Мало кто выжил после эльфийского нашествия: от городов остались руины, цветущие сады поросли сорной травой, а плодородные земли побагровели от пролитой крови… И тогда с севера пришли тролли.

В отличие от эльфов, они не стали атаковать, а лишь предложили кучке людей, оставшийся в живых, предоставить освободившиеся земли троллям в обмен на помощь с севера… Люди согласились, но и сейчас на территории тролльего государства, занимающего почти всю населенную часть материка, мы, люди, представляем расовое меньшинство…

И хотя нас и не дискриминируют, но дон Кевирт прав… Что я скажу? «Извините, но мой босс забрал мой меч»?

Эльф заметил волнение, проступившее на моем лице и хмыкнул:

– Так–то, девочка… Иди–ка ты домой. Меч будет залогом. Заплатишь в «общак», получишь его обратно… Арча, Рыс, покажите даме выход.

И горгулья вытолкала меня из кабинета.

Перед дверью, на небольшом диванчике, вольготно развалился Ирдес. Черные волосы волной рассыпались по плечам, под расстегнутым колетом виднелась белая рубашка.

Эльф небрежно листал страницы толстого фолианта, чья обложка была украшена драгоценными камнями, изредка косясь на огров, замерших возле двери. Когда горгульи протащили извивающуюся меня мимо Ирдеса (ну, не люблю я, когда меня тащат! А вот вопить мне не позволяла гордость…), сын «туза бубен» забросил книгу на спинку дивана и, легко догнав горгулий, остановился перед ними, загородив проход:

– Арча, Рыс, я сам выведу ее.

– Но босс сказал, – прошелестела горгулья, одетая в набедренную повязку и некое подобие рубашки, едва прикрывающей грудь, – чтоб это сделали мы.

На ладони Ирдеса сам собой появился злотый. Темный эльф перекинул монету из одной руки в другую.

– Хотя, – откликнулась горгулья, державшая меня за запястья, – я думаю, и вы можете вывести ее…

И горгулья, ловко поймав одной лапой золотую монету, подброшенную в воздух, другой – толкнула меня по направлению к эльфу. При этом я неуклюже споткнулась о выставленный хвост второй горгульи (чтоб у нее крылья отвалились и хвост отпал!!!) и рухнула прямо на руки Ирдесу. На лице эльфа появилась блаженная усмешка и, пока я выкарабкивалась из его цепких объятий, борясь с желанием залепить ему пощечину, горгульи, понимающе перемигнувшись, ушли.

Желание все–таки победило. Освободившись, я широко размахнулась и … Ирдес поймал мою руку в паре дюймов от своей щеки:

– Вы не только красивы, но и скромны…

Я задохнулась от возмущения и… на этот раз мою правую руку отделял от его лица всего лишь дюйм…

– Никогда не предполагал, что девушка будет стремиться ударить меня за то, что я говорю ей комплимент, – флегматично прокомментировал эльф.

Я вырвалась и холодно поинтересовалась:

– Вы покажете мне дорогу?

– Конечно, – сладко улыбнулся эльф, скользя по мне плотоядным взглядом.

Великие Боги, за что я прогневала вас!!!! Я отдам полжизни за то, чтобы дать ему пощечину!!!

– Ну и?..

– Следуйте за мной.

Мы шли рядом по полутемному коридору, практически соприкасаясь ладонями (он навязчиво пытался переплести свои пальцы с моими). Наконец, мы остановились перед лестницей, ведущей вниз, и Ирдес вытащил из кошелька, висевшего на поясе, небольшой пузырек с заклинанием, и медленно раздавил его между пальцев (О Боги, как эти эльфы любят играть на публику!). Нас окутало легкое серебристое облако.

– Я хочу поговорить с Вами без свидетелей, а эта магия не позволит никому услышать наш разговор, – сказал Ирдес. Мы спускались по лестнице в молчании, и лишь на последней ступени он тихо заговорил: – Насколько я знаю, дон Кевирт предложил вам внести в «общак» положенную долю. Диадема очень дорога, и наверняка у вас нет необходимой суммы. Я предлагаю вам передать диадему мне, что, несомненно поможет вам в будущем…

Ась?

– А какая связь между диадемой и моим будущим? – невинно поинтересовалась я.

– Значит, вы не согласны? – полуутвердительно протянул эльф.

