы

Самед Вургун

ВАГИФ

ДРАМАТИЧЕСКАЯ ХРОНИКА XVIII СТОЛЕТИЯ
В трех действиях, одиннадцати картинах

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Вагиф (Молла Панах) — поэт.

Хураман — его жена.

Алибей — сын Вагифа от первого брака.

Гюльнар — жена Алибея.

Амина — мать Гюльнар.

Видади — поэт.

Тукезбан — его жена.

Ибрагим-хан — карабахский хан.

Шейх Али — придворный духовник карабахского хана.

Шут при дворе карабахского хана.

Магомед Каджар — шах Ирана.

Визирь шаха.

Телохранитель Каджара.

Страж.

Тамара — грузинка.

Шалико — грузин.

Брат Шалико.

Эльдар — предводитель повстанцев.

Аршак — гачаг (повстанец).

Теймур — гачаг (повстанец).

Муса, курд — гачаг (повстанец).

Ильяс.

Певец.

Сваха.

Ахмед киши — гачаг (повстанец).

Курбан киши — гачаг (повстанец).

Мешади киши — гачаг (повстанец).

Старая крестьянка.

Старик крестьянин.

Мурад — чабан.

Касум — чабан.

Крестьяне, воины Каджара, полководец, гачаги, ханская свита, шахская свита, духовные лица.

Место действия — Карабахское ханство в Азербайджане XVIII века.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

КАРТИНА ПЕРВАЯ

Домик и сад в зеленеющей горной долине.

Видади
О боже, тяжело живется людям!
Ты видишь, каково живется людям!
Вероучений много — в чем их смысл?
Где истина? Откройся, боже, людям!
Как различить добро и зло, о боже!
Слепые, зрячими когда мы будем?
Дай свет очам! Со злыми будь построже!
Когда мы наконец жить мирно будем?
Средь войн кровавых сердце жаждет мира, —
Но темное кругом бушует море…
Не человек ли драгоценность мира?
Венец творенья — он лежит в позоре!
Не позволяй ему в грязи влачиться!
О боже, помоги добру учиться,
Добро привычкой человека сделай,
Вселенная пусть в рай преобразится!..
Тукезбан
Опять за намазом[1] слагаешь стихи, Видади?
Видади
Зачем упрекаешь и ранишь меня?
Тукезбан
Видади!
Прости… не сердись! Я твой каждый поступок люблю,
Я каждое слово твое — без уступок — люблю!
Наш бедный очаг, о, пускай он и беден и хрупок,
Наш домик простой, где гостей не бывает, люблю, —
Приходишь домой — и весна для меня расцветает!
Здесь лет уже тридцать любовь обитает… Люблю!
Видади
Подруга… Старуха… Эх, юная вечно душа!
Присядем… Подышим… По-прежнему ты хороша…
Душа твоя — свежая вечно листва, Тукезбан!
Там сны моей юности свили гнездо, Тукезбан!
Печаль забываю, с тобой облегченно дыша!
Тукезбан
Творец да не взыщет за это сторицею с нас!
Должницей твоей да пребуду всегда и сейчас!
Видади
Душа Тукезбан! Меньше спутников стало у нас…
Я сердцем слабею, гнетут меня горе и страх,
С тех пор как Вагиф, собеседник мой, скрылся из глаз,
С тех пор как Вагиф из Казаха ушел в Карабах…
Не слышно о нем… Как пустынно и скучно вокруг!
Где мой собеседник, где сердца и разума друг?
Тукезбан
Старик, не грусти, разреши поговорку сказать:
«Кто узел завяжет, сумеет его развязать».

Стук в дверь.

Видади
Войдите!

Входят двое послов.

Первый посол
Скажите, не вы ли поэт Видади?
Видади
Да. Что вам угодно?
Первый посол
Мы прибыли к вам из Гянджи.
Тукезбан
О, милости просим!
Видади
Войдите! Ваш путь — позади:
Здесь будьте как дома. Пожалуйте в дружеский дом!
Посланником неба является гость…
Послы
Что ж, войдем.

Усаживаются. Тукезбан кипятит на очаге чай в чугунном кувшине.

Видади
Так… Откуда вы родом, позвольте узнать.
Как позволите вас называть?
Первый посол
Мы люди Джавад-хана, поэт!
Добрые вести есть.
Видади
От Вагифа?
Первый посол
Нет.
В Карабахе Вагиф,—
Вам известно, как путь далек.
Видади
Путь далек… И печаль велика…
Все мне чудится дальнего друга призыв…
Слушаю, говорите пока.
Первый посол
Поэта, вам равного, наши не знают места, —
Стихи ваши передаются из уст в уста…
Молим творца, чтобы вас он не отнял у нас:
Слишком богатым подарком не счел бы для нас…
Видади
Нет, замолчи! Дар поэзии в нашей стране
Принадлежал дорогому Вагифу, не мне!
Как поживает он в той — за горами — стране?
Сгорбился я, вся душа от разлуки в огне!
вернуться

1

Намаз — молитва.