Вера рассмеялась.
— Хорошенький переход от философских проблем к вопросам кройки и шитья!
— На самом деле это вопросы моей жизни! Как там мое платье? Хочу его поскорее увидеть и примерить!
— Ты права, дочь. Твое платье — это самое важное на сегодняшний день. А все остальные мировые проблемы пусть подождут.
Артему Сирику пора было приступать к обязанностям управляющего ресторанным бизнесом Карапетянов: так решила вдова. Ведь ему понадобится время, чтобы вникнуть во все тонкости, изучить производство, обслуживание и бухгалтерию. Накрыть стол для бывших коллег из «Океанимпэкса» Артем решил в «Кухне холостяка». Расставаясь с товарищами по работе, он не собирался уходить, как уходят недальновидные люди, оставляя за собой зависть. Артему хотелось попрощаться с коллективом так, чтобы о нем вспоминали с сожалением и легкой грустью. Дескать, хороший человек и прекрасный специалист перешел на другую работу, как жаль!
Планы Артема, казалось, перечеркнула трагическая смерть бухгалтера Цымбал. Но в наше прагматичное время вполне можно совместить ритуальные печали с практической пользой. Поэтому Кристина, ныне правая рука президента «Океанимпэкса», и Сирик, отныне хозяин ресторана и потенциальный клиент рыбного холдинга, согласились: назовем вечеринку поминками. Будем пить не чокаясь, но будем крепить сотрудничество.
Ресторан был единственным в своем роде. Атмосфера холостяцкой вечеринки, конечно, привлекала посетителей. Но и сама идея ресторана, где готовят еду для гурманов, была необычайно притягательной. «Фаст-фуд» отличается от неторопливой еды также, как полуминутный секс — от ночи любви, поэтому «Кухня холостяка» оказалась новым увлечением для многих, кто знает цену истинным удовольствиям. Сюда невозможно было попасть просто так, с улицы, — записывались заранее. А еще одной фишкой небольшого ресторанчика, рассчитанного на двадцать пять человек, была специальная встроенная кухня. Гурген Карапетян задумывал свое детище как некую альтернативу тем телевизионным кухням, которыми перенасыщен эфир. Так что здесь готовили и мужчины и женщины — в основном публичные, известные люди, причем готовили для небольшого круга избранных гостей.
Кухня напоминала космический корабль, но крутизна ее была обманчива: это было не профессиональное оборудование для обученного персонала, а такое, каким мог пользоваться обычный человек. Поэтому готовить здесь прямо на глазах у зрителей стало модно и престижно. Технический дизайн позволял выполнять долгие трудоемкие процессы одним нажатием кнопки, лентяям и белоручкам не составляло никакого труда готовить в ресторане. Встроенная кухня вызывала настоящий шок: она умела работать в диалоговом режиме, запрашивая, к которому часу нужно приготовить блюдо, должно ли оно быть хорошо прожарено или с золотистой корочкой. Тяжелая и неблагодарная работа превращалась в удовольствие. С необыкновенной легкостью тут готовили самые сложные блюда, требующие точно заданной температуры и влажности. Знаменитости утверждали, что быть здесь поваром не только легко, но и интересно. Еще бы: к их услугам — всевозможные фритюрницы, гриль, пароварки, специальные режимы пропаривания, чтобы мясо получалось нежным и сочным, режимы щадящей температуры для выпечки разнообразных воздушных безе и бисквитов…
Сотрудники «Океанимпэкса» собрались в ресторане сразу же после работы. Пришел и руководитель компании Янис Пылдмаа, а еще в число приглашенных попал, кроме Веры Алексеевны Лученко, Валентин Прудников. По ее личной просьбе. Обслуживали прощальную вечеринку два официанта и шеф-повар.
У Веры была сложная задача: в определенный момент она должна завладеть вниманием гостей. И так, чтобы каждый думал, будто она обращается именно к нему. Она постояла рядом с Янисом и Кристиной, делая вид, что ей интересно слушать их деловой разговор. Подошел Артем, с ним можно было не притворяться. Водителя Степаныча она видела краем глаза. И только к нему одному не подходила. Вскоре он вышел на улицу, наверное покурить. Побеседовала Вера Алексеевна с энергичной Маечкой, чуть ли не попрыгала вместе с ней, переглянулась заговорщически. Походила задумчиво под руку с Хрущинским, похмурилась, поцокала языком. С Володей Головачом обменялась последними анекдотами. Похвалила Константина Бойко за модную одежду, утешила и пообещала, что его карьера еще продолжится. Повздыхала с Надей Максимец и Викой Зозулей: дескать, все мы смертны, Ирину Максимовну жалко, конечно, но жизнь продолжается, выше нос.
