— Но, — добавил капитан Кинг, который свободно говорил по-французски, — чего я не могу понять, так это откуда в этих местах риф?.. Я был уверен, что правильно определил долготу и широту…
— Я тоже! — ответил месье Буркар. — Остается только предположить, что риф образовался в результате каких-то недавно происшедших изменений рельефа дна.
— Это, очевидно, единственное приемлемое объяснение, — сказал месье Эрто.
— Во всяком случае, — продолжил капитан Кинг, — «Святому Еноху» повезло больше, чем «Рептону».
— Конечно, — согласился месье Буркар, — но как и когда сможет он снова поднять паруса?
— Серьезных повреждений нет?
— Нет, корпус не поврежден… Но создается впечатление, что судно приковано к этому рифу, ведь даже избавившись от всего груза, оно не смогло сойти с места.
— Что же, по-вашему, следует предпринять? — спросил капитан Кинг, глядя на месье Буркара и его офицеров.
Этот вопрос остался без ответа. Все, что до сих пор делал экипаж, чтобы вернуть судну плавучесть, оказалось безрезультатным. Удастся ли стихии сделать то, что не смогли сделать люди? А перебраться в вельботы — значило идти навстречу верной гибели. Куда бы ни идти, на север, на восток или на запад, чтобы добраться до суши, будь то Курилы или Алеутские острова, нужно преодолеть сотни миль. Октябрь уже на исходе, каждый день могли начаться осенние штормы. Утлые[173] суденышки сразу же станут их жертвами… Первый же шквал их разобьет… Но главное, пятьдесят шесть человек не смогут в них поместиться. А каковы шансы на спасение у оставшихся на «Святом Енохе»? Одна надежда, что их подберет какое-нибудь судно, появившееся в этой части Тихого океана!
Во время этого разговора доктор Фильоль спросил капитана Кинга:
— Когда мы с вами покидали Петропавловск, вы, конечно, знали, что рыбаки обнаружили морское чудовище, страх перед которым заставил их поспешно вернуться в порт?
— Да, — ответил капитан Кинг, — и, должен признать, экипаж «Рептона» был действительно очень напуган.
— Они верили в существование этого чудовища? — спросил месье Эрто.
— Они считали, что это кальмар, кракен или огромный осьминог, и я, в общем-то, думаю, а почему бы им в него не верить…
— А потому, — ответил доктор, — что эти осьминоги, кракены, кальмары не существуют, капитан.
— Не будем так категоричны, доктор, — заметил Ромэн Алотт.
— Давайте уточним, мой дорогой лейтенант. Да, какие-то не известные никому чудовища попадались, некоторых преследовали, ловили и даже поднимали на борт. И надо сказать, ни одно из них не обладало теми колоссальными размерами, которые им приписывают и которые являются чистейшей выдумкой. Я готов допустить, что гигантские морские животные способны в щепки разбить шлюпку, но что они могут увлечь на дно судно весом в несколько тонн — нет и еще раз нет!
— Я совершенно с вами согласен, — сказал капитан Буркар, — чудовищ, обладающих подобной мощью, следует отнести к разряду легенд.
— И тем не менее, — настаивал лейтенант Кокбер, — петропавловские рыбаки говорили, что они видели что-то вроде огромной морской змеи…
— И они были так напутаны, что поспешили вернуться в порт, — добавил капитан Кинг.
— Ну а вы, с тех пор как покинули Петропавловск, — спросил доктор Фильоль, — вы видели этого сторукого и пятидесятиглавого Бриарея,[174] этого потомка знаменитого античного гиганта, грозившего гибелью небесам, которого Нептун[175] заточил под Этной?[176]
— Нет, сударь, — ответил капитан Кинг.
— И однако «Святой Енох», так же как и, по всей вероятности, «Рептон», встречал обломки кораблей и вельботов, тела китов, погибших отнюдь не от удара гарпуна. Разве нельзя допустить, что опустошило эти края то самое чудовище, которое видели рыбаки из Петропавловска?
— Уж пусть не прогневаются месье Буркар и месье Фильоль, но это не только возможно, но даже и весьма вероятно, — заявил лейтенант Алотт.
— Ну вот что, лейтенант! — возразил доктор Фильоль. — До тех пор пока я не увижу его своими глазами… я не поверю.