– Естественно!!! – фыркнула я. – Я отдаю вам диадему, через неделю меня убивают, а лет через триста, когда ваш отец передаст свою жизнь Высшему Духу, – так эльфы, кажется, обозначают смерть, – вы вспомните мой подвиг и велите записать его в хроники гильдии? Благодарю, не надо!

– Если диадема окажется у меня, – ледяным тоном начал эльф, – я созову совет гильдии, и дон Кевирт не сможет приказать убить вас. – И эльф замахал ладонью перед лицом, разгоняя облако, и уже в полный голос заявил: – Подумайте над моим предложением… Как я уже говорил, место моей любовницы пока вакантно…

С этими словами он поспешно поцеловал мне запястье и вытолкал за ворота, прежде, чем онемевшая от удивления, я успела, под насмешливыми взглядами проходившей мимо пары кентавров, разразиться отборнейшей руганью.

– Ах, какой мужчина! – томно вздохнула кобылка, кладя голову на плечо своему спутнику. Ее кавалер ревниво всхрапнул и поплотнее обнял ее за талию.

Я смерила эту парочку взглядом и, мрачно фыркнув, пошла домой.

Со дня разговора с доном Кевиртом прошло уже четыре дня. Шутить он не любил, а потому за это время я успела обойти весь город и поговорить практически со всеми… Я торчала в самых злачных кабаках и ходила в трактиры, куда не осмеливалась заглядывать городская стража… Безрезультатно. Никто не знал, куда могла деться диадема.

На пятый день я решилась вызвать демона, надеясь, что мне достаточно будет приказать ему и он, как послушная собачка, притащит мне в зубах эльфийскую корону.

Ага… Аж десять раз…

По–прежнему лежа в постели, я слегка повернула голову. Крохотная птичка, окрашенная в серый скромный цвет, опустилась на ветку. Некоторое время она смотрела на меня, слегка наклонив голову, а потом вспорхнула и улетела… Я встала и начала одеваться.

Я вряд ли смогу что–нибудь найти за эти полтора дня (даже вызов демона – не более, чем хватание за соломинку), но, по крайней мере, проведу последние часы своей жизни с толком…

После легкого завтрака я пробралась к комнате с демоном и осторожно заглянула внутрь. Так я и знала!!! Расхваленные торговцем – орком свечи (мол, покупай, красавица!!! Неделю гореть будут!!!) практически растаяли… Придется сходить к лавочникам, закупить еще.

Сам демон сидел на полу, подогнув под себя ноги, и сложив ладони лодочкой, что–то сосредоточенно бормотал. Внезапно он, словно что–то почувствовал, начал поднимать голову… Я поспешно закрыла дверь.

На базаре я купила свечи и несколько конденсированных ремонтных заклинаний (помирать, так с музыкой) и уже шла домой, когда кто–то схватил меня за запястье. Я резко обернулась.

Пожалуй, орки – одна из самых странных рас в Гьерте. Неизвестно, откуда пришел этот кочевой народ. Неизвестно и почему они до сих пор не осели где–нибудь на материке, а кочуют по земле Гьертской империи из конца в конец… Впрочем, орков мало кто любит, считая их конокрадами. Еще одна странность – разница в облике молодежи и орков более старшего возраста. Юные орчанки и орки способны по красоте поспорить с эльфами: у них длинные вьющиеся черные волосы, идеальные, восточные черты лица и слегка заостренные уши. Но уже после тридцати лет их облик меняется: появляются острые клыки, торчащие из – под нижней губы, цвет кожи становится зеленоватым, как у гоблинов, носы заостряются и становятся крючкообразными…

Одна из подобных престарелых дам, одетая во множество юбок, с цветастым платком на голове, стояла сейчас передо мной:

– Эй, красавица, позолоти ручку, всю правду тебе скажу, не совру!

Я хотела, было оттолкнуть ее руку, но в последний момент передумала, бросив орчанке злотый.

– Ой, красавица, – завела она, вглядываясь в линии моей ладони, – всю правду тебе скажу, не совру. А ждет тебя, брильянтовая, путь – дорога дальняя да не близкая. А по левую руку от тебя, яхонтовая, пойдет человек рыжий да недобрый. А по правую руку от тебя, алмазная, пойдет человек смуглый да немилый… – угу, кажется, я поняла. Будет рядом со мной этот демон неправильный и Ирдес. Один будет приставать, второй – ехидничать. Точно трудная дорожка. Одно счастье, что закончится быстро – те, кто не выполняют «просьбы» дона Кевирта, долго не живут. – А позолоти ручку…