Пылдмаа произнес короткую речь о том, какого хорошего сотрудника потеряла компания и как все скорбят о ней. Выпили. Затем еще выпили, и Янис Раймондович был удостоен права «первой рыбы». Под одобрительные восклицания он приготовил жареного карпа в мармеладно-ореховом соусе. Вымыв большого зеркального карпа, «кулинар» тщательно обсушил его бумажным полотенцем. В керамической миске смешал муку, панировочные сухари, соль и желток. Смесью обмазал рыбину и под руководством Артема Сирика стал жарить ее в растительном масле на сильном огне, пока она не подрумянилась с двух сторон. Затем в другой миске соединил орехи кешью и вишневый мармеладный джем, всыпал горсть корицы, щепотку ванили. Долил яблочный уксус. Взбив все это миксером, густо полил рыбину на широком блюде. Разложил вокруг карпа ломтики апельсина и подал к столу.
— Какой мужик! Мало того что похож на викинга, так еще готовит так, что кончить можно! — прошептала восхищенная Маечка Щербакова.
— Ты поосторожнее ешь рыбу. А то ненароком костью подавишься, — отреагировала Кристина на очередной сексуальный всплеск сотрудницы.
Оголодавшие коллеги выпили под карпа и с аппетитом набросились на еду.
— Это еще что, — гордо произнес Артем. — Вы скоро узнаете, что такое утка по-пекински…
Шеф-повар, ненужный пока, вышел покурить. Зал, где шла трапеза, был ярко освещен. Часть кухни за барной стойкой и жарочная плита с духовкой оставались вне поля зрения закусывающих.
Он вошел через служебный вход для доставки продуктов и внимательно осмотрелся. Дорога заняла четверть сигареты. Тут все курят, ничего. Его не видно из зала и не слышно. Все заняты поеданием карпа и трепотней, никому и в голову не придет всматриваться в глубину затемненной кухни. Достать устройство, закрепить его внутри печи — это еще половина сигареты. Два тоненьких провода перебросить из-за дверцы духового шкафа и пустить по желобку боковой стенки — вот сигарета и кончилась. Сюрприз длиной в сигарету. По секрету: это самое лучшее устройство из ему подобных. Стоит дорого, но излечивает от обжорства радикально. А еще от черной меланхолии и разбитого сердца. Вам такое не под силу, доктор Лученко. Излечивать надо неожиданно, как это делает господин случай. Он, случай, приходит к каждому и не разбирается, что там у человека в жизни, не забирается к нему в мозги. Случай, в общем-то, не злой, просто у него свои представления о вашем будущем. Да и он лицо подчиненное, выполняет то, что задумано судьбой. Черт возьми, приятно чувствовать себя ее инструментом!
Боковую стенку, выполненную из сверхтвердого сплава, закрывает другая часть кухонного блока. Если специально не искать, никто не увидит тонких проводков. В ближайшее время в жарочную печь поставят очередное блюдо, тогда и произойдет взрыв. Хороший будет момент, как будто прямо в кровь водки нальют. Мы будем где-нибудь далеко. А вы окажетесь там, где вам и положено.
На небе, перед апостолом Петром. И он решит, куда вас направить: в ад или в рай, докторша! Никого и ничего не должно остаться. Всех уничтожить.
Вера Лученко увлеченно интересовалась тонкостями приготовления дивной рыбы в мармеладно-ореховом соусе. И одновременно думала: для преступника сейчас самый удачный момент. Он не должен упустить его. Вот именно сейчас, когда все увлечены вкусной едой и горячительными напитками. Что он сделает? Как поступит? Она внимательно наблюдала за сидящими за столом людьми. Чуткий слух ловил каждое сказанное слово. Казалось, ничего не происходит. Но Вера знала: надо просто расслабиться и прислушиваться к себе, «тринадцатое» чувство ее не подведет. Вот! Вот оно. Внезапный сильный озноб пробежал по спине. Резко, толчком возникла головная боль. Захотелось немедленно, сию же секунду, убежать подальше от этого ресторана и того, что может случиться в любой момент. Набатом гудело в ушах: «БЕГИ!!! УБЕГАЙ СКОРЕЕ, ПОКА НЕ ПОЗДНО!» Подсознательное, первородное, всезнающее приказывало и кричало. Она не знала, откуда ждать беды, в чем состоит эта беда, но она точно знала: здесь и сейчас — опасность, смертельная и неотвратимая. Сделав над собой усилие, Вера подумала: «Ничего не случится, пока он сам находится здесь».