— А вы, — обратился месье Буркар к капитану Кингу, — вы не считаете, что «Рептон» погиб в результате нападения кракена, змеи или кальмара?
— Нет, — ответил капитан Кинг, — нет… и тем не менее если послушать моих людей, то чьи-то огромные руки, чьи-то могучие щупальца схватили наше несчастное судно, опрокинули его и увлекли в бездну. Они только и говорили об этом, пока наши вельботы искали «Святой Енох».
— Ну, так я вам скажу, что на моем судне матросы думают то же, что и ваши, — сказал месье Буркар. — Большая часть экипажа убеждена, что подобные чудовища существуют. Бочар о них без конца рассказывает матросам всяческие истории. Он считает, что «Рептон» погубило какое-то необыкновенное животное, помесь змеи с осьминогом. Я же до тех пор, пока меня не убедят в обратном, буду утверждать, что наши корабли налетели на рифы, возникшие совсем недавно и потому не отмеченные ни на одной карте Тихого океана.
— В этом не должно быть сомнений, — добавил доктор Фильоль. — А Жан-Мари Кабидулен пусть болтает, что хочет!
![Россказни Жана-Мари Кабидулена (Морской змей; Истории Жана-Мари Кабидулена) i_027.png](https://litlife.club/books/129844/read/images/i_027.png)
Было девять часов вечера, и не оставалось никакой надежды, что «Святой Енох» ночью снимется с мели. Все знали, что в эту ночь уровень воды должен быть ниже, чем во время предыдущего прилива. Тем не менее, не желая упускать хоть малейшую возможность, капитан Буркар приказал спустить вельботы, загрузив их предварительно самыми тяжелыми деталями рангоута. Еще больше облегчить судно можно, только сняв стеньги и брам-стеньги вместе с такелажем, реями и парусами. Это очень тяжелая работа, и если даже допустить, что «Святому Еноху» повезет сняться с мели, то все равно первый же шторм разобьет лишившееся управления судно.
Короче, завтра, если туман рассеется, а солнце позволит сделать надежную обсервацию и окончательно разобраться в обстановке, будет виднее, что предпринять.
Впрочем, ни капитан Буркар, ни офицеры и не думали об отдыхе. Матросы не стали спускаться в кубрик, а остались на палубе. Тревога лишила их сна. Сон свалил только кое-кого из младших матросов и измученных моряков с «Рептона», сейчас их не смогли бы разбудить даже раскаты грома. Боцман Олив шагал взад и вперед на юте, в то время как группа из пяти или шести человек окружила бочара, и нетрудно себе представить, что рассказывал им Жан-Мари Кабидулен.
Разговор в кают-компании, как обычно бывает в подобных случаях, привел к тому, что каждый стал с еще большим жаром отстаивать свою точку зрения. Спор между доктором Фильолем и лейтенантом становился все жарче. Конец ему положило неожиданное происшествие.
— Внимание… внимание! — воскликнул месье Эрто, вскочив со своего места.
— Судно сошло с рифа, — добавил лейтенант Кокбер.
— Оно сейчас всплывет… оно плывет! — подтвердил Ромэн Алотт, чуть не свалившись со своего складного стула, который внезапно поехал по полу.
Корпус «Святого Еноха» содрогнулся от нескольких толчков. Казалось, что киль приподнялся, царапая каменистую поверхность рифа. Судно качнулось справа налево, и крен уменьшился. Месье Буркар и его спутники мгновенно покинули кают-компанию.
Чернота ночи из-за тумана казалась непроглядной: ни просвета, ни проблеска. Морская гладь переливалась едва заметными волнами, и даже у края рифа не было слышно плеска прибоя…
Когда месье Буркар появился на палубе, матросы уже были там. Почувствовав толчки, они тоже подумали, что судно вот-вот сойдет с рифа… После нескольких мгновений бортовой качки крен судна слегка уменьшился. Руль так сильно било, что боцман приказал закрепить перо руля с помощью тросов.
Тогда все закричали вслед за лейтенантом:
173
Утлый — ненадежный, некрепкий.
174
Бриарей — в древнегреческой мифологии один из сторуких и пятидесятиглавых великанов, олицетворение подземных сил.
175
Нептун (Посейдон) — в древнегреческой мифологии бог морей.
176
Этна — действующий вулкан на острове Сицилия, в Италии, самый высокий в Европе (3340 м).